Гриф
Шрифт:
В ней было всего три странички текста. На первой же было написано:
"1. Увеличить использование приема кадрирования на телевидении…"
И далее Гриша с интересом прочитал о первоочередных планах профессора Морова по подготовке «электората» России к предстоящим выборам президента и депутатов Госдумы. Подумав, все же сунул каждый листок в настольный ксерокс и захватил копии с собой. И, когда уже вылезал через узкое отверстие, оставленное ему раскрытой фрамугой, все думал: "Так, значит, Моров готовит профессора Иванова в новые президенты России? Почему его? И знает ли этот вполне приличный господин, какая
Находясь в почти подвешенном состоянии, он с подоконника увидел вдруг что-то, показавшееся ему странным. В углу кабинета за ширмой, за которую он даже не удосужился заглянуть, сидел… профессор Моров и нагло ухмылялся.
— Извините, ребята, непредвиденная "вводная", — сказал Гриша и полез назад.
Он резко отвел ширму в сторону, направив на смеющегося профессора ствол «беретты». Однако Моров даже не поморщился, не убрал с лица хамоватую улыбку. Что немудрено. Это был не живой профессор, а его точная копия, биоробот. Вероятно, его можно было запускать в работу и отключать, когда в нем отпадала необходимость. Биоробот в эти минуты не был нужен профессору на его боевом посту, и потому, отключенный от питания, он сидел тут за ширмой в кресле и бессмысленно улыбался.
Теперь уже окончательно Гриша вылез из окна и, страхуемый товарищами, бережно держа захваченные трофеи, спустился на землю.
Только он встал на твердый грунт, как из-за угла выскочили два амбала. Один отключил Ашота, второй схватился с Гиви. Тот, что отключил Ашота, повернулся к Грише и нанес ему страшной силы удар в грудь. Судя по звуку, который возник от соединения его кулака с металлическим боком стального «кейса», закрепленного на гришиной груди, на руке еще был и кастет.
— А-а-а-а-мать твою… — заорал парень, бережно качая разбабаханную кисть перед собой.
— Моя мама тут совершенно ни при чем, — ответил Гриша, чуть пригнулся и добавил неприятностей парню, ударив его ногой в причинное место.
Крик стал громче.
Тем временем и Гиви сумел провести противнику болевой прием, после которого тот лег на грунт, как подводная лодка, и больше не возникал до конца разговора. А тот, что получил от Гриши два неприятных воспоминания, все кричал и кричал. Ашоту, который уже поднялся с земли и испытывал к сторожевым псам института чувство глубокой личной неприязни, пришлось дважды сильно ударить его по лицу, чтобы тот наконец замолчал. Тут к нему подошел Гиви и в сердцах тоже пару раз ударил парня по лицу.
Позади этой живописной группы послышался спокойный голос Князя:
— Если больше никто не хочет ударить несчастного юношу, я хотел бы выяснить главное: удалась ли операция в целом?
— Удалась, командир, — радостно улыбнулся Гриша.
— Тогда заканчивайте.
…На следующее утро он прочитал в газете:
"Вчера вечером на территории Института проблем мозга несколько неизвестных нанесли ушибы, травмы, несовместимые с жизнью, двум охранникам института, от которых те скончались на месте. Нападавшие скрылись на темно-серой БМВ-325 и ВАЗ-2109. Самое интересное, что убитые оказались уголовниками-рецидивистами, находящимися во всероссийском розыске. Был введен специальный план-перехват «Сирена-1». Через 20 минут во дворе дома № 10 по улице ак. Бочвара обе машины были найдены пустыми".
А вот профессор Моров эту
Впрочем, все по-порядку.
Примерно через двадцать минут после того, как Гриша Минский со товарищи покинул кабинет профессора, со стороны Новощукинской к главному подъезду института подъехала черная «тойота» с мигалками. Из нее вышел Моров, у входа кивнул ошарашенному охраннику и на лифте поднялся на свой этаж. Охранник даже не успел сказать ему, что, как ему передал по рации старший «наружки», возле института появилась группа подозрительных граждан.
Профессор думал о своем. О 60 миллионах фальшивых баксов.
Сейчас ему перезвонит его человека Андорре, подтвердит, что жена советника российского посольства в Мадриде г-жа Ольга Некрасулина передала ему сумку с американской валютой, все совпало по сумме, и в ближайшее время в результате ряда банковских операций весь "черный нал" перейдет на несколько счетов в швейцарские банки. И наконец-то по общаку не будет вопросов.
Тем временем Игорь Иванович Вячеславлев вышел из старого «Москвича» во дворе почти достроенного здания, стоявшего напротив здания института. Тщательно закрыв дверцу и поставив свой драндулет на охрану, он сунул под мышку футляр со скрипкой и вошел в подъезд нового дома.
Он поднялся на девятый этаж. Лифт, естественно, еще не работал. Но для Вячеславлева такой тренинг был необременителен. Он вел очень здоровый образ жизни и надеялся дожить лет до 90, несмотря на свою не совсем безопасную профессию.
Игорь Иванович, как, возможно, помнит читатель, работал исполнителем. То есть был киллером. Причем очень хорошим, судя по тому, что до сих пор был жив.
На этот раз он получил от «ББ» задание уничтожить профессора Морова. И вот теперь, расположившись в пустой квартире десятого этажа, в которую, слава Богу, еще можно было проникнуть без ключа. Он вынул из скрипичного футляра части снайперской винтовки с оптическим и лазерным прицелами и медленно, не спеша, собрал ее. Положил винтовку на подоконник. Присмотрелся сквозь мощный бинокль к тому, что делается в кабинете профессора Морова.
Вот профессор вошел в кабинет. Вячеславлев услышал в рации-подслушке, что Моров по радиотелефону звонил секретарше, коротавшей время в комнате отдыха, просил подать ему кофе в 18.10.
Профессор приехал вовремя. Как, впрочем, и Вячеславлев. Так что все хорошо. Для Вячеславлева. Через десять минут принесут кофе. Он успеет.
Моров сел за стол. Что-то в расположении бумаг на столе ему показалось неестественным. Хотя Гриша как профессионал вернул все вещи и бумаги, которые брал, на их места. Но чутье заставило старого Грифа насторожиться. Он принюхался, обвел глазами под массивными веками кабинет. Увидел ширму. Вспомнил о двойнике.
Он уже поднялся, чтобы задернуть шторы и на всякий случай все же поменять кресла, — свое рабочее, пустое, завернуть за ширму, а за стол усадить биоробота. Но тут раздался звонок «вертушки», телефона правительственной связи, защищенного от прослушивания.
Ему бы вначале сделать задуманное, а потому уж трепаться по телефону. Но все мы задним умом крепки… Моров снял трубку.
Игорь Вячеславлев прицелился. Красная точка скользнула по рукаву серого пиджака профессора Морова, почти потерялась на красной морщинистой шее, остановилась на виске.