Грешник

Мэллори Маргарет

— У меня есть два условия, — сказала Глинис.

— Почему меня это не удивляет? — Алекс прищурился и скрестил руки на груди. — И в чем же они состоят?

— Первое условие — мы немедленно уезжаем из замка Инверари.

— Я должен попрощаться с вождем клана и его семьей, — сказал Алекс. — Но мы можем покинуть замок уже в ближайший час.

Плечи Глинис немного расслабились. По-видимому, ей не терпелось уехать подальше от Д’Арси и поскорее оставить это разочарование позади.

— А еще какое условие? — спросил Алекс, стараясь говорить ровным голосом.

Лицо

Глинис было напряжено, она почему-то опустила глаза и некоторое время молчала. Он понял, что в чем бы ни состояло ее второе условие, ей трудно произнести его вслух. И он был уверен, что это условие ему не понравится.

— Я не буду делить с тобой постель.

Что?! В чем Алекс был совершенно уверен, так это в том, что доставлял ей удовольствие в занятиях любовью. Неужели она настолько теперь его не приемлет, что готова отказаться от удовольствия, которое они вместе получали в постели?

— Если бы мне была нужна только нянька, я бы ее нанял. И вполне возможно, что я мог бы найти смазливую девицу и заодно спать с ней. — Последнее предложение Алекс добавил от злости. — Но мне нужна жена. Во всех отношениях.

Глинис покраснела и прикусила губу. Не могла же она всерьез ожидать, что Алекс согласится на это условие. Он ждал, когда Глинис объявит наконец, чего она на самом деле хотела.

— Хорошо, я буду делить с тобой постель. Но только до тех пор, пока ты будешь мне верен. — Глинис посмотрела на него своими серьезными серыми глазами. — Если ты заведешь другую женщину, я больше никогда добровольно не буду с тобой спать.

— Добровольно? — переспросил Алекс. От гнева у него перед глазами замелькали искры. За кого она его принимает? — Я не из тех мужчин, которые принуждают женщин к любовной связи.

— Если ты возьмешь другую женщину, тебе придется согласиться выделить мне отдельный дом, в котором я буду жить, — сказала Глинис. — Хватит небольшого коттеджа.

Алекса переполнял гнев, ему казалось, что он взорвется. Он не собирался жить так, как жили его родители!

— Ты согласен?

Глинис всмотрелась в его глаза так, словно пыталась прочесть правду в самой глубине его души. Алекс привлек ее к себе. Он целовал ее со всей яростью и страстью, бушевавшими в нем, пока она не начала плавиться в его руках. Когда он отстранился, ее глаза смотрели ошеломленно, чего он и добивался.

— Ты хочешь, чтобы я занимался с тобой любовью, да так, чтобы у тебя в ушах шумела кровь, а перед глазами вспыхивали молнии, когда я буду снова и снова доводить тебя до экстаза?

Глинис прерывисто дышала, ее приоткрытые губы припухли от его поцелуев.

— Скажи это! — потребовал Алекс.

— Хочу, — еле слышно прошептала Глинис.

— Ты хочешь, чтобы я стал твоим мужем и каждую ночь делил с тобой постель? Скажи это!

— Хочу.

Он снова стал ее целовать и целовал до тех пор, пока она не застонала под его натиском и не покачнулась. Она будет желать его, и только его! Гнев Алекса еще не совсем выветрился, когда он во второй раз отпустил Глинис.

— Хорошо, я согласна на настоящий брак, — сказала она, чопорно разглаживая руками платье. — Если через год мы

поймем, что не подходим друг другу, то расстанемся без обид. Конечно, если ты раньше не заведешь другую женщину, в этом случае будет так, как я уже говорила.

Алекс понял, что пришло время решить этот вопрос между ними. Он вытащил из-за пояса нож. Глинис ахнула. Он отрезал ножом полоску ткани от полы своей рубашки. Потом взял Глинис за руку и сплел ее пальцы со своими. Держа их соединенные руки и неотрывно глядя ей в глаза, он три раза обвил полоску материи вокруг их запястий.

— Я беру тебя в жены, Глинис Макнил, дочь Гиллеонана Макнила с Барра, и буду твоим мужем. — Алекс выдержал паузу и многозначительно добавил: — До смерти, Глинис. Ты слышишь? До смерти!

По обычаям Шотландского нагорья, мужчина, недовольный браком, по окончании года мог вернуть жену ее отцу вместе с ее приданым. Чаще всего так поступали, когда женщина не могла зачать. Но если в браке появлялся ребенок, то он считался законным. К сожалению, женщина тоже могла расторгнуть брак. Алекс не мог удержать Глинис больше чем на год без священника, а священников на Шотландском нагорье было мало, и их было непросто найти, но он все равно потребует, чтобы их поженил священник.

Глинис сжала губы и растерянно взглянула на Алекса.

— Ты уже это делала, — напомнил он. — Ты знаешь, что полагается говорить.

Во взгляде Глинис мелькнула боль, и Алекс тут же пожалел, что упомянул ее первый брак. Но по каким-то ему самому непонятным причинам он был слишком зол, чтобы просить прощения.

— Ну, хорошо, — процедила она сквозь зубы. — Я беру тебя в мужья, Александр Макдоналд, и обещаю быть твоей женой.

— До смерти, — закончил за нее Алекс.

— До смерти. — Глаза Глинис метали молнии. — Или до тех пор, пока ты не начнешь гулять на сторону, что, как мы оба знаем, ты сделаешь.

— Не путай меня с Кланраналдом, потому что я потребую от тебя выполнить обещание, — предупредил Алекс.

— С ним не я первая нарушила обещание и не нарушу его с тобой. Но если ты возьмешь другую женщину, я никогда больше не лягу с тобой в постель.

— Я сделаю все, чтобы тебе никогда не пришлось говорить мне «нет».

Алекс резко снова привлек Глинис к себе, она ахнула от неожиданности. Он наклонился к ее губам, с ее губ сорвался короткий стон, она запрокинула голову и закрыла глаза. Алекс замер у самых ее приоткрытых губ.

— Собирай вещи, — бросил он. — Я тебе обещал, что мы сразу же уедем, а я человек слова.

Глава 32

Почему Алекс на нее так разозлился? Она же согласилась на настоящий брак. И прямо сейчас она очень бы хотела воспользоваться своими брачными правами.

— Мы можем, конечно, остаться на ночь, — сказал Алекс, щекоча губами ее губы. — Но только если ты освободишь меня от моего обещания уехать немедленно.

Он поддерживал ее одной рукой за спину, а другая его рука двигалась по ее боку. Когда он задел ее грудь, Глинис прикусила губу, чтобы сдержать вздох. Как она скучала по его прикосновениям!