Грим
Шрифт:
I know it’s the brand new day
Мечта,
Пошли мне знак,
Поверни время вспять,
Дай мне немного времени,
Мне нужно передохнуть…
И выдумать новое имя
Давай откроем глаза
Совершенно новому дню!
Это совершенно новый день!..
Это совершенно новый день,
Я знаю — это совершенно новый день!
Вперед, навстречу совершенно новому дню,
Я знаю — это совершенно новый день!
Ryan Star — Brand New Day
Драко
Многие называли Малфой-менор музеем. Роскошные картины, мебель, инкрустированная полудрагоценными камнями, мраморные барельефы, древнейшие магические свитки, оружие гоблинской работы. В поместье нашли себе пристанище многие произведения искусства, навсегда исчезнув с демонстраций и выставок музеев мира.
А Малфою собственный дом казался затхлым каменным склепом. Кругом роскошь. И пустота, от которой хочется выть на весь свет.
Драко зашел в камин, приняв из рук эльфа дорожную сумку и щепотку летучего пороха.
— Хогвартс!
Последним, что увидел Малфой перед тем, как изумрудно-зеленое пламя поглотило его, была гостиная, тонущая в лучах заходящего солнца, и грустный эльф, утирающий нос рваной замызганной тряпкой.
Драко закружило, в горле запершило от дыма, перед глазами стремительно проносились жилища волшебников, каминные решетки и, наконец, кабинет директора Хогварста.
Малфой вышел из камина в облаке пыли и пепла.
— Добрый вечер, мистер Малфой! Попрошу вас не сыпать пепел на мой ковер, — раздался строгий голос профессора МакГонагалл.
— Извините, профессор, — откашлявшись, произнес Малфой. Он успел отвыкнуть от перемещения по сети летучего пороха.
МакГонагалл придирчиво осмотрела слизеринца из-под прямоугольных очков.
— Вы уверены, что готовы продолжить занятия?
— Уверен, — лаконично ответил Драко.
— В таком случае, мистер Малфой, несколько слов о вашей учебе. Сядьте.
Драко сел на стул и в свою очередь уставился на МакГонагалл.
— Мне поступило несколько жалоб от учителей. Вы систематически пренебрегаете выполнением домашних заданий, игнорируете обязанности старосты школы. Так не годится. Не могу сказать, что вы все шесть лет были идеальным учеником, но насчет учебы претензий к вам не было.
Мистер Малфой, это ваш последний год в Хогвартсе, не за горами экзамен по Ж.А.Б.А. От того, с какими знаниями вы выйдите из школы, будет зависеть ваше будущее.
Драко с трудом подавил чудовищный зевок.
— Я прекрасно понимаю, что вам сейчас не до этого. Вы пережили страшную трагедию. Но помните,
Пока, — МакГонагалл сделала акцент на это слово, — я ничего не требую, лишь прошу обратить внимание на некоторые моменты в учебе.
— Мне все ясно, профессор.
— Тогда разговор окончен. Приношу вам мои искренние соболезнования, Драко, — мягко добавила она.
Малфой кивнул. МакГонагалл отвернулась от него, продолжая перебирать бумаги на столе. Драко захлопнул за собой тяжелую дубовую дверь и трансгрессировал.
Его комната ничуть не изменилась. Вещи лежали в том же беспорядке, в котором он их оставил. Стол завален перьями, исписанными свитками, газетами, письмами, листами досье. С фотографий в левом верхнем углу на Драко бесстрастно взирал Сэмюель Стамп, скалился в глупой улыбке Янус Маккинси и хмурил брови Гавейн Робардс.
Драко в некотором оцепенении смотрел на эти фотографии. Они были из той другой жизни, где он сомневался, что же ему делать с его убийцами, где, сам того не желая, понимал мотивы врага.
— Вспыхни!
Огонь мгновенно охватил досье, пламя жадно пожирало листы, пока на столе не осталась лишь горстка серого пепла.
— Эванеско!
Вот так. Чтобы никаких упоминаний о той ночи, только воспоминания, засунутые в самые отдаленные уголки памяти.
Внизу послышался шум, чьи-то голоса, топот ног. Слизеринцы спешили на ужин. Драко дождался, пока все стихнет, и спустился в пустую гостиную. Все на своих местах, как и семь лет назад.
Малфой удобно устроился в кресле возле окна, закинув ноги на стол. За окном падали снежинки, описывая в воздухе незамысловатые фигуры. Так было тысячу лет назад, так есть и сейчас. Ничего не изменилось.
Но почему тогда у него ощущение, что мир перевернули с ног на голову? Такого не было, когда он умер и стал Гримом, когда осваивал свои силы.
Гостиная постепенно наполнялась людьми. Малфоя заметили. Две шестикурсницы шептались в дальнем углу, бросая на Малфоя сочувствующие взгляды и милые улыбочки.
— Драко, — пробасил Гойл над самым ухом. — Я и не ожидал, что ты вернешься так скоро!
— Ну, как видишь, — произнес Драко, пожимая его большую как у тролля руку.
— Мне правда очень жаль Нарциссу, — произнес Гойл смущенно, но искренне. — В общем, ну ты понимаешь…
— Спасибо, Грег.
Повисла неловкая пауза. Гойл не знал, что еще прибавить, а Драко — что отвечать другу.
— Мне тут на отработку пора, не знаю, рассказали ли тебе о заварушке на матче по квиддичу.
— Нет, еще не успели. Я недавно прибыл.
— Ты бы видел, как МакГонагалл плевалась, когда обвиняла нас в подрыве репутации школы!
— Еще бы она не плевалась, ее дорогие гриффиндорцы тоже в этом участвовали. Уизли вон до сих пор разукрашенный ходит, — позади Драко раздался веселый голос Блеза. — Здорово, Малфой!