Грим
Шрифт:
«И слава Богу!» — подумал молодой человек, направляясь в туалет Миртл.
Как он и думал, все краны в умывальниках были открыты. Похоже, приведение убитой девочки снова показывало свое недовольство и обиду. В туалете Гарри был не один, возле умывальников стоял староста слизеринцев.
— Малфой, это ты сделал? — с сомнением спросил Гарри.
— Поттер, я что, похож на прыщавое приведение? — вопросом на вопрос отвечал Драко. — Только щупать меня не надо, чтобы проверить. Я не из тех.
— Да иди ты, — отмахнулся Гарри. — У меня нет сил препираться.
—
— За это мы тоже пили, — сухо кивнул Гарри. — И за то, что Пожиратели либо в Азкабане, либо гниют в земле. Жаль, не все! — зло прибавил он.
Малфой побледнел, потемневшие глаза сильно выделялись на белом лице. Что-то во взгляде слизеринца Гарри не нравилось. Безошибочная интуиция, особенно развитая за последний год, говорила ему, что злить Малфоя не стоит. В конце концов, постоянно намекать о его семье тоже.
— Намекаешь на мою семью, Поттер? Но мы пока не трупы, Гарри! — с нехорошей улыбкой и интонацией произнес Малфой. Злость переполняла его. Злость Поттера, которую он ощущал, собственная — которая разъедала все внутри. Драко и сам не ожидал от себя такой ярости, такой вспышки. Что-то уже больше недели происходило, что-то беспокоило его, рвалось наружу.
Грим с опозданием понял, что происходит, почувствовал, как сила волнами отходит от него. Драко вовремя успел перевести взгляд с Поттера на умывальники. И тут же услышал громкий треск. Малфой поднял руки, защищаясь от бури.
*
Гермиона быстрым шагом направлялась в башню Гриффиндора. Профессор Морисон послал ее найти Гарри, мотивируя это тем, что видел Поттера сегодня в неважном состоянии. Гермиона уже, как всегда с блеском, справилась со всеми заданиями, и, чтобы она просто не сидела на уроке, профессор отправил ее на поиски друга.
Девушка уже побывала в больничном крыле, теперь направлялась в гостиную, полагая, что Гарри где-то отсыпается. У нее уже даже была готова речь о вреде алкоголя. Только вот рассказать ее старосте так и не удастся.
Полы на втором этаже были залиты водой. Громко хлюпая по ним, Гермиона наконец-таки добралась до неработающего туалета девочек. Миртл опять всех залила. И как только бесплотному привидению удается открывать краны в туалете, гасить там светильники. Надо бы как-нибудь спросить об этом. Но лучше все же у Почти Безголового Ника или Толстого проповедника. Они всегда с радостью помогают всем ученикам (правда, тем, кто с их факультета, с большей радостью).
Гермиона зашла в туалет как раз вовремя, чтобы понаблюдать открывающееся перед ней зрелище. Все происходило как будто в замедленной съемке.
Гарри швырнуло на стену, по которой он медленно сполз. Малфой стоял, подняв руки, защищаясь от чего-то невидимого. В помещении словно начался ураган. Умывальники
В рот тут же попала вода, воздуха не хватало. Девушку несколько раз швыряло из стороны в сторону. Она уже не понимала, во что врезалась: в стены, в пол, в потолок. Вода была везде. Увидеть, различить что-либо, даже сделать вдох невозможно. Наконец, Гермиону снова швырнуло, на этот раз она врезалась во что-то мягкое. Попыталась достать волшебную палочку, но вместо этого нащупала что-то, похожее на цепочку.
А потом все разом закончилось. Вода перестала литься водопадом. Гермиона закашлялась и тут же почувствовала холод. Вода из труб была ледяной. Одежда холодной массой прилипла к телу, волосы отяжелели, все это холодило еще больше.
— Мля! — послышалось откуда-то. — Грейнджер! Приди в себя и слезь с меня!
Гермиона с испугом вжала голову в шею. Малфой был той мягкой вещью, на которую ее швырнуло. Девушка лежала поперек него, уткнувшись ему носом в районе ребер.
«Это еще хорошо, что меня не на треснувший умывальник швырнуло!» — подумала Гермиона.
— Это ты остановил? — спросила она, поспешно вставая. Гермиона встала, но случайно наступила на свою мантию, не удержалась и снова грохнулась на слизеринца.
— А-а-а! — закричал Малфой. — Черт! Идиотка гребанная!
Гермиона что-то невнятно пробормотала и снова встала, на этот раз успешно. Ушибленный нос болел. Не обращая внимания на ругань Малфоя, Гермиона подбежала к Гарри. Тот только что пришел в себя.
— Гарри! Гарри, ты как? — девушка помогла ему подняться.
— Не очень, — признался Гарри, потирая голову. — Я здорово стукнулся. Что здесь произошло?
Они огляделись. Казалось, в туалете прошли боевые действия. В окнах и зеркалах стекол не было, все светильники разбиты, умывальники были выдернуты «под корень» и огромными осколками лежали на полу, только один из них остался нетронутым. Гарри подошел к этому умывальнику, осторожно провел по маленькой змее на кране. Вход в Тайную комнату «ураган» не тронул.
— Малфой, скажи, ты к этому не причастен? — спросила Гермиона у слизеринца.
— Нет, не причастен. Так что можешь закатать губу, покричать на меня тебе не удастся.
— Гермиона, он не причастен, — твердо произнес Гарри. — У него даже палочки в руках не было, я точно помню.
— Что, Грейнджер, расстроилась? Не удалось все свалить на ненавистных слизеринцев? День прожит зря, да?
— Малфой, заткнись уже! — воскликнула Гермиона, подходя к Драко. — У меня голова болит от твоего голоса.
— А у меня от тебя все тело болит! Зачем было мне царапать шею?!
Гермиона смутилась. Теперь-то она понимала, почему в поисках палочки наткнулась на цепочку, висевшую как раз на шее. Гриффиндорка скривилась и отвернулась от Малфоя. Сказать ей было нечего.