Грим

Рerson

— Я тоже на это надеюсь, — произнес Рон, когда Гермиона ушла. Она уже давно сидела на другом конце гриффиндорского стола, как можно дальше от Рона и его девушки.

— Не знаю. В этом году у Слизерина сильные охотники.

— Но согласись, без Малфоя им будет сложно. Броуди не идет с ним ни в какое сравнение.

— Я не видел Броуди в игре, так что не могу ничего сказать, — возразил Гарри, накладывая в свою тарелку жареные сосиски. — До сих пор не понимаю, почему Малфой ушел из команды. Это после того, как его назначили капитаном. Либо Малфой перестал интересоваться квиддичем, либо растерял всю свою

спесь. Последнее точно невозможно.

Хотя он немного изменился. В последнее время ходит без свиты.

Гарри обернулся, беглым взглядом осматривая стол слизеринцев. Блез Забини стоял в окружении своих однокурсников, благосклонно принимая поздравления в свой адрес. Малфоя в Большом зале не было.

— Ты про то, что его противная рожа не участвует в провокациях Слизерина? — уточнил Рон. — А как же, зачем ему подставляться? Уверен, что Малфой всем руководит. Это его верные подпевалы подбросили яйца докси Макмиллану в котел! Бедный Эрни до сих пор в Больничном крыле с ожогами на лице. А Ромильда Вейн! Она, конечно, малость не в себе, любовное зелье тебе подсовывала, но мне ее жаль. Увидеть себя лысой и даже не помнить, кто это с тобой сделал.

— Все так, — рассеянно произнес Гарри. — Но это не уровень Малфоя. Так, ребячество, мелкие пакости. Отрезать волосы, испортить зелье. Думаю, тот, кто подбрасывал яйца докси, вряд ли рассчитывал на получившийся результат. Испортить зелье, оценку — да…

Для Малфоя это слишком мелко, что ли.

— Можно подумать, он никогда не делал нам пакости! — раздраженно сказал Рон. — Да он начиная с первого курса из кожи вон лез, чтобы нас исключили. У меня пальцев даже на ногах не хватит, чтобы пересчитать все подлянки, что он нам сделал.

— Гарри, Рон! — позвал Ричи Кут. — Вы идете?

Ребята быстро поднялись и присоединились к компании гриффиндорцев. Одной большой толпой они шли к стадиону. Снег немилосердно бил в лицо, ветер не давал поднять головы, обжигая ледяным холодом. Когда ребята, наконец, достигли поля для квиддича, то почти жалели, что не остались в теплом уютном замке.

Команда Гриффиндора традиционно уселась на самом верхнем ряду. Все они поддерживали дружественный факультет Когтевран. Гарри помахал Луне, сидящей на соседнем ряду вместе с Невиллом. Она помахала в ответ и тут же начала хлопать в ладоши, будто ловила что-то невидимое в воздухе. Гарри мгновенно опознал симптомы наличия в воздухе мозгошмыгов. Усмехнувшись в кулак, он отвернулся и продолжил рассматривать зрителей.

К одиннадцати часам на стадионе яблоку негде было упасть. Многие прихватили с собой омнинокли, чтобы во всех подробностях видеть развернувшееся в небе зрелище. На поле уже находилась мадам Трюк, нетерпеливо поглядывающая на свои часы. До начало игры оставалось десять минут.

На матче присутствовали лишь несколько преподавателей: деканы четырех факультетов, профессор Синистра и Эммануил Трегер. Низкорослый Флитвик, декан Когтеврана, восседал на горе подушек. Рядом с ним виднелись сначала большой живот и только потом остальная часть Горация Слизнорта. Профессор Зельеварения заметно потолстел за лето и с трудом втиснулся в свою лучшую бархатную мантию.

Прозвучал свисток, на поле вышли команды. Раздался радостный рев болельщиков.

— Капитаны, пожмите друг другу руки! — произнесла мадам Трюк, и ее

голос, усиленный заклинанием Сонорус, пронесся по всему стадиону. — Погодные условия сегодня сложные. Желаю всем удачи. И я надеюсь увидеть честную игру.

Раздался свисток. Мячи выпустили, мадам Трюк взмыла высоко в воздух вместе с остальными четырнадцатью игроками. Игра началась.

— Эх, надеюсь, мы будем играть в лучших условиях, — сказал Рон, глядя, как слизеринский вратарь лихо поймал квоффл у центрального кольца.

— Я тоже. Хорошо профессору Морисону удалось упросить МакГонагалл отложить наш матч из-за твоей травмы.

— Я быстро вернусь в форму, — заверил его Рон. — Пара дополнительных тренировок — и я снова в строю. Да и замены у тебя нет. Те, кто в этом году пробовался на голкипера, на метле сидеть толком не умели!

— Угораздило же тебя упасть с метлы перед началом сезона.

— Думаешь, я, что ли, рад? Нет, ты смотри, как ловко она обогнула защиту!

Слизеринская охотница с легкостью забила гол в ворота Когтеврана, тем самым открыв счет. Радостный рев и аплодисменты слизеринцев заглушили все звуки, включая горестный стон когтевранцев.

— Провалялся в Больничном крыле последние погожие деньки, пропустил Хэллоуин. Я про тот день вообще вспоминать не хочу. Мне тогда такой кошмар приснился. Мадам Помфри насилу успокоила, дав какого-то приторно-сладкого зелья.

— Странно. Я тоже заснул около полуночи где-то в закоулках замка. Мне еще кладбище в Годриковой Впадине привиделось.

— Постой. И я заснул в полночь, тогда еще часы на башни двенадцать били. Теперь припоминаю.

Друзья недоверчиво переглянулись.

— Рассказывай! — требовательно произнес Рон.

— Сейчас, — произнес Гарри, вытаскивая из внутреннего кармана палочку. — Оглохни!

Гарри вкратце поведал другу свой дурной сон, описал кладбище, дементоров, их желание завладеть его памятью. В свою очередь Рон рассказал о своем кошмаре, стараясь особо не вдаваться в подробности. От упоминания пауков его каждый раз передергивало.

— Камень, ты уверен? Зачем паукам камень? Сюда бы Гермиону, — вздохнул Гарри. — Она бы точно разобралась.

— Да уж.

Помощи Гермионы заметно не хватало в выполнении горы домашних заданий. Гермиона принципиально не давала Гарри списывать, зная, что он все равно даст конспект Рону. Но все же помогала, когда Гарри совсем отчаивался разобраться с кипой домашних заданий.

— Может, тут вообще связи нет? — с надеждой спросил Рон, окончательно забыв про матч. А между тем на поле разгоралась нешуточная борьба за золотой снитч. — Просто нам приснились кошмары в одно время, в одном месте.

— Я уже давно не верю в случайности, — грустно произнес Гарри. — Эй, смотри!

Фигурки игроков постоянно терялись за снежной завесой. Разглядеть что-либо с трибун было довольно сложно, даже с помощью омниноклей. Но снегопад постепенно ослабевал.

Зрители повскакивали со своих мест. Внимание всего стадиона было приковано к ловцам, которые летели друг на друга. Никто не хотел отступать и поворачивать метлу в другую сторону. Каждый ждал, что у соперника первого сдадут нервы. Несколько секунд, и в тишине замершего стадиона раздался неприятный звук столкновения тел и ломающихся метел. Ловцы столкнулись практически лоб в лоб.