Гвардеец
Шрифт:
Пока он боролся с наваливающейся слабостью, Алина вернулась. Она принесла серую пилюлю на блюдечке и стакан воды.
– Вот, примите-ка это. Вам сразу станет лучше.
«Мне сразу станет лучше», – подумал Осетр.
Эти слова звучали в его мозгу музыкой. Свадебным маршем Мендельсона…
Ему станет лучше, и он возьмет да и удерет отсюда. Запросто. Не сможет же она его силой удержать!.. «Росомаху»! Гвардейца!
Он взял с блюдца пилюлю, проглотил и запил водой.
– Вот и хорошо! А теперь
Ему же станет лучше…
У него поплыла голова, и подогнулись ноги.
– Прилягте, прилягте, прошу вас! – Сестра уложила его на койку. Без усилий – он почти упал.
Тошноты не было.
«Снотворное, – подумал он. – Вот же су…»
Додумать оскорбление он не успел. Уже спал.
Глава сорок пятая
Когда он пришел в себя, вокруг по-прежнему был белый день.
– Ага, – сказал чей-то голос. – Он, кажется, проснулся.
Голос был мужской, незнакомый.
– Показатели все в норме, доктор, – отозвался женский, знакомый.
Медсестра. Алина. Алиночка, сучка синеглазая…
Осетр открыл глаза. Алиночка и незнакомый мужчина лет сорока стояли рядом.
– Вот и прекрасно, молодой человек. – Мужчина потрепал Осетра по укрытому простыней плечу. – Давайте-ка попробуем встать. Сможете?
Осетр с укором глянул на Алину и попытался подняться. Получилось не в пример лучше чем вчера. Если это было вчера…
– А не надо на меня так смотреть! Вы бы сразу сбежать решились. А убежали бы недалеко. И я бы вас потом сюда тащила. На своих хрупких плечах.
В общем-то, она была права.
– Так, молодой человек, пройдитесь-ка по палате… а теперь сделайте десять приседаний… попрыгайте…
Осетр выполнял все, что ему говорили. Выполнялось легко.
– Ну вот и прекрасно! – Доктор поймал его руку, нащупал пульс, подержал запястье, глядя на браслет.
Вот интересно, уже сотни лет существует такая штука как пульсометр, а они все по старинке. До чего же консервативные люди, эти врачи!
– Что ж, полагаю, все в порядке, вас можно отпускать.
Осетр радостно подсмыкнул трусы.
– Алиночка, выдайте ему одежду.
Алиночка просияла во все тридцать два зуба.
– С удовольствием!
Осетра отвели в комнату с надписью «Кастелянская» и выдали брюки, куртку и – что его весьма удивило – наличные деньги.
Похоже, господа бандиты за его счет не поживились. Вот уж странно так странно, чем же это деньги вольного торговца им не приглянулись? Или решили, что банкноты меченые?
Когда он оделся, медсестра сказала:
– Ну вот видите! А вы боялись, что вас убьют!
– Меня никто не разыскивал?
– Во всяком случае, в лазарет никто не обращался. Если и разыскивали, то через администрацию района. Но ведь там бы все равно сюда направили.
– Да,
– До свиданья! Я наверное завтра вернусь на прежнее место работы. Завтра транссистемник приходит. Вполне возможно, что на нем прилетит новая бригада медиков. Оставлять город без первой помощи нельзя.
Транссистемник… Черт, надо срочно передать начальству донесение. Транссистемник…
Неожиданно он вспомнил Яну. И едва не задохнулся. Алиночка сразу улетела куда-то далеко-далеко, за пределы мира, и щебетала оттуда:
– Нет, совсем без врачей городу никак нельзя. Хоть у нас и редко болеют, но бывают травмы, сами понимаете. Все, давайте прощаться!
– Давайте!
На прощанье Алина поцеловала его в щеку. От этого прикосновения его чуть не перекосило. Алиночка расценила это по-своему, победительно улыбнулась:
– Вот вы и в полной норме.
На сем они и расстались.
Вскоре Осетр уже шел по знакомым улицам с цветными названиями и вспоминал уже знакомые здания. Память восстановилась полностью.
Вот Солнечный проспект, по нему Чинганчгук возит храпповый сок. Вот деревянный мост, под ним течет река с мужским названием Данила…
В конце концов, он оказался возле стойки «Ристалища».
– Здравствуйте, Остромир! – сказал Макарыч. – Долгонько же вы пропадали. Чего пожелаете?
Осетр ощутил сумасшедший голод, как будто он не ел почти неделю. Даже строчки меню разбежались перед глазами, и он никак не мог их собрать.
Макарыч понимающе усмехнулся:
– Маруся, принеси-ка молодому человеку завтрак поплотнее, да мяса пусть Антоновна побольше положит, а то чего-то парень бледно выглядит… На вас, часом, храпп не возили?
Маруська, смотревшая поначалу с тревогой, прыснула, стрельнула глазками и помчалась на кухню выполнять указание отца.
– Не возили.. Что значит долгонько?
Макарыч пожал плечами:
– Вы от нас позавчера ушли. С тех пор вас больше не видели. Вот до самого этого момента.
– А Каблук заходил?
– Заходила вся троица. Вчера утром. И вечером сидели. Как всегда, в карты резались.
Осетр покивал:
– Про меня ничего не говорили?
– Ни слова.
«Так, – подумал Осетр. – Значит, до того как очнуться в лазарете, я провалялся в отключке целые сутки. Чем же это меня так приложили? Однако агента Муромца я нашел! Да вот только, едва найдя, тут же и потерял! Что же он там делал, в лесу этом? Не похож он был на жертву похищения. Может, это меня пытались похитить? С целью выкупа… Но почему тогда вернули в город? Бабушкин вмешался? Кстати, а раз транссистемник еще не прилетал, то агент Муромец планету не покидал. Должен ли я снова заняться его поисками?.. Нет, надо срочно отправлять донесение!»