Гриф
Шрифт:
— Нy, кажется, все. Так ты говоришь, 60 миллионов баксов? Неплохая операция. Надеюсь, эти придурки не заметят подмены, — проговорил начальник охраны особняка.
— Да, в этой ситуации вы рискуете больше. Я на всякий случай пришлю сюда небольшую группу поддержки. Мало ли что.
— Нет, не надо. Засветишь поддержку, хуже будет. А теперь выходите. Машины у вас бронированные, так что постреляем вам в след в свое удовольствие.
— Запомнил «легенду»? Вас оглушили, отключили газом, а когда вы оклемались, увидели, что грузят бабки, и дали отпор. И «враг»
— "Легенда" не сложная: работали и по более развернутой. Гарантируешь, что мешки идентичны? А то все коту под хвост.
— Я кошек не люблю. Все путем. Проверил.
— Ну, с Богом. Пошли, мужики. А мы вам в след такой бой устроим, мало не покажется.
…Две машины рванули к большаку. Вслед им ударили автоматы, пулеметы и пистолеты. Бойцы Князя отстреливались.
На обочине дороги они увидели старенькие «Жигули». Внутри машины были трупы нескольких отморозков, доставленные в городской морг после стрелки в Раменском и позаимствованные Ваней Волгиным у начальника больничной охраны.
"Жигули" взмыли вверх и раскололись на несколько огненных фрагментов.
— Теперь вряд ли кто их опознает, — сказал Иван. — А ты уверен, командир, что в наш сценарий поверят?
— Поверят. Куда им деваться? «Валеты» Грифа поверят, потому что им захочется поверить в то, что был налет, но его отбили и все бабки сохранили. Иначе и им, а не только охране, — цементные корыта на ноги и в Клязьму. А Гриф поверит, потому что и ему хочется в это верить. И он в ответе за общак — не только перед «вышестоящим» начальством. Но и перед ворами. Не дай Бог, если заподозрят в «крысятничестве». Тогда не спасут его ни миллионы, ни наша охрана. Всем выгодно поверить, что нападение на воровской общак было отбито и все бабки целы.
До Москвы доехали спокойно, без приключений. Когда оказались на Окружной, Князь набрал номер на сотовом:
— Все в порядке, Егор Федорович. Операция прошла без потерь…
ПРОФЕССОР МОРОВ. ГРИФ. РЕПЕТИЦИИ ПЕРЕД ПРЕМЬЕРОЙ
Аркадий Борисович Моров отхлебнул глоток горячего кофе с молоком и карельским «бальзамом». На душе потеплело.
— Ну, вот, кажется, виден финиш, — с удовлетворением сказал он сам себе.
Попытка неизвестной криминальной структуры (на правоохранительные органы не похоже) завладеть его бабками окончилась для нее полным провалом. Правда, дом пострадал, но это такие копейки. И люди погибли: с его стороны — 8 бывших зэков. Но и у неприятеля большие потери: пять трупов нашли около дома. Все-таки правильно он в свое время организовал охранную структуру — в равной мере из уголовников и из бывших омоновцев, спецназовцев и десантников. Никогда не надо держать все яйца в одной корзине. Спецназовцы оказались на высоте. А все уголовники полегли в бою, несмотря на свою свирепость и готовность "пустить кровь" хоть родной бабушке.
"Хотел бы я посмотреть на рожи тех, кто «заказал» эти бабки —
— Костик? — он позвонил по телефону своему старому приятелю по мордовским лагерям, сидевшему за крупные растраты бухгалтеру.
— Привет, Гриф.
— Ты начинай операцию по переброске бабок. «Дама», надеюсь, не возражает, если мы ей подарим новый гарнитур карельской березы и за наш счет переправим его в наше представительство в Андорре.
— Она счастлива.
— Догадывается, что мы свой багаж переправляем?
— Конечно. Она баба не глупая. Но делает вид, что не догадывается. Ей так удобнее. Считает, что не знала, и взятки гладки — не будет, если что, срок с нами тянуть.
— Типун тебе на язык. Какой срок? Да я могу весь ГУИН купить. Нет, Костик, мы с тобой на лагерные шконки уже не ляжем, это я тебе гарантирую.
— Твоими бы устами, Гриф….
— Верь мне, и станешь миллионером.
— Так я благодаря тебе уже миллионер.
— Значит, станешь миллиардером. Тебе все ясно? Дипбагажом отправляешь вместе с «теткой» наши фальшаки из Малинино в Андорру. И попроси дона Сезара де Корридо сразу сообщить, как получит. Я уж тогда дам ему поручение, что переправлять на мои счета в Цюрих, что в Женеву, что в Берн. Пока же скажи, чтоб без самодеятельности. Избави бог хоть доллар положить в банк "Лионский кредит".
— Почему?
— А не нравится он мне. Много будешь знать, меньше будет времени на воспоминания.
— Понял, понял. Сделаю, как сказал.
— Чем ты сейчас занят?
— С утра была ванна, теперь девочка слева, другая справа.
— А чего не хватает?
— Виски со льдом. Пришлось перейти на кефир. Язва.
— А, Костик, все хорошо не бывает, зато в свои 60 с двумя справляешься.
— Да ты что, Гриф, какое «справляешься». Просто лежат, ласкают.
— Смотри, если через какую-нибудь из этих б-й будет утечка информации отрежу самолично все, что они тебе там ласкают.
— Дa ты что? Проверенные.
— Самые проверенные работают на ФСБ. Смотри, рискуешь.
— Да я ничего такого и не сказал. Все намеками, намеками…
— Опытные шлюхи и намеки понимают. Я предупредил.
Гриф допил кофе. На дне большой кружки остался темный густой осадок.
— "Бальзам" не весь растворился, — огорченно заметил Гриф.
Он походил по мягкому ковру кабинета, разминая суставы ног, потом набрал номер на сотовом, с гербом России, защищенном от прослушивания.
— Слушаю тебя, Гриф.
— Как себя чувствует братец нашего «героя»?
— Нормально. Практически здоров.
— Ну, что ж, вкати ему дозу лекарства, чтоб он забыл все, что с ним до этого дня было. И отвези домой. И позвони Князю, скажи, за большие бабки профессор Моров выкупил вашего братца у злых чеченов.
— Так и сказать? Наши люди в Чечне не обидятся?
— Согласовано. Обидой больше, обидой меньше. И напомни — с тебя, дескать, Князь, причитается.
— Так он отработал, и вроде с нас еще причитается.