Графиня
Шрифт:
— Какая восхитительная мерзость, — задумчиво пробормотал Док, успевший эвакуировать Жданова подальше к машинам и вернуться к нам. — Как думаете, что это?
— Зомби? — пренебрежительно хмыкнул Щен.
— Утопец, — блеснул знанием народного фольклора Олег.
— Бамблби, — хохотнул Айдар и обнажил меч. — Давайте уже разберемся с незваным гостем, а потом будем думать, что вообще произошло. Не нравится он мне…
Все дружно поддакнули, что он не нравится никому, после чего Егор в приказном порядке попросил меня отойти подальше, а сами мужчины, взяв тварь в клещи, на удивление быстро
При этом утопец практически не сопротивлялся, словно сам был до сих пор оглушен взрывом и не соображал, что делать. Вроде как отмахивался руками, но как-то слишком уж медленно и с координацией у него явно были проблемы.
Зато когда мужчины его всё-таки убили, стало ясно, что проблемы у нас. Разлом не закрылся. Да и как бы ему закрыться, когда он развернулся в нашем мире и зараженной аномалией стали ближайшие тридцать метров болота?
И вроде на первый взгляд никаких особых изменений нет, но если присмотреться (особенно в ментальном плане), то сразу видно, что структура растений поменялась, от воды до сих пор идут ненормально густые гнилостные испарения, а фон… фон вообще непонятный.
— Мда, — цокнула я с нескрываемой досадой, не представляя, что делать с этим дальше. — И как быть? Нас за это накажут, да?
— Если признаемся, — задумчиво похмыкал Савелий.
— Лучше признаться, — поморщился Стужев. — Пусть знают, как делать точно не стоит. И нагонят сюда ученых. Пусть выясняют, что это такое и как ему противостоять. Если напряжение в грибнице и впрямь достигнет пика и подобное будет появляться везде, то стоит изучить всё это заранее.
Ну… Логично.
— Судя по всему, — продолжил рассуждать Егор, — аномалия среагировала на труп. Судя по месту захоронения и модели авто, относительно свежий и явно умерший не своей смертью. Возможно, это был одаренный. Надо учесть всё и понять, что стало катализатором… Всего этого.
Мы с Ржевским, который тоже тут присутствовал, незаметно переглянулись, и призрак чуть поморщился. Я тоже ощущала определенную неловкость, ведь была косвенной виновницей того, что труп нашел своё последнее пристанище именно здесь. Но с другой стороны, не я, так другие! Это просто случайность!
Но вот что делать с болотом…
— А там никто новый и опасный не зародится? — уточнила с некоторым сомнением, глядя на абсолютно ненормальные огромные пузыри, которые надувались над тухлой водой то тут, то там.
— Не должен, — не очень уверенно протянул Стужев. — Босса локации мы убили, ядро забрали. По идее локация зачищена и теперь это просто аномальное место.
Ну, допустим… Но мне всё равно не по себе. Так опростоволоситься!
— А что это была за стихия?
— Земля. Обычная земля.
В итоге Стужев всё-таки позвонил Ибрагимову, и рассказал всё, как есть. Ничего не скрывая. Генерал, конечно, расстроился (и это мягко сказано), но уже через полтора часа на место прибыло три мобильных фургона с учеными и оборудованием и команда «Добрыничей» для их прикрытия, а нас вызвали на ковер.
В Москву.
Так как главной виновницей произошедшего была я, но Стужев — командир отряда, который это допустил (а ещё муж виновницы), вызвали обоих. Жданова за компанию, чтобы
Выехали сразу, разве что сначала заглянули домой, где переоделись в более подобающую одежду для визита в министерство, и спустя два часа (как раз под конец рабочего дня) прибыли на ковер к генералу, который принял нас сразу.
Один.
Сначала выслушал Стужева. Затем меня. Не скрывала ничего кроме того, что знала, откуда в болоте труп. Это ведь не принципиально, верно?
Последним высказался Жданов.
А генерал тяжко вздохнул, посмотрел на нас устало и выдал:
— Ну вот что мне с вами делать, а? Ну вот кто вас просил лезть? Полина Дмитриевна, вы гениальный медик. Лечите, ради бога! Ну зачем в разломы-то лезть, а?
— Я хотела мир вылечить, — улыбнулась я виновато. — Кто ж знал, что так получится?
— Кто-кто… — Ибрагимов снова вздохнул и поднял трубку телефона. — Мурашов, документы мне. Да, которые просил подготовить. Сейчас.
И трех минут не прошло, как в кабинет, чеканя шаг, вошел офицер, несущий довольно толстую папку. Положил на стол генералу и ушел.
— Вот тут, — Ибрагимов звучно шлепнул ладонью по папке, — итоги деятельности энтузиастов, которые думали в схожем ключе. В лучшем случае они становились инвалидами. Можете ознакомиться.
Следующие два часа мы дружно изучали семь архивных дел. Оказывается, мы со Ждановым не единственные такие умники, которые провели схожие аналогии, решив, что зараза похожа на грибницу. И её можно повредить через ментал. Увы, результаты экспериментов и впрямь удручали.
Да, у экспериментаторов получалось повредить некий участок. Иногда даже крупный. Но всегда (всегда!) это приводило к взрыву и образованию аномалии уже в нашем мире. Не внутри закрытого разлома, а снаружи.
И всегда это были мертвецы, внутри которых зарождались ядра, а снаружи они покрывались тем, что находилось поблизости. В основном это была земля, редко с вкраплениями камня, корней или травы. Но что самое неприятное, после ликвидации монстров, аномалии не прекращали своё существование, так и оставаясь аномалиями. Не помогали ни котлованы, ни замена земли, ни очищающие духовные практики. Ладно хоть новые твари больше не зарождались, но в то же время в этих местах росли измененные растения (преимущественно бесполезные и ядовитые) и обитали измененные насекомые.
И вроде бы не стоит бить тревогу, но… Что если это только начало? Что если такие насекомые расплодятся и станут источником глобальной заразы?
— В общем, напортачили вы знатно, — подвел итоги Ибрагимов, когда мы всё дочитали и вернули документы в папочку. — И наказать бы вас… Да нельзя.
Сначала строго посмотрели на меня, затем на Стужева и максимально строго на Жданова.
— Сами понимаете почему. Госпожа Стужева у нас незаменимый специалист, господин Стужев у нас вообще боец экстра класса, а они у нас сейчас на счету каждый, ну а господин Жданов… — Ибрагимов хмыкнул, — вряд ли заслуживает наказания в одиночестве. Поэтому давайте так: сегодня я закрываю на вашу выходку глаза, а вы больше не лезете туда, в чем не смыслите. Договорились?