Хирург
Шрифт:
— А какой мотив?
— Тот же самый, который заставляет людей признаваться в преступлениях, которых они не совершали. Подумайте только, сколько к ней сразу внимания! Ночь, а вы у нее, суетитесь, утешаете. Я не хочу сказать, что Хирург не охотится за ней. Но этот трюк с волосами заставил меня посмотреть на дело иначе. Пора подумать и о других вариантах. Откуда они могли взяться у Хирурга? Мог ли Капра передать их ему два года назад? И каким образом, если он лежал мертвый на полу в ее спальне? Вы сами увидели нестыковку между ее показаниями и протоколом вскрытия Капры. И мы оба знаем, что она
— Эти показания выудил из нее детектив Сингер.
— Вы полагаете, он добавил кое-что от себя?
— Подумайте только, под каким давлением работал Сингер. Четыре убийства. Все кричат об аресте преступника. И у него есть великолепное чистое решение: преступник мертв, убит своей жертвой. Кэтрин помогла ему закрыть дело, даже если ему и пришлось вложить в ее уста нужные слова. — Мур сделал паузу. — Нам необходимо знать, что произошло той ночью в Саванне на самом деле.
— Но Корделл единственная, кто там был. И она утверждает, что ничего не помнит.
Мур обернулся, услышав, что в кухню зашла Кэтрин.
— Подождите, еще не все потеряно, — сказала она.
Глава 14
— Ты уверен, что доктор Корделл согласна? — спросил Алекс Полочек.
— Она здесь и ждет тебя, — сказал Мур.
— Вы не уговаривали ее пойти на это? Потому что гипноз неэффективен, если объект сопротивляется. Она должна быть настроена позитивно, иначе все это будет пустой тратой времени.
«Пустой тратой времени» уже назвала эту затею Риццоли, и ее мнение разделяли остальные детективы из их команды. Они считали гипноз шарлатанством, придуманным затейниками из Лас-Вегаса и салонными чародеями. Раньше Мур согласился бы с ними.
Однако дело Меган Флоранс изменило его отношение к гипнозу.
31 октября 1998 года десятилетняя Меган возвращалась домой из школы, когда возле нее затормозила машина. Больше ее живой не видели.
Единственным свидетелем похищения оказался двенадцатилетний мальчик, стоявший неподалеку. Хотя он хорошо видел машину, помнил ее форму и цвет, воспроизвести номерной знак ему никак не удавалось. Спустя несколько недель, в течение которых следствие не продвинулось ни на шаг, родители девочки настояли на том, чтобы нанять специалиста по гипнозу, который смог бы поработать с мальчиком. Поскольку расследование зашло в тупик, полиция, хотя и неохотно, согласилась.
Мур присутствовал на этом сеансе. Он видел, как Алекс Полочек мягко ввел ребенка в гипнотическое состояние, а потом изумленно слушал, как мальчик тихо называет цифры номерного знака.
Труп Меган Флоранс был обнаружен через два дня зарытым во дворе похитителя.
Мур надеялся, что магия Полочека, оживившая память мальчика, сработает и в случае с Кэтрин Корделл.
И вот они вдвоем стояли за зеркальной перегородкой комнаты глядя на Кэтрин и Риццоли, сидевших по другую сторону. Кэтрин явно чувствовала себя неуютно. Она ерзала на стуле и поглядывала на зеркальное стекло, словно догадываясь, что за ней наблюдают. Ее чай так и остался нетронутым.
— Предстоит пробудить болезненные воспоминания, — сказал Мур. — Она, может, и хочет помочь, но для нее это будет непросто. В момент нападения она находилась
— Память, стертая наркотиком, да еще двухгодичной давности? — Полочек с сомнением покачал головой. — И к тому же, как ты сказал, воспоминания могут быть искаженными.
— Да, детектив из Саванны мог напичкать ее совершенно неправдоподобными сведениями.
— Ты же понимаешь, что я не волшебник. И информация, которую мы получим в ходе сеанса, никогда не будет принята как доказательство. Более того, она сделает юридически ничтожными показания, которые свидетельница может дать в суде.
— Я знаю.
— И все равно хочешь попробовать?
— Да.
Мур открыл дверь, и мужчины зашли в комнату для допросов.
— Кэтрин, — произнес Мур, — это тот самый Алекс Полочек, о котором я вам говорил. Он специалист по гипнозу, сотрудничает с Бостонским полицейским управлением.
Кэтрин и Полочек пожали друг другу руки, и она нервно рассмеялась.
— Извините, — сказала она. — Просто я вас совсем другим представляла.
— Вы думали, что я буду в черном плаще и с волшебной палочкой в руке? — улыбнулся Полочек.
— Забавно, но это так.
— А вместо этого вы видите перед собой смешного лысого человечка.
Она опять рассмеялась, уже более расслабленно.
— Вы никогда не подвергались гипнозу? — спросил он.
— Нет. По правде говоря, я не думаю, что подвержена гипнозу.
— Почему вы так считаете?
— Потому что не верю в него, — откровенно ответила она.
— И все-таки согласились попробовать.
— Детектив Мур полагает, что мне следует это сделать.
Полочек сел на стул лицом к ней.
— Чтобы сеанс прошел успешно, вам, доктор Корделл, совершенно не обязательно верить в силу гипноза. Но вы должны хотеть работать со мной. Вы должны доверять мне. И добровольно расслабиться, позволив мне вывести вас в альтернативное состояние. Во многом все это похоже на начальную стадию сна. Но вы не будете спать. Обещаю вам, вы сможете отчетливо осознавать, что происходит вокруг вас. При этом вы будете настолько расслаблены, что вам удастся заглянуть в такие уголки своей памяти, куда обычно вход закрыт. Я бы сравнил это с тем, что вы открываете шкаф с файлами и начинаете вытаскивать оттуда все ящики.
— А вот в это я уже не верю. Не верю, что гипноз может заставить меня вспомнить.
— Не заставить, а помочь, — уточнил он.
— Хорошо, помогите мне вспомнить. Только мне кажется невероятным, что можно извлечь из памяти то, что я не могу вспомнить сама.
Полочек кивнул.
— Да, вы правы в своем скептицизме. Это кажется невероятным, не так ли? Но позвольте привести вам пример того, как блокируется память. Это называется законом обратного эффекта. Чем настойчивее ваши попытки что-то вспомнить, тем меньше вероятность того, что вам это удастся. Уверен, вы это не раз замечали. Все мы сталкиваемся с подобным эффектом. Например, вы видите на телеэкране известную актрису, и вы знаете ее имя. Но просто не можете его вспомнить. Это доводит вас до сумасшествия. Вы долго копаетесь в памяти, но имя напрочь забыто. Вы задаетесь вопросом, не начинается ли у вас болезнь Альцгеймера. Скажите, ведь бывало с вами такое?