Хирург

Герритсен Тесс

— И не раз. — Кэтрин уже улыбалась. Полочек ей явно понравился, и она чувствовала себя с ним комфортно. Хорошее начало.

— Но в конце концов вы ведь вспоминаете имя актрисы, не так ли? — продолжил он.

— Да.

— И в какой момент это происходит?

— Когда я бросаю попытки вспомнить. Когда расслабляюсь и думаю о чем-то другом. Или когда ложусь спать.

— Совершенно верно, — Полочек одобрительно кивнул. — Только когда вы расслабляетесь, когда ваша память перестает судорожно вытаскивать те самые ящики из шкафа, вот тогда,

словно по мановению волшебной палочки, нужный ящичек и открывается, и оттуда вываливается файл. Такая концепция гипноза кажется вам более приятной?

Она кивнула.

— Что ж, именно это мы и собираемся сделать. Помочь вам расслабиться. Позволить вам заглянуть в шкаф с файлами.

— Я не уверена, что смогу полностью расслабиться.

— А что вас смущает? Эта комната? Стул?

— Со стулом все в порядке. Дело в том… — Она смущенно посмотрела в сторону видеокамеры.

Полочек проследил за ее взглядом и понимающе кивнул.

— Не надо беспокоиться. Детективы Мур и Риццоли выйдут из комнаты. А что касается видеокамеры, так это всего лишь вещь. Железка. Думайте о ней именно так.

— Хорошо. Но только…

— Вас что-то еще смущает?

Последовала пауза. Потом она тихо произнесла:

— Я боюсь.

— Меня?

— Нет. Воспоминаний, которые придется заново пережить.

— Я бы никогда не допустил этого. Детектив Мур предупредил меня о том, что это для вас очень болезненно, и мы не станем переживать все заново. Мы сделаем по-другому. Так, чтобы страх перестал блокировать вашу память.

— И как я узнаю, настоящие это воспоминания или фантазии, придуманные мной?

Полочек сделал паузу.

— Это и в самом деле проблема. Прошло много времени. Но будем работать с тем, что есть. Должен вам сказать, что я не слишком хорошо осведомлен о вашем деле. Я постарался не углубляться в него, чтобы не влиять на ход ваших мыслей. Мне известно лишь, что событие произошло два года назад, что оно связано с нападением на вас и в ваш организм ввели рогипнол. Все остальное для меня загадка. Так что, какие бы подробности ни выдала ваша память, это будут исключительно ваши воспоминания. Я здесь только для того, чтобы помочь вам заглянуть в потаенные уголки вашей памяти.

Кэтрин вздохнула.

— Ну, кажется, я готова.

Полочек обернулся к детективам.

Мур кивнул, и они с Риццоли вышли из комнаты.

Стоя за перегородкой, они видели, как Полочек достал ручку и блокнот и положил их на стол рядом с собой. Он задал Кэтрин еще несколько вопросов. В том числе о том, как она привыкла расслабляться. И есть ли какое-то особое место, дорогие воспоминания, которые повергают ее в состояние покоя.

— Летом, когда я была маленькой, — сказала она, — я ездила к дедушке с бабушкой в Нью-Гемпшир. У них был домик на озере.

— Опишите его для меня. Подробно.

— Он был очень тихий. Маленький. С большим крыльцом, выходящим прямо к воде. Рядом с домом были заросли дикой малины. Я любила собирать ягоды. А

вдоль тропинки, ведущей к воде, бабушка высаживала красоднев.

— Итак, вы помните ягоды, цветы.

— Да. И воду. Я люблю воду. И еще я загорала на пирсе.

— Хорошо. — Он что-то нацарапал в своем блокноте и отложил ручку. — Начнем с того, что сделаем три глубоких вдоха. И каждый раз очень медленно выдохнем. Вот так. Теперь закройте глаза и просто сосредоточьтесь на моем голосе.

Мур за перегородкой видел, как веки Кэтрин медленно сомкнулись.

— Начинайте запись, — сказал он Риццоли.

Она нажала кнопку видеозаписи — зашуршала пленка.

В соседней комнате Полочек подводил Кэтрин к полной релаксации, инструктируя сначала сконцентрироваться на пальцах ног, откуда уходит напряжение. Теперь ее ноги должны были стать ватными, поскольку расслабление медленно поднималось вверх по икрам.

— Вы действительно верите в эту ересь? — спросила Риццоли.

— Я сам видел результат.

— Что ж, возможно, в этом что-то и есть. Во всяком случае меня потянуло в сон.

Он посмотрел на Риццоли, которая стояла, скрестив руки на груди и скривив рот в скептической ухмылке.

— Просто наблюдайте, — сказал он.

— И когда она начнет возноситься?

Полочек руководил процессом релаксации, постепенно расслабляя все мышцы ее тела. Вот уже ее руки повисли плетями, а лицо стало спокойным и безмятежным. Дыхание замедлилось, стало глубоким.

— А теперь мы увидим место, которое вам дорого, — говорил Полочек. — Коттедж бабушки с дедушкой на озере. Я хочу, чтобы вы увидели себя стоящей на том большом крыльце. Вы смотрите на воду. День теплый, воздух спокойный и неподвижный. Слышен только щебет птиц, больше никакие звуки не нарушают тишину. Здесь все дышит покоем. Солнечный свет поблескивает искорками на воде…

Ее лицо излучало такое умиротворение, что Мур едва мог поверить, что перед ним та же женщина. Он видел в ее лице теплые розовые мечты молодой девушки. Ему казалось, что он смотрит на ребенка, которым она была когда-то. Еще невинного, незнакомого с разочарованиями взрослой жизни. Не встретившего на своем пути Эндрю Капры.

— Вода такая красивая, она манит вас, — продолжал Полочек. — Вы спускаетесь по ступенькам и идете по тропинке к озеру.

Кэтрин сидела, не двигаясь, в полном расслаблении, и ее руки безвольно лежали на коленях.

— Земля такая мягкая под вашими ногами. Солнце ласково греет вам спину. И птицы щебечут в зарослях деревьев. Вы совершенно расслаблены. С каждым шагом вам становится все спокойнее. Вы чувствуете, как в душе разливается покой. По обе стороны тропинки растут цветы, красоднев. Они сладко пахнут, и, задевая головки, вы вдыхаете их аромат. Это особый, магический аромат, который повергает вас в сон. Вы чувствуете, как тяжелеют ваши ноги. Запах цветов одурманивает, расслабляет еще больше. А солнечное тепло растапливает остатки напряжения в ваших мышцах.