Граф-пират
Шрифт:
— Ты должен был кое-что понять, Лавей. Нельзя кормить животных, иначе они решат, что им можно подходить к костру, — сухо ответил Флинт. — И почему ты во всем такой француз?
— В обществе прекрасных женщин нельзя не быть обаятельным, — спокойно объяснил Лавей. — Иначе я бы просто взорвался, как силосная башня.
— Силосные башни взрываются из-за накопившихся в них газов, — мрачно заметил Флинт.
Лавей только рассмеялся.
— Просто сейчас ее появление особенно неуместно.
Флинт посуровел. У него заканчивались деньги, кок сердился,
Не самая лучшая неделя. Правда, в турецкой тюрьме было хуже.
— Чего она хочет? Зачем она здесь?
— Она полагает, что ее брат — это Хардести, то есть Кот.
Даже утонченный мистер Лавей утратил дар речи.
Флинт улыбнулся и поведал другу о предположении Вайолет, и обычно невозмутимый первый помощник все выше поднимал брови от удивления, пока их не закрыли его золотистые волосы.
— Я пока еще не уверен, что она не только своенравная девчонка или хватается за любую соломинку, потому что любит пропавшего брата, или же ей просто скучно, она избалована, безрассудна и обожает скандалы, потому что ей хочется внимания. Не забывай, это ведь она угрожала броситься в колодец. Слухи распространяются быстро. Мне рассказали об этом после нашего танца на балу.
— Но ты ведь не полностью в этом уверен?
Флинт надул щеки и с шумом выдохнул, сдаваясь.
— Хорошо, она умна, стоит на своем и обладает поразительным характером и целеустремленностью. Она задавала вопросы о Хардести и о тебе, и они не были глупыми. Тяжело это признавать, но я чувствую, что за кажущимся безумием что-то кроется. Короче говоря, — Флинт вздохнул, — проклятие, пока я не готов полностью от нее избавиться.
— Значит, она может остаться, — довольно произнес Лавей.
— До следующего порта. Мы высадим ее на берег, представим графу Эберу, у которого, по слухам, ужинает Хардести. Эбер знает: мы ищем Кота, — но понятия не имеет, что это может быть сам Хардести. Потом мы проследим за ней. Черт побери, Лавей, представь, как это здорово — отдать Кота в руки правосудия с помощью его сестры. — Флинт облокотился на поручни, стоя спиной к морю. — Разве существует лучшая месть за капитана Морхарта? И чем быстрее все это закончится, тем лучше, потому что мне нужны деньги.
— Она знает, что ты ее используешь?
— Знает. Она считает, что если Кот на самом деле ее брат, то взрывы кораблей — это просто какое-то недоразумение.
Лавей рассмеялся.
— Она собирается защитить его, доказать его невиновность или предупредить, когда мы окажемся близко.
Лавей задумчиво обратил взгляд к морю.
— Она может оказаться очень полезной.
Флинт недовольно хмыкнул.
— Скорее она наше проклятие, но мы справимся. И если она действительно сыграет роль наживки, то я не стану возражать. Посмотрим, сработает ли это. А теперь поговорим о наших запасах. У меня осталось очень мало денег. Что ни говорили бы о его величестве короле Георге Четвертом, он совсем не
Лавей кивнул.
— И ты хочешь, чтобы я занялся переговорами?
— Да.
— Геркулес уверяет, что ему не из чего готовить. Он может сварить только жидкую кашу.
— Жидкая каша — обычная еда всех матросов. Если Геркулесу наскучила его работа, скажи ему, что я с радостью найду ему другие дела.
Их вспыльчивый повар-грек трудился не покладая рук и мог при необходимости сражаться как дикий зверь, поэтому когда Флинт заметил удивление на лице Лавея, то понял, что в нем говорили чувства, а не разум. Он вздохнул. Когда речь заходила о корабле и команде, Флинт был превосходным стратегом.
— Подумай, какие специи можно достать в Гавре за ту минимальную сумму, что я тебе дал, а потом прикажи Геркулесу соорудить что-нибудь из говядины. Объясни, что если мы купим специи, то нам придется обойтись без помощника повара; пусть выбирает. Он все поймет. Если окажется, что из еды у нас лишь каша и каменный хлеб, нам грозит бунт.
— Да, сэр. Капитан?
Голос Лавея звучал слишком уж невинно.
Флинт подозрительно взглянул на него.
— Где она будет ночевать сегодня?
Лавей смотрел на море, а не в лицо Флинту, но от капитана не укрылась еле заметная улыбка друга.
Флинт замер.
— Мисс Редмонд и я пришли к соглашению. Сегодня она снова будет спать в моей каюте, а я переночую в «мышиной»… в каюте для высокопоставленных гостей.
Лавей повернулся к нему, широко раскрыв глаза от удивления:
— Как такое возможно? Неужели твое сердце смягчилось?
— Конечно, нет.
— Значит, физиологическая реакция?
Флинт угрожающе взглянул на Лавея, который с трудом сдерживал смех и одновременно пытался угадать настроение графа.
«Или удача, — мрачно подумал Флинт. — Отчего-то мне так не кажется».
Он вдохнул морской воздух, ощутил легкий запах лондонского угля и копоти, и его легкие совершенно очистились от выпивки и дыма.
— Не будь таким нудным, Лавей. Если тебе хочется знать, — грубо заметил граф, — она выиграла состязание.
Последовало удивленное молчание.
— Вы играли? — Медленно, с трудом сдерживая недоумение и смех, переспросил Лавей. — И ты проиграл девушке? Что это было за состязание? Кто быстрее завяжет ленту?
Флинт вдруг почувствовал себя глупо и еще больше разозлился.
— Я предложил ей метнуть дротик, и он, скажем так, счастливо попал в нужное место, — коротко пояснил Флинт. — Ей просто повезло.
— Это метафора, капитан? Она выпустила стрелу Купидона?
Лавей сделал вид, будто дротик попал ему в грудь. Он уже не пытался сдержать смех.
— Ради Бога, довольно! Пожалуйста, проводи мисс Редмонд в ее каюту, чтобы она забрала багаж, а потом пусть полчаса прогуляется по палубе. Ей нужен сопровождающий, а ты единственный мужчина на борту, похожий на джентльмена.