Хан
Шрифт:
Оттого как холодно, жесткого и угрожающе прозвучал голос Хана содрогнулась даже я, мозгами понимая, что он не сделает так…не должен…ведь нет?!...
Не было уже уверенности ни в чем, когда я понимала, что кислород в моем тесном черном мире все-таки заканчивается, и воздух вокруг становится тяжелым и обжигающим легкие. И, может, это был бы самый благоприятный исход – я не чувствовала бы себя виноватой.
Озан был бы отомщен.
А Хану не пришлось бы выдумывать новую правдоподобную
Мозг отключался постепенно, словно во множестве горящих окошек, постепенно мерк свет…
Словно туман опускался на меня – вязкий, горячий и обволакивающий, пока я утыкалась носом в пиджак Хана, чуть улыбаясь подрагивающими губами, и слыша словно откуда-то из другого мира приглушенные голоса, которых становилось все больше и больше, когда машина резко остановилась, отчего я снова проехала вперед, ударившись головой, и по инерции – назад.
Эти новые голоса говорили что-то о каталке и группе крови, но я отчетливо слышала лишь голос Хана, который проговорил приглушенно и резко:
– …ты знаешь, что делать дальше, Каан.
– За это ты со мной до конца жизни не рассчитаешься, будь ты проклят!...
Громко хлопнула дверь и машина снова рванула вперед, когда послышался скрежет и на меня обрушился холодный свежий воздух и недовольное бурчание на языке Хана, которое я не понимала, и которое растворилось в непроглядной темноте, куда я все-таки провалилась, не помня больше ничего.
7 глава
Я спала так крепко и сладко, словно была за каменной стеной, не боясь ничего в этом мире.
Странное чувство…чувство, которое я успела позабыть со дня смерти мамы.
Словно моя память уснула вместе со мной, обнуляя воспоминания и открывая какую-то новую страницу повествования, еще не определившись с содержанием этой истории.
Конечно же, я хотела бы, чтобы это был роман. Красивый, нежный, искренний. Но, помня о том, как со мной обычно резка и несправедлива бывает судьба, в глубине души понимала, что у меня ничего не может быть просто…ничего и никогда.
Постепенно сонная мгла в голове рассеивалась, пробуждая первым делом мои ощущения...
Странно было чувствовать, что мне было тепло, мягко и уютно.
Я лежала по всей видимости на кровати, укутанная и согретая самым дорогим и важным для меня ароматом – терпким, пряным, многогранным.
Ароматом Хана, чьих рук на себе я не ощущала…
И это было первым тревожным сигналом для тела, которое вдруг замерло, пробуждая теперь сонный мозг в одну секунду, словно бросая его с высоты на землю, куда он летел, скрипя и задыхаясь, бухнув все последние воспоминания разом.
«Дядя» Озан. Его кабинет. Хан
…лужа крови…машина и голос в панике, который кричал: «Он не дышит! Не дышит»….
Тошнота
Очередная клетка, очередные мучения!
Я закричала, когда из угла комнаты поднялась высокая фигура, быстро зашагавшая ко мне:
– Тише! Спокойно…ты в безопасности.
Зубы стучали так сильно, что я не смогла бы ответить ничего, даже если захотела бы. Но, когда мои глаза, сквозь пелену подступающих слез, наконец смогли сконцентрироваться на этом мужчине, я смогла сделать первый глубокий вдох…даже если продолжала безудержно дрожать, цепляясь пальцами в пиджак Хана, который по прежнему был одет на меня, словно мой бронежилет от всего этого мира.
Я уже знала его. Этот был тот самый мужчина, который посадил меня в машину. Там, на подземной парковке в дома Озана и спрятал ото всех, кто искал.
Высокий, стройный, кареглазый, темноволосый…такой же холодный и сосредоточенный взгляд, как и у Хана
…кажется, он друг? Разве не его Хан называл по имени?
Каан?...Очередной турок?....
Не знаю почему, но на всякий случай я встала так, чтобы нас разделяла кровать, видя, что мужчина это заметил, окинув меня хмурым, тяжелым взглядом, который, по сути своей, не предвещал ничего хорошего, сухо проговорив:
– Я здесь для твоей защиты, так что расслабься и не делай глупости. Не осложняй мою работу, мне и так с вами проблем хватает…
– …Хан?… – едва смогла прошептать я, отчетливо понимая, что Каан явно не в восторге оттого, что ему придется находиться рядом со мной, чего он даже не пытался скрывать, глядя на меня так, словно ему было противно самое мое присутствие рядом с ним.
Впрочем, разве я не привыкла к подобному, живя в городе, где меня все ненавидели?...
– Приедет, как только сможет, – Каан окинул меня очередным ледяным, недовольным взглядом, кивнув куда-то вглубь комнаты, – там ванная и гардероб. Найди себе одежду и веди себя тихо. Еду принесут чуть позже.
Развернувшись буквально на каблуках, мужчина зашагал из комнаты, когда я не удержалась от нового вопроса, который мучил меня уже сейчас:
– …где мы?
– Загородный дом Хана.
Каан даже не оглянулся, буркнув это себе под нос, и закрывая дверь за своей стройной высокой фигурой.
Ладно, по крайней мере, я была не в руках у какого-то сумасшедшего мужчины с сомнительными родственными связями…пусть даже без самого Хана, и в обществе этого странного, вечно недовольного мужчины, который меня откровенно не переносил, по какой-то известной только ему одному причине…