Харон
Шрифт:
И дело тут, поверьте, вовсе не в деньгах, уж поверьте!
Главной целью последнего сезона реалити была дискредитация господина Шол де-Мой.
Ахах! Это Чернокнижнику мы сказали, что он замышляет заговор и хочет захватить власть над Городом. На деле же эту власть хотели захватить именно мы… Я как будущий (и в этом не могло быть сомнений) глава Культа и Хединг, возглавляющий мощнейшую ББЦ. Мы собирались перебить всех упырей из Совета шести и изъять клановое богатство, оказавшись на самой верхушке пирамиды распределения средств. Для этого
Наши с Хедингом спецслужбы должны взять Шол де-Мой сегодня вечером. Прямо у любовницы, в большом доме в «исторической» части Города (именно в этом доме некогда жил дед Зелёного).
Взять так, чтобы больше господина Шол де-Мой не видела ни одна живая душа…
Но что подумают октопусы, когда завтра утром узнают о том, что в Городе впервые за последние восемьдесят лет произошёл военный переворот? Бедные слои плюнут и снова попрутся на свою низкооплачиваемую работу, чтобы вечером посидеть перед телевизором с частичным погружением за просмотром реалити-шоу или другой передачи. Но вот более обеспеченные могут озаботиться состоянием своих активов и выразить недовольство. Именно на них в первую очередь и направлен четвёртый сезон.
Параллельно с поимкой Шол де-Мой на канале Культа выйдет первая серия реалити-шоу, в которую будет вставлен видео-фрагмент нашего «тайного разговора» с Чёрным в башне Совета шести. Фрагмент этот выставляет господина Шол де-Мой в качестве «злого гения», а нас с Хедингом — в качестве последнего оплота порядка, октопусов, решивших схватиться за единственную возможность спасти Город — просить помощи у всеми любимого Чернокнижника.
Вот и выходит, что в глазах обычных октопусов это не мы захватим власть. Нет. Это господин Шол де-Мой постарается совершить военный переворот и будет снесён ответным ударом от Культа и ББЦ.
План гениален.
Вернее, таким он казался изначально. Хм… Его исполнению едва не помешали три фактора. Во-первых, Зелёный, от которого я как трясущийся над своим детищем автор, несмотря на все уговоры Хединга, просто не мог избавиться раньше срока. Во-вторых, эм… во-вторых, войско Короля, неожиданно оказавшееся слишком многочисленным. Наконец, в-третьих, особенности работы Ладьи, которые не предусматривали возможности совместного прохода через Цифровую арку.
Зная стажёра, нетрудно было догадаться, что ознакомившись с работами деда, Зелёный попытается прикончить меня и взять Ладью. О Хароне он, вероятно, не знал.
Мотивация? Самая что ни на есть железобетонная. Молодой стажёр искренне ненавидел своего учителя (то есть меня), считая, что я не рассматриваю его в качестве равного коллеги и именно поэтому не стал рассказывать о том, что Игра для октопусов ещё не закончилась… Как будто это что-то меняет! Глупость, конечно, но таков уж характер. Я и сам таким был. Хм… правда, до мысли об убийстве так и не дошёл.
В общем, я решил себя обезопасить. Вместо реального Кторвика в Город мертвецов отправилась моя видеограмма, созданная при помощи 3-d принтера (на нём мы напечатали устройство-приёмник — небольшую
Рент-а-Ил сумел подключить камеры на устройстве-приёмнике к небольшому шлему, в котором я ходил по капитанской рубке, кричал и вообще изображал активную деятельность, чтобы ни у кого не возникло подозрений, что рядом с ними находится настоящий Кторвик… Впрочем, Чёрный, кажется, едва меня не раскрыл (во всяком случае, смотрел на мою видеограмму с явным сомнением), а потому от него я держался подальше. Это было несложно: Уолк контролировал, чтобы никто из группы не догадался о подмене.
Услышал о группе, расчувствовавшийся Рент-а-Ил произнёс новый тост:
— Покойтесь с миром, друзья! — проговорил он сквозь слёзы, вспоминая погибших Уолка, Дмитра и Ивана, и мы снова чокнулись.
Мда… Ребят жалко. Даже поспешное убийство Рига, благодаря которому и существовали зомби, не спасло ситуацию. Возможно, они стали чуть менее живучими и агрессивными… Хм, возможно. Всё-таки основным источником питания была Ладья — жаль, что поняли мы это уже после того, как труп Рига с посиневшей шеей был помещён в холодильник.
Я до последнего не знал, как закончить реалити-шоу.
Реальным уничтожением господина Шол де-Мой и его прихвостней при помощи сил Харона? Переправой всей фракции серых в иное измерение за пределы игрового мира?.. В конечном счёте, оба этих плана были выброшены в помойку: Чёрный сообщил, что Ладья, оказывается, серьёзно ограничивала функционал Харона и не позволяла ему ни перебрасывать души в Первичный бульон, ни перемещать их за пределы Игры.
В таких условиях Чёрный никогда бы не активировал Ладью и не вышел бы вовне. Он не вышел бы потому, что не мог оставить в цифровой реальности беременную Иву и друзей по фракции.
Что делать?
Надо было его как-то подтолкнуть.
Хм… И здесь в игру включается капитан! Профессиональный актёр, он мастерски изобразил «разочарование», закончившееся запоем. Ещё во время составления карточек о членах экипажа я убедил Уолка заменить в досье на капитана фразу «Работает на Хединга, отличается преданностью и исполнительностью» на «Работает на господина Шол де-Мой, отличается преданностью и исполнительностью». Зачем? Просто как дополнительный ресурс. Линию капитана можно было спокойно вырезать без ущерба для сюжета, но интуитивно я понимал, что капитан ещё сыграет свою главную роль.
Как подтолкнуть Чёрного к переходу через Цифровую арку?
Убедить его в том, что в этом мире не осталось людей, ради которых он мог задержаться.
«Надо разбить космический корабль!» — именно такая мысль пришла мне в голову, когда я управлял собственной видеограммой, «убегая» из Города мертвецов. В самом деле, мог бы морально подавленный капитан (к которому Чёрный испытывал явную неприязнь) совершить массовый суицид? Хах! Вполне.
Вот он и «совершил».