Хаос и Амбер
Шрифт:
Взметнулось и опустилось серебряное лезвие, и на руках и ногах у Тэйна открылись новые раны. Хлынула кровь, но вместо того, чтобы стекать на пол, ее капли поднялись в воздух и повисли, а потом медленно закружились и очертили замысловатый алый орнамент.
Этот узор был мне знаком. Я сразу узнал его: он совпадал с тем Узором, который был запечатлен внутри меня, отражен в самой моей сути. И вот теперь я вызвал в сознании этот Узор и сравнил его с тем, что возник в воздухе, начертанный каплями крови.
Нет, они
И все же я ощущал, какую громадную силу излучал этот узор, несмотря на всю свою ошибочность. От этой силы у меня кожу словно иголками закололо.
— Покажи мне сына Дворкина! — подал голос мерзкий змей. — Пусть он станет виден!
Тэйн лежал неподвижно — по всей вероятности, он лишился чувств. Кровь у него течь перестала. Лишь изо рта на каменную плиту стекала тонкая струйка слюны.
Однако я понимал, что змей обращается не к нему, а к узору из алых капель в воздухе.
Медленно — медленно кровавые капли закружились. Мало — помалу их вращение набирало скорость. Вскоре они замерцали, засеребрились, а потом стали прозрачными и превратились… в окно.
Я подлетел поближе и заглянул в это окно вместе со змеем. Мы глядели во мрак.
Нет — нет, не во мрак. В темную комнату… в комнату, где на высокой кровати с балдахином лежал крепко спящий человек. В этой комнате рядом с кроватью стоял мальчик. Он склонился к спящему и отчаянно пытался разбудить его.
Это была моя комната. Это я лежал на кровати и спал.
Змееподобное чудище прошипело:
— Точ — ч-чно! Он с — с-самый!
Кожу у меня на затылке странно защипало. Я должен был что-то сделать. Нужно было найти способ прекратить все это. Если бы змей напал на меня, лежащего на кровати… почему-то я не сомневался в том, что, если это случится, я не сумею вернуться назад.
Змей снова запел. Странное облако начало сгущаться перед зеркалом. Струйки тумана потянулись к окну.
Что это было? Какие-то ядовитые пары? Или что-то еще? Я понимал одно: это очень опасно для меня. Облако потемнело, стало плотнее. Туманное щупальце просунулось сквозь вертящееся окно и потянулось к кровати.
Ужас и страх охватили меня. Нужно было покончить с этим. Я понял: если я ничего не предприму, то могу и не пережить эту ночь.
ГЛАВА 9
Я в отчаянии обвел взглядом зал. Кроме змея, его приспешников, моего брата и плиты — жертвенника, здесь ничего и никого не было. Затем мое внимание неожиданно привлек Узор, парящий в воздухе над плитой.
Да… Пожалуй, я мог бы разрушить, уничтожить это окно. Если бы змей не видел меня, то его злые чары не смогли бы, пожалуй, проникнуть ко мне.
Я медленно приблизился, облетел Узор по кругу, пригляделся к нитям. Да… разгадка состояла в этих нитях. Если бы я смог порвать их и захлопнуть окно…
Пользуясь своей невидимостью, я протянул руку и прикоснулся к ближайшей нити. Она оказалась странной на ощупь — не совсем твердой, но и не жидкой. От прикосновения к ней мои пальцы обожгло — так, словно я потрогал раскаленное железо. Я поспешно отдернул руку.
Все, что находилось в моей комнате, стало видно четче. Туманное облако начало просачиваться в окно. Оно было намного больше проема кружащегося окошка и потому протискивалось внутрь медленно.
Нужно было скорее действовать, пока не стало поздно. Не обращая внимания на боль, я ухватился за нити обеими руками и рванул их. Нити порвались — на удивление легко. Правда, прикасаясь к ним, я всякий раз испытывал резкую боль, пронзавшую руку от кончиков пальцев до локтя. Я трудился так быстро, как только мог, стараясь не думать о боли.
Половина туманного облака успела просочиться ко мне в комнату. К счастью, змей пока что не замечал ни меня самого, ни того, чем я занимался. Его внимание было сосредоточено на моей спальне, пении, облаке и том черном колдовстве, которым он стремился меня опутать.
— Все, все, — прошептал я отчасти себе самому, отчасти — обращаясь к Узору и желая поскорее покончить с начатым делом. Еще несколько нитей натянулось и порвалось. Теперь они рвались еще легче. Руки у меня онемели, я почти не чувствовал боли. — Ты развязан. Ты свободен. Это существо больше не властно над тобой.
Оставалось разорвать всего десяток нитей. От Узора отделилось несколько вертящихся капель крови. Они разлетелись в стороны, ударились о стены и безмолвно растеклись по костяным «кирпичам». К счастью, ни змей, ни его прислужники этого не заметили.
Я заработал еще быстрее и разорвал остальные нити.
Как только я закончил свой труд, окно, через которое была видна моя комната, словно бы подернулось рябью и обуглилось, а потом и вовсе исчезло. Темное облако, разделенное пополам, бешено заметалось по залу. Оно дергалось и извивалось, будто агонизирующее живое существо. Я услышал пронзительный визг. Он звучал и звучал, и казалось, никогда не утихнет. Этот мрачный туман действительно был живым. И я сделал ему больно.
— Ч — ч-что з — з-за… — прошипел змей и перестал петь.