Хелена
Шрифт:
Плохо. А впрочем… не всё ли равно? Я разговаривала с демоном, вызвала Хранителя, стала причиной уничтожения святого и всё ещё жива. Пакости от пары мальчишек уже не сделают мою жизнь ярче.
— Полагаю, будет честным наконец представиться, — брюнет аристократическим жестом поправил очки и обворожительно улыбнулся, словно и не угрожал мне каких-то несколько минут назад. — Можешь звать меня Иеремия.
— А меня Эдо, — жизнерадостно добавил блондин. — Это от Эдоадо. Я алхимик.
— Не болтай лишнего! — шикнул на него "брат Реми". — Она сама
— Делать мне больше нечего!
— Разве ты чем-то занята, Хелена Тэйресская? — невинно осведомился Иеремия. — Мне казалось — нет.
Я прикусила губу. Во мне клокотала ярость, рождённая не сплетниками, но готовая на них выплеснуться. Лишь ценой невероятных волевых усилий я не срывалась на крик.
— Я же посредственность. Разве подобная особа ровня таким… мастерам, как вы?
Эдо почти по-девичьи хихикнул, а его друг с упрямством мула и прямотой стрелы заявил:
— У тебя есть влиятельные покровители, Хелена. Ты не так проста, как хочешь казаться. Именно поэтому мы выбрали тебя.
— Выберете кого-нибудь другого. У нас в стране полно изнывающих без дела людей.
Мы угрюмо уставились друг на друга. Было не очень умно играть с ними в "гляделки", но мне не оставили иного выхода. Спустя некоторое время я устала и сказала:
— Так мы договорились? У меня больше нет времени и сил играть с вами.
— Пока да, — холодно произнёс брюнет. — Но помни, мы следим за каждым твоим шагом.
— За каждым шагом! — многозначительно подтвердил блондин.
А затем "братья" развернулись и зашагали к выходу из гробницы.
С высоко поднятыми головами.
После их ухода я немного выждала — для верности — и позвала:
— Тамия!
Девушка-призрак тут же появилась передо мной.
— Спасибо, — тихо сказала она. — Ты сделала благое дело, Хелена.
Я криво усмехнулась.
— Сегодня много чего произошло. Не сказала бы, что абсолютно всё было хорошо.
Дух коснулась моей щеки полупрозрачной рукой.
— Не плачь о нём. Если Ироному будет угодно, вы встретитесь вновь.
Я опешила. Зачем кому-то называть себя Осколком?
— Ироном? Кто это?
— Мы все видели его во снах, — девушка одарила меня загадочной печальной улыбкой. — В Чертогах снятся прекрасные долгие сны… Гораздо ярче и слаще, чем при жизни.
— Вестник его слуга?
Тамия кивнула.
"О как! Выходит, Хелена лакомый кусочек для действительно могучих сил. Я должна быть польщена?"
Я не стала расспрашивать девушку. Некоторых вещи — вернее, довольно много вещей — живые не вправе узнавать от мёртвых. Таковы правила.
— Прости, что не могу провести нужные обряды, — я указала на осквернённый саркофаг. — Богиня больше не любит меня.
— Ничего, — успокоила меня родственница. — Есть… особые люди. Они помогут мне.
"Запах полыни", — напомнила я себе. — "Где он, там и служители Жиюнны".
Мы попрощались, а затем Лерьэн растаяла в воздухе,
Выйдя из усыпальницы, я задержалась у статуи Лионеля.
"Стоило рыцарю погибнуть, и в скорбный дом, который он так долго охранял, ворвались варвары".
Мраморное лицо принца было красиво и печально. Таким я и постаралась запечатлеть его в памяти.
— 10-
Попав в беду, смиряй гордость.
Десятое правило, поведанное маленькой Хелене человеком с золотыми глазами.
"Дух обнищал и сир. Чем он владел, вернуть не может мир…", — пришли мне на ум строки мёртвого поэта. Ими он оплакивал возлюбленную…
Меня попросили не горевать, но разве глазам можно велеть не лить слёзы, а сердцу — болезненно не сжиматься? В борьбе разума и чувств от воли человека мало проку — всё решается согласно его природе. Натура же почти всех женщин (я не исключение) — вода, беспокойная, обманчивая, но памятливая стихия. Нам проще прощать, чем забывать.
"Он обещал защитить меня…"
Как простить того, кто обманул?
Быть может, спустя годы (не меньше полувека, полагаю) дряхлая старушка Хелена и перестанет думать об ушедшем рыцаре. Её тихая жизнь незаметно пройдёт за мелким волшебством и заботой о многочисленных племянниках и племянницах (Андрэ слишком беспечен, когда дело касается сердечных дел).
Я не хочу становиться той старушкой. Не теперь.
"А ведь придётся".
Коридоры башни Порталов, тонущие в полумраке, безлюдные, казались мне прорытыми в толще земли ходами огромных насекомых. Одни из них шли под наклоном вверх, другие — вниз. Право крови позволяло мне не задумываться над тем, какими именно заклятьями защитили "вот эту дверь".
И, конечно, лестницы. Бесконечные лестницы…
"Хелена!" — знакомый мыслеголос вытянул меня из омута чёрной меланхолии.
"Элинь?"
"Где ты пропадала? Я до тебя битый час достучаться не могла!"
Я поставила ментальный блок, когда Далиан связался со мной. Не хотела никого вмешивать.
Линь — особенно.
Как жаль, что я неважный менталист.
"Ну прости. Такая уж я недостижимая".
Когда не хочешь говорить правду — отшутись. Первое правило лжеца.
"Представляешь, тут такое творится…"
"Да? И что же?" — разумеется, я лгала. Мне было глубоко безразлично, какое происшествие всколыхнуло тихую заводь студиозной общины. Если подумать, меня и раньше никогда по-настоящему не волновали все эти экзамены, контрольные и "сверхсложные" домашние задания. Просто очень долго я внушала себе, что именно в этих незатейливых заботах проходит жизнь нормальной девушки, идущей в ногу со временем. Я с упоением играла в неё… и в конце концов потерпела поражение.
Так что там произошло у моих чешуйчатых друзей? Некто переел жирного мотыля или кого-то поймали на крючок?