Грани

Руда Александра

— Чью? — деловито поинтересовался Беф.

— На-ашу, — проблеяла я. — Которая жена нашего короля.

— М-да… — только и сказал маг.

— Я вообще-то не виновата, — поспешила объяснить я. — Просто, когда Ёшка явился, он же усадьбу развалил, а она внутри находилась, утро же было, не думаю, что монаршие особы рано встают. Наверное, королева под обломками погибла. Вот и получается, что я стала причиной ее смерти.

— А-а-а, — повеселел наставник. — Вот оно что. Не думаю, что все так плохо. Во-первых, у королевы есть телохранители, которые

наверняка заслонили ее своим телом от обломков. Во-вторых, ты же демона не вызывала, он сам явился, значит, формально ты тут ни при чем. И в-третьих, больше молчи и внимательно слушай. Все может повернуться неожиданной стороной.

Я села на траву, сжав голову руками. Почему это все на меня навалилось? Ведь я только хотела тихой и спокойной жизни в счастливом супружестве! Почему именно меня выбрал Ёшка для своего исторического появления? Почему я теперь вознаграждена за это кучей проклятий? И почему, хотела бы я знать, при всем при этом я выжила во время разрушения подвала?

— Потому что ты, насколько мне известно, верна культу Госпожи Удачи, — уверенно сказал Беф, и я поняла, что рассуждала вслух. — Госпожа Удача довольно сильная богиня, почему бы ей не одарить тебя своей милостью?

— А откуда вы знаете, кому я молюсь? — подозрительно спросила я. Что-то Беф слишком много знает о моей жизни!

— Достаточно разок внимательно посмотреть на тебя, когда ты во время экзамена билет тянешь, — рассмеялся Беф. — Или просто прислушаться. «Госпожа Удача, только бы вытащить до двадцатого! Дальше я не выучила. А я тебе сережки свои новые подарю».

Я покраснела. Вот уж не думала, что мои молитвы настолько известны.

— Как видишь, — улыбнулся преподаватель, — богиня решила покровительствовать тебе.

— Спасибо за утешение, — пробормотала я.

— Майор! — крикнул Матвей из подлеска. — Мы уже разбили лагерь.

— Хорошо, — отозвался Беф. — Уже иду.

— Майор? — переспросила я.

— Я когда-то служил в армии, — уходя, напомнил мне наставник.

Я недолго скучала в одиночестве. Вскоре на поляне появился Варсоня, сопровождаемый Трохимом. Целитель нес большую чашку. Трохим с величайшей осторожностью разомкнул защитные контуры.

— Вот, — сказал Варсоня, осторожно просовывая чашку ко мне, — это суп. Я его перетер, чтобы ты не обожглась. Чашка металлическая, так что разбиться не может.

Все же бывший сокурсник недостаточно быстро закрыл охранные линии. Проклятия, получившие порцию магической энергии, радостно принялись действовать. Одно неосторожное движение, и чашка перевернулась. Суп впитался в землю под оглушительное урчание моего желудка.

— Такими темпами я тут умру с голода! — простонала я.

— Не волнуйся! — бодро ответствовал Трохим. — От голода умирают долго. Думаю, проклятия тебя раньше доконают…

— Трохим не то хотел сказать, — с милой улыбкой перебил его целитель. — Мы слышали, что тут ожидается прибытие большого количества магов. Они снимут с тебя проклятие, и все снова вернется в привычное русло.

Я уныло кивнула.

Что мне еще оставалось делать? Из двух вариантов — думать, как выбраться из этой нехорошей ситуации с наименьшими потерями, и предаться сожалениям о своей загубленной жизни — я выбрала первое. Конечно, пострадать мне тоже хотелось, более того, за долгие годы своей жизни я научилась это делать в совершенстве, но не все же плакать? Тем более что меня ожидало нашествие ученых, а к этому у меня стойкая аллергия, выработавшаяся еще во время экзаменов и защит курсовых.

— Не скучай, — ласково сказал мне барон.

Он уселся на траву и уставился на меня своими зелеными глазищами, будто очень хотел мысленно передать мне нечто важное. Но я, к сожалению, мысли читать не умею, поэтому ответила ему просто грустным взглядом.

— Ола, — сказал тихо подобравшийся к нам Живко, — почему ты жуешь траву?

— Потому что она со вкусом супа, — честно ответила я. — А я очень хочу есть.

Но орку не нужны были мои оправдания.

— А ты, — обвинил он барона, — даже не заметил, что Ола ест траву!

— Заметил! — Рон вскочил и сжал кулаки. — Но если она ест траву, значит, ей так надо! Ты не задумывался о том, что она уже взрослая девушка, и если она хочет что-то есть, то пусть и ест?

— Я думаю, что нужно о ней заботиться! — рявкнул Живко. — А ты явно не способен это сделать.

Барон побагровел.

Я сорвала еще пучок травы, уселась поудобнее и приготовилась смотреть представление.

— И ты тоже не способен заботиться о ней! — обвинил орк Иргу, который конечно же не мог остаться в стороне, когда рядом со мной поклонники. — Пришло время прекратить этот фарс. Ты должен признать, что брак с тобой не принес Оле ничего хорошего!

— Принес, — пискнула я, вспомнив нашу брачную ночь. Однако меня никто не слушал. Нахохлившись, как бойцовые петухи, парни стояли по разным сторонам защищенного от магии пространства и, казалось, были готовы кинуться друг на друга.

Да, это просто было воплощением мечты любой девушки — трое мужчин, готовые за нее драться. Просто мечта, если не вдумываться в то, что у них всех из-за событий последней недели нервы на пределе, и им просто нужен повод сбросить накопившееся напряжение.

— Лучше давайте все вместе поплачем, — робко предложила я. — Вам полегчает, и не надо будет здесь разыгрывать представление из репертуара бродячего театра.

— Молчи, женщина! — процедил Ирга и обратился к орку: — И что ты предлагаешь?

— Предлагаю тебе при свидетелях расторгнуть брак с Олой.

— И отдать ее тебе?

При виде смертельно бледного лица мужа я вскочила на ноги, готовая кинуться к нему… Нет, скорее, с моими проклятиями лучше кидаться к Живко, пусть ему будет плохо.

— Разумеется, мне, — уверенно заявил орк. — Я один из вас смогу ее защитить. Ты позволил себе попасться в ловушку, после чего хрупкой женщине пришлось тебя вызволять, а ты, — обратился он к барону, — вообще смылся, как только запахло опасностью.