Грабли

Шен Л. Дж.

"Фрэнка здесь нет". Она начала закрывать дверь перед моим носом.

Я протянул руку и с улыбкой открыл ее.

"Откуда ты знаешь, что я ищу именно Фрэнка?"

Она держалась за край двери, глядя на меня дикими глазами.

"Подумала, что ты какой-то важный офицер полиции или что-то в этом роде. К Фрэнку приходят только два вида людей - преступники и полицейские. А ты, по-моему, не похож на преступника".

Прекрасное одобрение, если я его вообще слышал.

Девушка не ошиблась, что означало,

что у нее, по крайней мере, есть две мозговые клетки. Надеюсь, она была достаточно умна, чтобы распознать возможность, когда та постучалась в ее дверь.

Словно подтверждая мои подозрения, из ее беременного живота раздалось громкое рычание. Она поморщилась, проведя рукой по своим жирным корням.

"И это все?" Она уже собиралась снова закрыть дверь.

"Ты голоден?" Я опустил подбородок, пытаясь поймать ее взгляд, но безуспешно. Кем бы ни был Фрэнк, он хорошо обучил ее держаться подальше от незнакомцев.

Она покачала головой.

"Потому что я могу об этом позаботиться", - сказал я любезно.

"Мне не нужна благотворительность".

"Моя девушка тоже беременна. Она растит внутри себя нашего ребенка. Мне было бы неприятно думать, что она останется без еды. Для меня это не благотворительность. Это необходимость".

Она сложила губы друг на друга. Я мог сказать, что она была на пределе.

Она была голодна. Так голодна. Ее ноги были похожи на две зубочистки.

Гостиная позади нее выглядела так, будто ее разгромили все сквоттеры на Восточном побережье за последнее десятилетие.

"Кто вы? Что тебе нужно?" - спросила она наконец.

Тот факт, что она не захлопнула дверь перед моим носом, был обнадеживающим знаком.

Она знала, что я могу принести ей облегчение, дать немедленное решение ее ситуации.

Я привлек ее внимание, и на данный момент этого было достаточно.

"Я ищу вашего парня. Я подозреваю, что он планирует совершить очень плохой поступок".

"Понятия не имею, где он. Его нет уже целую неделю. Даже не отвечает на мои звонки. Впрочем, это меня не удивляет". Она фыркнула.

"О?" Я приподняла бровь. Не выносить суждений было правилом номер один при попытке получить от кого-то информацию. "Это обычное явление для Фрэнка? Он создает проблемы?"

"Фрэнк еще не встречал ни одной неприятности, которая бы ему не нравилась. Кто вы, в любом случае? Вы слишком хорошо одеты, чтобы быть полицейским".

"Я адвокат". Я сделал шаг вперед, в коридор, и теперь мог почувствовать безошибочную вонь сорняков, плесени, протухшей пищи и апатии. "Вы бы сказали, что он способен на насилие?"

"Конечно". Она снова пожала плечами, в животе снова заурчало. "Он уже не раз ввязывался в драки".

"А как насчет убийства?"

"Кем ты себя назвала?" Она сузила глаза, делая шаг назад.

Она не собиралась говорить

без спроса. Пора было прекратить это дерьмо.

"Как тебя зовут?" спросил я.

Многие люди думали, что адвокаты - это боевые, агрессивные люди. Некоторые - непрофессиональные - такими и были. Но большинство были сдержанными. Я убивал людей добротой, когда это было возможно. Мне не нужно было выставлять напоказ свою силу. Я носил ее без усилий.

"Я... эм..." Она огляделась вокруг, как будто что-то - кто-то - мог помешать ей принять помощь, которую я ей предлагал.

Позади меня на заднем дворе чьего-то дома лаяли собаки на цепи, пытаясь перепрыгнуть через забор. Вдалеке плакал ребенок.

"Д-донна", - заикалась она. "Меня зовут Донна".

"У вас есть фамилия, Донна?" Я достал чековую книжку и ручку Montblanc из внутреннего кармана.

"Что вы имеете в виду?" Она покачивалась с ноги на ногу, открыто разглядывая меня. Как будто, перепрыгнув через ментальный барьер взгляда на меня, она уже не могла остановиться.

"Фамилию". Я улыбнулся.

"О. Да. Хаммонд. Донна Хэммонд".

"Я выписываю тебе чек на две тысячи долларов и доверяю тебе купить на них еду, Донна". Я писал, пока говорил, не сводя с нее глаз.

Она казалась завороженной, и это угнетало меня, насколько жизнь ее ребенка будет отличаться от нашей.

Моему ребенку никогда не придется думать о том, откуда возьмется следующая порция еды, или иметь дело с нелечеными медицинскими проблемами, потому что мы не можем позволить себе оплатить счет.

Я разорвала чек и протянула его ей. Прежде чем она вырвала его из моих пальцев, я поднял руку вверх, не давая ей взять его.

"Здесь есть подвох".

"Я так и знала", - прошипела она, обнажив зубы. "И в чем же?"

"Я дам тебе этот чек. Без вопросов. Но, - сказал я, - я дам тебе чек на десять тысяч долларов и обеспечу тебе место в женском приюте, если ты сделаешь две вещи".

Она судорожно заглянула мне за плечи, облизывая губы. "Хорошо. Но с презервативом. Мне не нужны никакие болезни".

Неужели она думала, что я имею в виду именно это? Некоторые из моих бездельников были старше ее, черт возьми.

"Мне нужен от тебя не секс, Донна. Я хочу, чтобы ты предоставила мне любую информацию о местонахождении своего парня. Позвоните мне, как только получите от него весточку". Я достал визитную карточку и протянул ей. "И я хочу, чтобы вы пообещали мне, что соберете свои вещи и покинете эту квартиру. Я пришлю кого-нибудь, кто отвезет вас в женский приют".

"Договорились", - сказала она.

Я протянул ей чек. Она взяла его дрожащими пальцами и снова посмотрела на меня.

"Но что, если я больше никогда о нем не услышу? Он не отвечает на мои звонки. Вы отмените чек?"