Грабли
Шрифт:
Луиза встала и шлепнула салфеткой по своей все еще полной тарелке.
"Прошу меня извинить". Ее голос дрожал, но самообладание оставалось безупречным. "Трапеза была фантастической, миссис Уайтхолл, но, боюсь, компания моих братьев не была такой. Я ужасно сожалею о вашей потере".
Она повернулась и ушла.
Мы с мамой обменялись взглядами.
Я знала, что должна исправить ситуацию, хотя не я ее создавала.
Но сначала мне нужно было разобраться с двумя клоунами, занимавшими мой обеденный стол.
Я
"Хотя я сочувствую вашей недавней потере родителей, это последний раз, когда вы разговариваете со мной в таком тоне. Нравится вам это или нет, но я - хозяин поместья. Я выбираю, кого развлекать, и, что более важно, кого не развлекать. Вы перешли черту и расстроили свою сестру и мою мать. В следующий раз, когда вы так поступите, вы получите пулю в задницу. Я, может быть, и не слишком щепетильный грабитель, но, как мы все знаем, я чертовски меткий стрелок, а ваши задницы - легкая мишень".
Самодовольные улыбки Байрона и Бенедикта испарились в воздухе, сменившись хмурыми лицами.
Я встал и рванул в том направлении, куда ушла Луиза. За своей спиной я услышал, как братья Бутчарт пробурчали полусерьезные извинения за свое поведение, обвиняя вино в своих плохих манерах.
Я нашел Луизу в своей старой комнате-консерватории, окруженной экзотическими растениями, большими окнами и деревом цвета мяты. Кончики ее пальцев перебирали разноцветные розы в дорогой вазе. Подарок французского виконта, датируемый девятнадцатым веком.
Вместо того чтобы прикоснуться к бархатистым лепесткам, Луиза играла с шипами. Я стоял на пороге в благоговении. Она напомнила мне Эммабель. Женщину, которую больше очаровывала боль от прекрасного, чем удовольствие, которое оно доставляло.
Луиза уколола кончик указательного пальца. Она неторопливо отстранилась от шипа, высасывая кровь и не проявляя никаких признаков страдания.
Я закрыл за собой дверь. "Луиза".
Она не поднимала глаз, ее шея была повернута вниз, как у грациозного лебедя. "Девон".
"Я думаю, что извинения уместны". Я провел пальцем по деревянной панели, обнаружив, что она покрыта толстым слоем пыли. Господи Иисусе. Замок Уайтхолл Корт обычно был безупречен. Неужели у моей матери и Сиси были проблемы с деньгами?
"Для меня или для вашей семьи?" Луиза вернулась к поглаживанию шипов, и я обнаружил, что не могу отвести от нее взгляд.
Она казалась такой спокойной. Такой принимающей, даже после стольких лет.
Я прошел глубже в комнату, подавляющая влажность и тяжелая сладость цветов душили меня. "И то, и другое, я полагаю".
"Что ж, считай, что я тебя простил. Я не из тех, кто держит обиду. Хотя я не уверен, что то же самое можно сказать о Сиси и Урсуле".
"Мы прекрасно ладим", - отрывисто ответила я.
"Возможно, это и так, но им очень одиноко и грустно с тех
Мое горло забилось от отвращения к себе.
"Как обстоят дела с моей сестрой и матерью?" спросил я, присаживаясь напротив нее на подлокотник дивана с зеленой обивкой. "Когда бы я их ни увидела, они выглядят счастливыми и довольными своей жизнью".
Опять же, у меня была привычка селить их в лучших квартирах, водить в лучшие рестораны и устраивать им самые роскошные шоппинги, когда они приезжали в гости.
"Мистер Хастинг совсем скупой. У него нет ни гроша за душой, и он не справляется со своими обязанностями в этом доме, что теперь, когда деньги вашего отца хранятся в завещании, может стать проблемой". Луиза нахмурила свои тонкие брови, погладив колючку укушенным пальцем. "Сиси довольно несчастна с ним, но она чувствует, что слишком стара, недостаточно красива или состоятельна, чтобы развестись с ним и искать кого-то другого. У вашей мамы и Эдвина был не самый идеальный брак, и я подозреваю, что она была очень одинока, особенно в последнее десятилетие".
Я встала, подошла к стеклу и оперлась локтем о него. По лужайке проплыла стая уток. "Есть ли у мамы какая-нибудь поддержка?"
Как я могла не знать ответа на свой вопрос?
"В последние годы она перестала отвечать на социальные звонки. Это кажется бессмысленным. Ее младшая дочь замужем за дураком, а старший сын - самый известный грабитель Британии, у нее никогда нет хороших новостей. Хотя я стараюсь навещать ее всякий раз, когда бываю в Кенте".
Даже когда она говорила это, Луиза не звучала особенно обвиняюще или враждебно. Она была полной противоположностью Эммабель Пенроуз. Мягкая и уступчивая.
"У Сиси никогда не было детей", - размышляла я.
"Нет". Луиза встала передо мной, ее скромное декольте прижалось к моей груди. Я заметил, что ее пальцы были полны сломанной плоти, в синяках от колючек. "Я сомневаюсь, что Хастинг любит что-то большее, чем азартные игры и охоту. Дети не входят в его список дел".
Ее тело сильнее прижалось к моему. Игра между нами изменилась, и Луиза больше не была той робкой девочкой, которая умоляла меня бросить крохи внимания в ее сторону.
Убегай снова, говорили ее глаза, если осмелишься.
Ни одна часть меня не хотела двигаться. Она была привлекательной, внимательной и заинтересованной. Но я не мог отвлечься от Свэвен. Женщину, которая пробралась в мои сны, как вор, наводнив их желанием и потребностью.
"А что насчет тебя, Лу?" Я обхватил пальцами ее шею и притянул ее на дюйм от себя. Ее кожа покрылась мурашками от моего прикосновения. "Я слышал, что ты потеряла жениха. Мне жаль".
"Да, хорошо". Луиза облизала губы, разглаживая мой костюм с темной усмешкой. "Наверное, можно сказать, что мне никогда не везло с мужчинами".