Хантер
Шрифт:
Вот и поплатился за свою самонадеянность.
Заскочил Вальтариэль внутрь – пусто. Но чуял, что-то не так, а потому заморозку накинул, сразу на всю комнату. И не зря – посередине рухнуло нечто тяжелое на пол. Он это нечто покрывалом прикрыл, чтоб не потерять, да в спальню свою поспешил, уже понимая, что там пусто будет.
И не ошибся – исчезла его смеска. Украли.
Охранка недавно сработала, далеко вор уйти не мог. Поэтому Вэл сети поиска на весь дворец моментом кинул.
Ничего. Словно испарилась девчонка.
С досады Вэл
Снял покрывало, развеял невидимость.
Человек. Маг. Незнакомый.
Вэл отчего-то смутно ожидал волка увидать. Неспроста же ведьмак именно в это время появился.
Маг смотрел на Вальтариэля с досадой, и король приложил его оглушающим. Потому что взгляды такие еще больше злили.
Как так? Украли прямо из-под носа! Когда уже так близко цель была, что руки протяни – и схватишь!
Ничего, Вэл разберется. И не такое решали. Раньше, или позже, но найдет он смеску с ребенком, да к себе обратно воротит.
А ведьмак, если причастен к этому, горько поплатится, о смерти сам молить будет. И Лионелла вместе с ним.
Хотя, ведьмак и непричастный, все равно поплатится. Злость-то выместить надо на ком-то.
Вернувшись в зал, Вэл выслушал их обоих. Не врали, ложь явную он всегда чуял. Но и безо лжи можно правду сокрыть. Ничего, у него опыт есть – все, что ему надо он в подземелье уже вытянет.
Однако сначала Лионелла.
Тем же вечером он вызвал ее к себе в покои.
Она прошла, гордо вздернув носик, села на кровать, сложила руки на коленях, посмотрела.
Без страха, с горечью только если. Прикусила пухлую губу.
Вэл молчал, и она молчала так же.
– Отец? – не выдержала, наконец. – Что случилось?
– Смеска сбежала, – сквозь зубы выдал Вэл.
– Ну и пусть, – Ли фыркнула.
– Лионелла, – прорычал Вальтариэль, замахиваясь.
– А что мне, плакать что ли? Сам знаешь, как я к ней… – и вопреки своим словам, принцесса заплакала, сразу став маленькой и жалкой.
Только вот в Вэле жалости не было, презирал он эту жалость.
– На меня смотреть, – холодно приказал Вальтариэль, двумя пальцами поднял девушке подбородок, накастовал взгляд искренности, чтоб уж наверняка соврать не смогла. – Ты знаешь, куда пропала смеска?
– Нет.
Действительно, не знала Ли, то ли девчонка сама убежала, то ли волк ее увел, то ли маг поспособствовал.
– Ты, в сговоре с магом и ведьмаком, украла смеску?
– Нет.
Сговор-то был только с Хантом и волком, да и то, на попозже.
– Ты знала, что кто-то сегодня смеску украсть собирался?
– Нет.
Сегодня-то они и не собирались.
– Ладно, – Вэл поджал губы, развеивая заклинание. – Пока что ты будешь жить.
Он сверкнул глазами, принцесса сжалась испуганно. От былой наглости и следа не осталось. Знала Ли, что если решит Вальтариэль жизнь у нее забрать, так ничего ей не поможет. С самого начала жизнь ее только королю и принадлежала.
–
– Да отец, – кивнула принцесса, опустив голову, и вышла из покоев.
А король посидел немного, да к магу направился. Не хотел до утра ждать.
Глава 17. Когда нельзя спастись.
Эльфийские казематы мало чем отличались от человеческих. Те же сырые стены, та же плесень на них, те же решетки и полнейшая тьма, в которой, впрочем, Хан прекрасно видел.
Только вот уйти по нави отсюда было не так просто.
Хан и не спешил пока особо пробовать – не хотел Ли подставлять, и не знал к тому же, как там волк со смеской.
Выбрались? Выжили? Где сейчас?
И смогут ли добраться до безопасного места? Девчонка родить же скоро должна, а вдруг раньше начнет, как волк с этим справится? Или, того хуже, вдруг с ребенком что случится от всей этой тряски, бегства стремительного? Обещанный, али нет, дети – они всегда дети.
В соседней камере сидел Ялрус, и даже через толстые стены Хан слышал его недовольное бормотание.
Эх, делать-то теперь чего? Все, выходит, закончился путь Хантера, ведьмака-смески, непонятно откуда взявшегося? Вот так вот глупо, в эльфийском подземелье, в кромешной темноте, по соседству с магом, который и сам хотел его поймать?
Жа-а-аль.
Сквозь маленькое окошко в двери Хан увидел трепещущий, неясный клочок света – кто-то спустился в подземелье с факелом. Тихие, мягкие шаги, скрип соседней, мажьей, двери.
– Куда ты дел смеску? – это был король.
Причем, весьма недовольный.
Хан тоже уши навострил – не знал же, что в королевских покоях случилось, догадывался только. Ведь раз они оба тут, а волк нет, значит все же смог он девчонку вывести.
– Нету ее у тебя больше, – словно в подтверждение мыслей ведьмака, фыркнул Ялрус. – А убьешь меня, и никогда не будет. Ни ее, ни обещанного
И вот тут-то и понял Хантер, что выпускать его отсюда никто не собирается. Знает же наверняка Вальтариэль, что ведьмак все слышит. А раз знает и не скрывает, то и в живых его оставлять не намерен.
Вот как.
Знал Хан, что король жесток – взять хотя бы то, что он с Ли сделал. Но все же надеялся, что если поверит Вэл в его невиновность, то отпустит. Хотя, чего надеялся, спрашивается? Ведьмак – не эльф, зачем ему справедливость? По нему и плакать особо некому.
Умирать Хан не хотел – слишком уж близко с навьим миром был знаком. Но и сбежать, или что-то изменить, вариантов пока не видел. Даже если и сдаст девчонку с волком, вряд ли поможет. И не такой он, чтобы сдавать, хоть в пророчество и не верит.