Гренадёры

Биткова Евгения

— Ким, то секретное письмо при тебе? — бесцветным голосом поинтересовалась я.

— Эм, да.

— Отдай его им, К ЕДРЕНЕ ФЕНЕ!!! — заорала я так, что у друга встали волосы дыбом.

— Я об этом думал, — честно признался Ким, приглаживая шевелюру. — Но это будет последний вариант.

— Конечно, последний! Они заберут его с твоего хладного тела!

— Не настолько последний. Сдадимся, когда нас окончательно прижмут к стенке.

— А сейчас не прижали к полу? — язвительно уточнила я. Друг обреченно покачал головой. — Ладно, твои предложения?

— Разделиться.

— Замечательно! Поубивают по отдельности, и?

— Судя по всему, противник один. А как говорится, за двумя зайцами

погонишься…

— …шиш тебе будет ужин.

— Точно. Он не сможет сконцентрироваться на нас двоих. Пока будет занят одним, другой сможет подкрасться и напасть со спины.

— Ясно. И кто будет приманкой? — как бы между прочим поинтересовалась я, в глубине души зная ответ.

— Логичней всего тот, у кого хранится письмо.

— Значит, ты. А он об этом знает? — спросила я, таинственно указывая на небо.

— Понятия не имею о его осведомленности. Только одна поправка: теперь ты, — сказал парень, быстро суя конверт мне в сумку.

— Что?! Почему как приманка, так сразу я?!

— Ты более выносливая, сумеешь дольше убегать. К тому же шумная. Тихо подкрасться со спины тебе вряд ли удастся, а привлечь внимание — очень даже.

— И как мне его привлечь? Бегать вприпрыжечку, размахивая конвертом, насвистывая себе под нос веселенькую песенку? Или похоронный марш тут будет уместней?

— А ты можешь его насвистеть?

— Я щас кому-то лучше насвищу! — прорычала я.

— Ладно-ладно, успокойся. Ну не побежит он за тобой — тебе же лучше. Сейчас нам нужно продумать пути отступления. Я примерно представляю план порта, если мы сможем выбежать сюда…

— Ким? — нехорошее предчувствие кольнуло меня. — А почему он перестал нас атаковать?

— Исключить вариант, отсутствия боеприпасов, возможно, выжидает. Какой смысл бить вхолостую?

— Выжидает конкретно где?

Ответить Ким не успел. Раздалось насмешливое хмыканье. Мы одновременно закинули головы вверх. Глазам предстали ребристые подошвы ботинок. Прыжок — и мы с напарником, точно тараканы, застигнутые врасплох веником, метнулись в разные стороны. Я и не подозревала о своей способности скоростного бега на четвереньках. Перекидывая ноги за уши, я, вероятно, напоминала бешеную лягушку. Сочувствую тому несчастному, мимо кого я пронесусь подобным образом.

Не сомневаюсь, я смогла бы так добежать до западной границы, если бы не пояс треклятой юбки, на который я поминутно наступала. Решив, — хорошего понемножку, я приняла вертикальное положение и увеличила темп. Я не слышала звуков погони, но это еще ни о чем не говорило. Как он смог подобраться к нам незаметно? Я никогда не жаловалась на слух (напротив, он был моим проклятьем), да и у Кима он идеальный, и все равно никто из нас даже ухом не повел. Также меня мучило, почему, находясь на расстоянии вытянутой руки, он не попытался напасть? Была такая блестящая возможность. Низкий поклон ему, конечно, за это, но все же странно. И когда он успел подобраться? С какой части разговора начал нас слушать? Теперь он в курсе, что письмо у меня, и неожиданное нападение Кима перестало быть неожиданным. А значит, все шишки только мне. Ким, гад! Чтоб тебе икалось! Почему мне всегда так крупно «везет»? Зачем я согласилась на эту несчастную работу? Романтики захотелось, приключений. Ага, романтики выше крыше! И геройская смерть с посмертным орденом обеспечена!

Я бестолково петляла между контейнеров, надеясь хоть где-нибудь найти выход. Как назло, мне не попался ни один человек. Куда они все подевались?! Вымерли, что ли? С такими темпами и я скоро вымру. За спиной раздался рассекающий воздух свист. Я быстро упала на живот. Через несколько секунд оглушительный грохот подкинул меня вверх. Я с опаской разжала руками голову. Подняла глаза. Передо мной возвышался стальной контейнер,

судя по всему, сорвавшийся с крана. «Похоже, у него имеются не только ледяные кинжалы», — убито подумала я. Путь вперед был закрыт. Я могу перепрыгнуть, но дадут ли мне такую возможность? Сомневаюсь. Оставалось только назад, а там… Я сглотнула и встала на колени. Поворачивать голову ужасно не хотелось, но ощущать спиной чужое присутствие и ждать удар было невыносимо. Я резко развернулась. Посредине туннеля из ящиков стоял человек, обмотанный в серые куски ткани. Знакомые все лица. Хотя нет, лицо, напротив, было незнакомым. Вернее, половина лица. Если не серый, легко узнаваемый балахон, я бы решила, что это другой человек. Когда я сталкивалась с ним в поезде, а затем в «Театре», его глаза были холодными, пронизывающими до костей. Сейчас на меня смотрели теплым и насмешливым взглядом. И он совсем не сочетался с рукой, задумчиво подбрасывающей здоровенный тесак. Насколько я помнила лекции по холодному оружию, проводившиеся в ЗОГе, такая штуковина была метательной и действовала по принципу бумеранга. Если она смогла рубануть стальной трос, то… Хорошо он ее заточил! Я встала. «Умирать, так стоя, как подобает мужчине и воину», — почему-то вспомнилось мне и тут же захотелось сесть обратно. По первому я пролетала полностью, а по второму, скажем, увидь сейчас меня госпожа Роза, она бы задушилась со стыда. Тесак сделал пару подскоков и спокойно лег в ножны. Это меня слегка успокоило и тут же напрягло. Чую подвох.

— Мороз же, ты чего совсем бледная, малышка? — добродушно поинтересовался незнакомец, снимая повязку. Лицо открылось, но я продолжала недоуменно хлопать глазами. — Упс! — Парень, наступив на один из своих лоскутов, хлопнулся на землю. Эффектно. Я ошарашенно на него посмотрела. — Ой-ой, не очень хорошо вышло. Им пора менять моду. Все слишком длинное! Совершенно невозможно работать, — пожаловался он, критически изучая концы лохмотьев.

— Согласна, — невольно посочувствовала я, вспоминая свои падения. Блондин оторвался от одежды и с прищуром посмотрел на меня.

— Малышка, ты меня не узнаешь?

Я хотела отрицательно помотать головой, как вдруг мой взгляд уперся в спекшуюся полоску крови на нижней губе парня.

— Т-ты, т-ты…

— Оу, узнала! Здорово, я рад. Ты сейчас без своего мохнатого дружочка? — с интересом осматривая меня, поинтересовался северянин. — Жалко. Ну ладно, передашь ему привет от меня. И да, что же я хотел? О, точно, — неожиданно он протянул руку. Я отпрянула. — Отдай, пожалуйста, письмо. И мы сможем разойтись в разные стороны живые и здоровые.

Я молчала, крепко сжимая сумку. Отдам письмо — я труп. Нужно взять себя в руки и начать действовать. Главное — продержаться, а там Ким обязательно что-нибудь придумает. Я уверена, сейчас он занят этим вопросом. Жалко, Шнурик тебе в горло не впился! Ох, знала бы я раньше. «Нужно продержаться», — повторила я про себя. Глаза лихорадочно заметались из угла в угол. Ага, рядом со мной оказалось несколько бочек с дегтем. Мое любимое бытовое оружие — тяжелые предметы.

— Предложение соблазнительное, но вынуждена отказать — работа. — Схватив ближайшую бочку, я зашвырнула ее в негодяя. Негодяй удивился, но увернулся.

— Впечатляет! — присвистнул он, с интересом изучая погнутую бочку. Запах дегтя начал бить в нос. — Тогда и ты прости — тоже работа. — Невинно пожав плечами, парень снова достал свой тесак.

Я кинулась к следующему боеприпасу. Что за черт?! Моя рука уткнулась в лед. Бочки превратились в замороженную фасоль. Фиг отлепишь друг от друга! Как такое возможно? Всего секунду назад они не были покрыты вековым слоем льда!

— О, это моя фишка, — улыбнувшись, пояснил незнакомец.

— Круто, — на этот раз восхитилась я. — А мороженое делать умеешь?