Халява

Держапольский Виталий Владимирович

— Валяй! — разрешил я. — Но это в последний раз. — Дальше будете работать только по-трезвянке! Бухарей буду увольнять сразу же! Уяснили? Тогда наливай.

— Уважаемые дамы и господа! — когда мызыканты заняли свои места на сцене, тоном заправского конферансье объявил в микрофон поддатый Патлас. — Мадам и месье! Леди и Джентльмены! Сегодня знаменательный день! Мы все присутствуем сегодня при рождении новой группы… Э… — он прикрыл ладонью микрофон. — Как называться-то будет?

— Пусть будет "Кредо", — ответил я.

— Новой группы "Кредо"! — продолжил Патлас. — Под руководством нашего горячо любимого Сергея Юсупова!

В зале раздались восторженные возгласы, собравшиеся ждали,

что же последует за этим.

— Слова и музыка — Сергея Юсупова! Это будет нечто не забываемое, как и все его предыдущее творчество! Поприветствуйте же наших будущих кумиров, которые, я уверен, покорят музыкальный Олимп!

— Итак, друзья, — я взял инициативу в свои руки, — песня о том, что волнует, наверное, каждого нормального человека… — Я тронул клавиши синтезатора и запел с едва уловимым кавказским акцентом:

— Мани-мани — это то же, что улыбка на лице,

Улыбаются в ладонях и звенят, блестят на солнце.

Мани-мани — это все мои проблемы и заботы.

Когда мани-мани есть — уже не хочется работать.

Но кто-то есть сильней меня и выше,

И у него совсем другая крыша,

Он говорит мне: "Парень все банзай,

Давай лавэ, лавэ, своё лавэ давай!

Давай лавэ, лавэ, лавэ, давай лавэ, лавэ!

Давай лавэ, и будет легче твоей голове!

Лаве приходит ниоткуда и уходит в никуда!

Лаве как воздух — не хватает никогда!

Через несколько месяцев, благодаря моим финансовым возможностям и связям, песни группы "Кредо" звучали на всех приемниках и магнитофонах бывшего постсоветского пространства. А таких успешных проектов у меня был целый вагон и маленькая тележка…

Июль 2003 г.

Сквозь прозрачную воду бассейна было прекрасно видно замысловатый мозаику, выложенную дорогой итальянской плиткой. Легкий ветерок ласкал мое тело, развалившееся в удобном шезлонге и поднимал на воде легкую рябь. Я попивал пивко и бездумно таращился в небо, разглядывая причудливые фигурки облаков. Дела мои шли великолепно: десяток музыкальных групп, распевающих "мои" хиты, успешно гастролировали как по России, так и по ближнему и дальнему зарубежью. Я уже не занимался их раскруткой, наняв толкового продюсера, а лишь скармливал продукты, успешно раскрученные в моем альтернативном прошлом, а вернее — будущем. Пацаны успешно окучивали ваучерные плантации, приватизируя бывшие госпредприятия, которые позволят им в дальнейшем безбедно существовать. Я старался сильно не влезать в дела своих друзей, предпочитая лишь изредка давать советы по поводу того или иного предприятия. Конечно, сказывалось отсутствие опыта в подобного рода деятельности, но наше счастье подобным опытом в России не обладал никто. Но у меня было нечто, чего не было у конкурентов — информация из будущего. Моего будущего, которое для меня было в то же самое время и прошлым. Моя феноменальная память тоже помогала, я мог вспомнить все, с чем когда-либо сталкивался. Иногда приватизация протекала как по маслу: относительно спокойно нам удалось приватизировать издательство "Трудовые резервы", в котором я начинал свою карьеру писателя. Соучредителем и по совместительству директором нового издательства "Мириада" стал Андрей Васильевич Яковлев, сделавший когда-то правильный выбор. Но в большинстве случаев приватизация выливалась в конкретный геморрой. Только вчера мне отзванивался Патлас: в столице убили очередного председателя самого мощного из наших инвестиционных фондов, пытающегося откусить кусок от одного из центральных телевизионных каналов. И это третий председатель за два последних месяца. Без мощной силовой поддержки наши потуги хапнуть побольше были обречены на провал. Нужна была элементарная "крыша".

К бандитам идти не хотелось, а выхода на серьезных людей из ментовки или КГБ не было. Был выход на вояк, но, по большому счету, они ничего не решали. Все решил случай….

Сентябрь 2003 г.

В тот теплый сентябрьский вечерок я проезжал мимо ресторана "Арагви" в котором ни разу не был с того памятного дня, когда вернул назад свой перстень. Повинуясь какому-то ностальгическому импульсу, я остановил автомобиль возле ресторана. Выйдя из машины, я закурил и осмотрелся. Внешне ресторан совсем не изменился, разве что стало больше иллюминации. Возле входной двери так же топтался швейцар. Когда я подошел к нему, тот почтительно открыл передо мной дверь — мой солидный прикид и дорогой автомобиль без слов характеризовали меня как состоятельного клиента. Я сунул в руку швейцару двадцатку зелени.

— Премного благодарен! — слащаво поблагодарил он меня.

Внутри же ресторан кардинально переменился — было видно, что хозяева не пожалели денег на дизайнеров. Ремонт был выше всяких похвал! Прямо с порога ко мне кинулся вышколенный администратор.

— Добрый вечер! Желаете отужинать?

— Да, я бы перекусил чего-нибудь, — согласно ответил я.

— Вы один, или ждете кого-нибудь?

— Я один.

— Желаете столик в зале? Или предпочитаете отдельный кабинет для ВИП клиентов?

— Давай отдельный, — махнул я рукой.

— Следуйте за мной!

Вслед за официантом я поднялся по красной ковровой дорожке на второй этаж, где располагались отдельные кабинки для ВИП персон. Халдей распахнул передо мной одну из нескольких дверей:

— Прошу Вас! Ознакомьтесь с меню. Через минуту я пришлю к Вам официанта! Приятного отдыха!

Раскланявшись, администратор исчез, унося в руке еще одну двадцатидолларовую банкноту. Я упал на мягкий диванчик и развернул меню. Через минуту, как и обещал администратор, появилась опрятная официанточка. Я продиктовал ей заказ, и она, мило улыбнувшись, исчезла за дверью.

— Красавица! — Вспомнив, что забыл заказать сока, я выскочил вслед за ней в коридор, где едва не сбил с ног респектабельного седовласого мужчину. — Простите великодушно! — поспешно извинился я. Красавица, — это уже официантке, — еще сок, апельсиновый, обязательно свежевыжатый! Только не из тетрапака!

— Хорошо! — кивнула девушка, делая соответствующую пометку в блокноте. — Сейчас все приготовим.

— Простите меня еще раз, — я вновь повернулся к мужчине. — Вечно вы, молодежь, спешите! — беззлобно буркнул мужчина, обращаясь к своему спутнику, парню примерно моих лет. — Осторожнее нужно быть, юноша!

Я взглянул на его спутника, и не поверил своим глазам: передо мной стоял Проха. Да-да, тот самый грабитель! Вот ведь совпадение! Проха изменился за эти четыре года: раздался в плечах, исчезла сутулость, даже наметился небольшой животик. А ведь был худым как глист. По мертвенной бледности, разлившейся по только что румяному лицу Прохи, я понял, что тот тоже узнал меня. В течении нескольких секунд мы буровили друг друга взглядами: я — насмешливо изучающим, он — глазами побитой собаки. Когда его лицо приобрело синюшный оттенок, седовласый обеспокоенно поинтересовался у спутника:

— Прохор, что с тобой? Тебе плохо?

— Нет, Федор Кузьмич, — сдавленно произнес Проха, — все в порядке.

— Ты как будто привидение встретил, — произнес мужчина.

— Примерно так, — хмыкнул я. — Здравствуй, Проха!

— Ты его что, знаешь? — поинтересовался у спутника мужчина.

— Знаю, — прошептал непослушными губами бывший грабитель.

— Чем ты его так напугал, любезный? — поинтересовался у меня седовласый. — Прохор, на мой взгляд, довольно-таки бесстрашный парнишка. Такие терки с чеченами разруливал, перед солнцевской братвой не пасовал…