Грешки

Рич Мередит

— Любовь моя, я никогда не оставлю тебя. Какая ужасная перспектива: жениться еще раз и вновь пройти через все эти процедуры.

— Не слишком любезно. Лучше скажи: «Лидия, я очень люблю тебя и никогда не покину».

Стефан поцеловал ее:

— Не сомневайся в этом.

Когда солнце опустилось, они направились к моторному катеру, который должен был отвезти их на яхту Стефана, стоявшую на якоре в старой бухте напротив Пальмы — главного города Майорки. Последнюю неделю она курсировала между Балеарскими островами.

— Мне хотелось бы поужинать на яхте. Но

может, ты предпочла бы повеселиться в городе?

— Я бы с удовольствием побродила по этим местам и где-нибудь выпила, а потом мы вернулись бы на яхту и отдохнули.

— Так и сделаем.

Ни Лидия, ни Стефан не признались бы в том, что ощущают напряжением, оставаясь наедине. Великолепная погода и плавание на яхте доставляли им удовольствие, но вдали от замка, Парижа, друзей и деловых партнеров Стефан заметно нервничал. Неуверенная в себе, Лидия решила, что ему с ней скучно, и испугалась; С момента помолвки они редко бывали наедине. Она целый месяц провела в Нью-Йорке, а когда вернулась к Стефану, началась сплошная череда вечеринок — они принимали гостей или сами наносили визиты. Общение с друзьями мужа не доставляло Лидии удовольствия. Они говорили о винах, о бизнесе, о неизвестных ей книгах, городах, музыке и людях их круга, незнакомых Лидии. Поэтому до свадьбы Лидия лишь слушала и восхищалась.

Теперь, оставшись вдвоем с мужем, Лидия осознала, что они очень разные люди, однако решила приложить все усилия для того, чтобы их брак был счастливым.

Стефана не беспокоили отношения с женой. Он хотел одного: чтобы Лидия родила ему наследника. Граф надеялся также, что с возрастом она приобретет светский лоск и разделит его интересы. Стефан решил жениться на молоденькой, чтобы самостоятельно сформировать графиню де ла Рош. Мари-Лор, сильная натура, не позволяла манипулировать собой, да и он женился совсем молодым и был по уши влюблен в нее.

Лидия не вызывала у него таких чувств, хотя граф оценил ее красоту и энергию. Как личность она не слишком интересовала Стефана — тем более что он решил изменить ее. Граф хотел видеть Лидию элегантной и уверенной в себе. Но главное, он мечтал, что жена подарит ему наследника.

Зайдя в кафе, они заказали неразбавленный виски для Стефана и кампари с содовой для Лидии. Длинное белое платье из марлевки было очень к лицу Лидии.

Стефан смотрелся красавцем в белых брюках и пиджаке. Соломенная панама принадлежала когда-то его деду.

Внешность Стефана не оставляла сомнений в его аристократическом происхождении: правильные черты лица, тонко очерченный нос, неторопливые манеры.

— Ты очень молчалив сегодня, Стефан. Что-то не так?

— Нет, дорогая. Оставаясь наедине с тобой, я погружаюсь в размышления.

— Но ведь ты не один, а со мной! — В голосе Лидии звучала обида.

— С тобой я чувствую себя непринужденно, и это твоя заслуга.

— Что ж, тогда все в порядке. Считай, что ты прощен. Но может, все-таки я чем-то задела тебя?

— Конечно же, нет, я сказал бы тебе. Чтобы не возникало недоразумений, нам следует быть искренними друг с другом.

— Боже мой, Стиви… неужели это ты?! Тони

заметил тебя с набережной, но я не поверила ему, считая, что ты никогда не приехал бы на эту скучную Майорку. — Высокая брюнетка с мальчишеской стрижкой и огромными накрашенными карими глазами подошла к их столику.

Она говорила с английским акцентом.

— Ты права. Однако мы не на Майорке: наша яхта стоит на якоре за ее пределами. — Стефан встал и, улыбнувшись, поцеловал женщину. К ним приблизился ее муж и радостно обнял графа. — Познакомьтесь с новой графиней де ла Рош. Лидия, это мои давние друзья — Мэгги и Тони Макгроу.

Лидия обменялась с ними рукопожатиями.

— Помню, вы прислали нам к свадьбе подарок — замечательное полотно Малькольма Морли, но, к сожалению, не смогли приехать.

— У вас великолепная память, дорогая. И вы еще красивее, чем я предполагала. — Скуластое лицо тридцатилетней Мэгги Макгроу сразу располагало к себе белозубой улыбкой и выразительным крупным ртом.

— Удивительно, что мы оказались здесь в одно время! — Полный лысеющий Тони Макгроу был старше супруги. — Не поужинаете ли с нами? Чуть дальше по набережной открылось отменное бистро.

— Весьма заманчиво, — оживился Стефан. — А может, поужинаете у нас на яхте?

— Ни в коем случае, — ответила Мэгги. — Я не переношу качку.

Лидия давно не видела мужа таким общительным, как за ужином. С Тони Макгроу он жил в Оксфорде на одном этаже.

— Собираешься осенью на охоту к Чарли? — спросил Тони. — В прошлом году нам тебя не хватало, хотя мы прекрасно провели время.

— Да, если бы не эти ужасные американцы… помнишь, Тони?

— Хэнк и Рита. — Тони с явным презрением имитировал американский акцент. — Хэнк — какой-то воротила в строительной промышленности. Из Лос-Анджелеса. А Чарли — это лорд Грешем, — с улыбкой пояснил он. — У него великолепное имение в Котсуолте, и охота там чудесная.

Так вот Чарли заключил с этим парнем соглашение в Палм-Спрингс. Хэнк вкладывает две трети капитала, а Чарли приглашает его поохотиться…

Мэгги рассмеялась:

— Не злословь, Тони!

— А что, по-моему, отличное соглашение. Чарли немножко заработает, Хэнк и Рита вернутся в Лос-Анджелес со слайдами и рассказами о том, как познакомились с лордом Грешемом — чертовски приятным парнем. Каждый получит то, что хотел, и все будут довольны.

— Кроме нас, бедняжек, — вставила Мэгги. — Когда мне пришлось пригласить Риту на чашку чая, я думала, что умру. «Кто вас причесывает, миленькая? Я уже несколько лет пытаюсь добиться такого оттенка волос».

Знаете, что сказала Корнелия Харрингтон об американцах? Они… — Лицо Мэгги вдруг исказилось от боли. — Ой, Тони, отдавил мне ногу! Я же не о вас, дорогая, — обратилась она к Лидии, поняв свою оплошность. — Не все американцы одинаковы…

— Лидия теперь француженка, — заметил Стефан.

— Причем очаровательная, — галантно добавил Тони.

Лидия осушила бокал, мечтая об одном: поскорее вернуться на яхту. Но увы, так рано Стефан не уйдет, и ей придется разыгрывать роль очаровательной молодой жены.