Грешник
Шрифт:
Дэррек начал лепетать, а слезы текли из уголков его глаз. Его было немного трудно понять, так как он практически не использовал свои губы, но суть была ясна, казалось, что ему было ужасно, искренне жаль, что он подставил Кевина, но его план провалился.
— Я рад это слышать, Дэррек. Так что все это было — просто досадное недоразумение, не так ли?
Дэррек хмыкнул утвердительно.
Сигнал резко замолчал. Уши Кевина гудели от внезапной тишины. Он слышал чье-то тяжелое дыхание и бормотание.
— Ну, недоразумения иногда случаются, Дэррек. — Он не ослабил своей хватки ни на секунду. — Но если у нас
Дэррек снова хрюкнул, в его взгляде читались ярость и боль.
Кевин отпустил губы Дэррека, а затем ударил его еще раз по лицу для профилактики, потому что он никогда не смог бы передать, насколько он терпеть не мог тюрьму. Он перестал удерживать Дэррека и встал на ноги. Пытаясь не дрожать после насилия, которым он не занимался уже несколько лет, Кевин подошел к окну и уставился на нормальный, обычный, будний день за окном.
— Вставай, — сказала Кэтрин Дэрреку.
Кевин наблюдал за женщиной, которая прогуливалась с коляской и зашла в здание вниз по улице.
— Я сказала, встань.
— Проклятье, — пробормотал Дэррек. Кевин слышал, как он пытается встать на ноги. — Проклятье!
Грузовик отъехал от тротуара. Уличный музыкант играл на скрипке. Двое мужчин в деловых костюмах прошли мимо него. Один из них остановился, чтобы бросить доллар.
— На прошлой неделе, ты поставил клиента в неловкое положение, — холодно сказала Кэтрин. — Сегодня, благодаря твоей выходке, клиентка оказалась в полиции.
— Это было несправедливо, отправить его к моей клиентке, — из-за раны нижней губы, сказанное Дэрреком было едва понятным.
— Заткнись! — крикнула Кэтрин.
Возле здания собралась небольшая толпа народа.
Сигнализация, понял Кэвин. Конечно. Люди на улице слышали ее. Люди и в Канаде, наверное, слышали.
В районе, как этот, в здании с латунной табличкой на передней двери, указывавшей, что это была консалтинговая фирма, никто никогда бы не догадался, что внутри двое очень дорогих проституток только что потеряли голову и набросились друг на друга, как уличные мальчишки.
Даже уличный мальчик, стоявший рядом, вряд ли догадался.
Это уличный мальчик, который...
Кевин моргнул и присмотрелся, потом фыркнул.
Этот уличный мальчишка — карманник.
— Что теперь? — спросил Дэррек, его речь была едва понятной. Эта рана на губе вскоре раздуется, как воздушный шар.
Черт возьми, будет очень больно утром, Дэррек.
— Мне нужно подумать, — сказала Кэтрин.
Кевин знал, что она была в неудобном положении. Дэррек работал на нее в течение четырех лет. Он знал слишком много, чтобы быть выгнанным после всего. Даже Кэтрин не могла полностью защитить своих клиентов от разъяренного бывшего сотрудника, который знал столько, сколько знал Дэррек.
Хотя, к счастью для нее, Дэррек был слишком глуп, чтобы понять, что у него на руках все карты. Прямо сейчас он боялся потерять свою работу. Все эти деньги, которые такие парни, как он и Кевин, не смогли бы больше нигде заработать, и все, что
Глядя вниз на толпу, собравшуюся на улице, где все еще бродил тот беспризорник, Кевин ждал, когда Кэтрин снова возьмет все под свой контроль. Она не могла дать слабину, прогнуться, и позволить Дэрреку взять все в свои руки. Вместо этого, она накажет его достаточно, чтобы поставить на место, и сделает это так, чтоб другим было неповадно действовать за ее спиной, как это сделал Дэррек, но гораздо более тонко, чем это сделал Кевин только что. В конце концов, Дэррек будет работать только за заработную плату, еще и с льготной оплатой и соблюдая жесткую дисциплину. Во многом, также как и Кевин. Только Деррэк будет признателен за это.
— Я сделал тебе одолжение, — сказал Дэррек Кэтрин, еще немного шепелявя. — От него сплошные неприятности. Он всегда был ходячей проблемой. Ты должна была позволить взять ему всю вину на себя. И ты должна была это сделать еще два года назад.
Кевин не подвал вида, что слушает, но его сердце застучало немного сильнее. Даже он иногда думал, что сошел с ума, чтобы подставить ее таким образом.
— Ты хочешь поговорить о Кевине? — спросила Кэтрин.
— Я просто говорю... Ты не должна была отдавать ему мою клиентку...
Кевин повернулся, чтобы посмотреть, что вдруг заставило Дэррека столь пронзительно завопеть.
Ах, вот оно что.
Кэтрин взяла Дэррека за яйца. Буквально.
Сейчас будет немножко больно.
— Ты хочешь знать, почему Кевин стоит тех проблем? — голос Кэтрин звучал даже очень дружелюбно.
Кевин увидел полдюжины людей, наблюдающих за ней, кроме адвоката, который бросил взгляд на часы.
— Ты знаешь, что женщина действительно хочет видеть в мужчине, Дэррек? — спросила Кэтрин. — Нет, конечно, ты не знаешь. Позволь мне дать тебе подсказку. Это не рельефный пресс, широкие плечи, идеальная кожа или большой член. Женщина хочет умного мужчину, Дэррек. Кто может использовать свою голову. Кто может понять, что ей нужно.
Должно быть, она сжала сильнее, потому что Дэррек вздрогнул немного и издал довольно ужасный писк.
— Кевин — мой мальчик номер один, Дэррек, потому что он умнее тебя. На самом деле, если бы здесь будет пять, таких как ты, он все равно будет умнее вас. Теперь ты, наконец, понимаешь?
Дэррек кивнул, его лицо исказилось от боли. Когда она отпустила его, он упал и медленно опустился на пол.
Кевин свистнул.
— А я вот думал, что ты будешь действовать более мягко, в отличие от меня.
Она мягко взглянула на него.
— Это только казалось слишком большой проблемой.
Кевин пожал плечами и вернул свой взгляд к окну, в то время как Кэтрин сказала кому-то, чтобы помогли Дэрреку добраться до одной из спален, а затем предложила остальным вернуться к работе. Не все, правда, ушли. Несколько из них замешкались, надеясь, что будет эпилог к мелодраме.