Грех и любовь
Шрифт:
Джейн попыталась сдержать нервную дрожь, вызванную этим признанием. Как мог Итан так поступить? Как мог он игнорировать эту красивую хрупкую женщину?
И как могла леди Порция рассказывать о самых интимных моментах брачной жизни? Да еще совершенно незнакомой женщине. Хотя ее можно понять. Ведь больше ей довериться некому.
— Вы представить себе не можете, в какой кошмар превратилась моя семейная жизнь, — продолжала Порция. — Только поэтому я доверилась человеку, который, как мне казалось, полюбил меня. — Порция взглянула на Джейн огромными бархатистыми глазами. —
— Конечно.
— В таком случае, если я вам еще кое-что скажу, могу я рассчитывать на ваше молчание?
От развязных манер Порции Джейн стало не по себе. Но, отмахнувшись от дурных предчувствий, она кивнула: «
«
— Разумеется.
— Я совершила ужасную ошибку, связавшись с Джорджем Смоллеттом. Мне не хотелось говорить при Итане, но…
— Но что?
— Дело в том, что Джордж бросил меня. Сбежал со всеми моими сбережениями.
— О Господи! — ахнула Джейн. — Неужели это правда?
Порция печально кивнула:
— Да. Он сбежал на континент. Думаю, это даже к лучшему. Под изящной маской джентльмена, которую он носил, скрывался самый настоящий простолюдин, с которым у такой чувствительной особы, как я, не может быть ничего общего.
— Но… вы же носите его ребенка.
— Увы, да. — Порция перевела взгляд на носовой платочек, который комкала в руке. — Как ни прискорбно признаваться, но мы жили невенчанными. Он отнял у меня все… Все! Я ужасно нуждаюсь. Итан дает мне ничтожную сумму.
— А у вас есть родители или родственники, к которым вы могли бы обратиться?
— Они все бросили меня в час беды; У меня нет никого.
Совсем никого…
У Джейн от жалости сжалось сердце.
— Если бы я только могла вам чем-нибудь помочь. Но к сожалению, отец оставил мне крошечную ежегодную ренту.
Видите ли, у нас с вами есть кое-что общее. Родители моей матери тоже оставили ее без гроша, когда она вышла замуж за бедного ученого.
— Ну что вы, я вовсе не собиралась просить денег у вас! Я еще не всю гордость растеряла. — Порция цепко схватила Джейн за руку. — Но вы можете помочь мне не деньгами, а кое-чем другим.
Чувствуя, что ей неприятно это прикосновение, Джейн хотела отдернуть руку, но почему-то не стала этого делать.
— Чем же?
— О, я не смею сказать…
— Прошу вас, скажите. Если я смогу вам помочь, я помогу.
— Ну хорошо. — Порция глубоко вздохнула, и в глазах ее отразилась решимость. — Я должна увидеться с Итаном наедине, чтобы поговорить о своих нуждах. И вы должны убедить его принять меня.
— Ба, да это Чейзбурн! — воскликнул коротышка. — Вот повезло, что мы на тебя наткнулись! Проходили мимо, видим — свет горит.
Пока он говорил, его приятель ущипнул безвкусно одетую рыжеволосую девку, и та пронзительно взвизгнула.
— А мы решили сегодня немного развлечься, — подхватил высокий.
Они направлялись к Итану, и шаги их гулко раздавались в пустом зале.
— Привет, Кибл. Привет, Даксбери. — Скрывая раздражение, Итан улыбнулся приятелям. Они давно знали друг друга. Немало ночей провели вместе за карточными столами. —
— Очевидно, сама судьба. — Кибл с Даксбери переглянулись и одновременно захихикали, словно над какой-то шуткой, понятной лишь им. — Не возражаешь, если мы с тобой немного поболтаем?
— Думаю, вас сегодня ждут более приятные дела. — Итан показал глазами на проститутку.
— Это точно. Но с тобой тоже хочется побыть, — ответил Даксбери.
Мужчины взяли стулья и, вытащив их на середину зала, уселись. Даксбери тут же взгромоздил себе на колени хихикающую проститутку и начал поглаживать ее по заду. Подозрительно глядя на приятелей, Итан потер ноющие костяшки пальцев. Он знал, что от этих двоих ничего хорошего ждать не приходится. Дай Бог, чтобы он ошибался.
Виконт Кибл, известный сплетник, был мужчиной маленького роста, аккуратненьким и кругленьким. Он носил такие высокие галстуки и воротнички, что казалось, они вот-вот его задушат. Свои редкие каштановые волосы он завивал и укладывал волнами на греческий манер. Но поскольку этими же реденькими волосами ему приходилось прикрывать лысину, результат постоянно оказывался плачевным: прическа виконта подозрительно напоминала птичье гнездо.
— Мы только что узнали, что ты в городе, — ухмыльнулся Кибл. — Правда, Дакс?
— Сегодня на балу у Барклаев только и разговоров было что о тебе, — подхватил достопочтенный Джеймс Даксбери, глядя на Итана жадно поблескивающими голубыми глазками на детском личике. — Не бал был, доложу тебе, а сплошная скукотища. Ни одной приличной бабенки. Не женщины, а стадо коров.
— Однако нельзя сказать, чтобы вечер прошел совсем зря, — заметил Кибл.
— Это точно, — согласился Даксбери. — Неподалеку отсюда мы наткнулись вот на эту милашку. — И он запустил руку женщине под юбку, отчего та снова взвизгнула, игриво хлопнула его по руке, после чего обхватила руками за шею.
— Да я вовсе не о ней, идиот ты этакий! — бросил Кибл. — На балу мы узнали одну сногсшибательную новость. Хотя не люблю я всякие сплетни, да еще ни на чем не основанные…
— Вот и держи их при себе, — перебил Итан и отвернулся.
— Но должен же человек знать, о чем шепчутся за его спиной, — откашлявшись, продолжал виконт. — И я считаю своей моральной обязанностью рассказать, какие слухи распускают о тебе.
— Какие еще слухи? Не о том ли, что я держу в загородном доме гарем? А я так надеялся сохранить это в тайне.
— Гарем? — Оторвавшись от проститутки, Даксбери изумленно уставился на Итана. — Правда? Ну и везет же тебе!
— Да вовсе не о гареме шла речь! — выпалил Кибл и попытался изобразить на одутловатом лице озабоченность. — Речь, Итан, шла о молодой девице, которая живет в твоем доме. Вместе с ребенком. Болтают, что она родила от тебя ребенка и ты выставляешь их обоих напоказ перед лицом всего общества.
Итан сжал кулаки. По телу его пробежал холодок. Он ожидал, что поползут слухи, но не думал, что так быстро. Аристократы любят верить в худшее, особенно если дело касается человека, решившего не подчиняться их дурацким правилам.