Хохмач
Шрифт:
– Я не смогу надеть это, – сказал он.
– С чего это вдруг? – спросил глухой.
– Я не стану этого надевать. Это не для меня.
– Почему это?
– На нем кровь, – сказал Папаша.
В какой-то момент могло показаться, что в этом тихом и пахнущем землей подвале глухой вот-вот утратит свою выдержку и сорвется из-за неожиданного бунта старика. Но и тут он не изменил себе и внезапно расплылся в улыбке.
– Вот и правильно, – сказал он. – Постараюсь подыскать вам что-нибудь другое.
Он взял из рук старика серую форменную
Глава 4
Девятого апреля, в четверг, фотография неопознанного трупа появилась в дневных выпусках трех городских газет. Газеты поступили в продажу около полудня. В одной из них она была помещена на первой полосе, остальные отвели ей четвертую полосу, но везде фотографии были снабжены яркой, бросающейся в глаза надписью: “ЗНАЕТЕ ЛИ ВЫ ЭТОГО ЧЕЛОВЕКА?” При первом взгляде на фотографию могло показаться, что человек этот просто прикрыл глаза. Полицейский художник пририсовал покойнику плавки, однако белые носки и грубые ботинки при этих плавках выглядели еще более несуразными и заставляли заподозрить какой-то трюк.
Читатель видит кричащий заголовок “ЗНАЕТЕ ли вы – этого ЧЕЛОВЕКА?”, а потом переводит взгляд на жалкого старика, которого наверняка застукали спящим на каком-нибудь общественном пляже. Догадливый читатель сразу понимает, что этот задремавший дед относится к той категории людей, у которых подошвы ног не привыкли к пляжному песку, и что разлегся он так неспроста, а ради какого-нибудь рекламного трюка. Однако, вчитавшись в текст, набранный под фотографией, он узнает, что этот жалкий старик вовсе и не спит, что он лежит тут мертвее мертвого, а это пятнышко на его голой груди вовсе не типографский брак, а самая настоящая рана – результат выстрела из ружья с близкого расстояния.
Итак, газеты поступили в киоски примерно в двенадцать часов дня.
В двенадцать часов пятнадцать минут Клифф Сэведж появился в приемной 87-го участка полиции. Одет он был безукоризненно: светлая шляпа, чуть сдвинутая на затылок; уголок носового платка, выглядывающий из кармашка светло-коричневого пиджака; отлично выглаженные брюки. Он прошествовал к окошку дежурного и отрекомендовался.
– Клифф Сэведж Беспощадный. Репортер. – С этими словами он небрежно кинул на стол дежурного фотографию неопознанного убитого. – Кто занимается тут у вас этим делом?
Сержант Дэйв Мерчисон бросил взгляд на фотографию, хмыкнул, перевел взгляд на Сэведжа, снова хмыкнул и только после этого спросил:
– Простите, как вы назвали себя?
– Беспощадный.
– И в какой газете вы работаете?
Сэведж оскорбленно вздохнул и добыл из бумажника удостоверение. Он положил его на стол перед сержантом рядом с газетной вырезкой. Мерчисон поглядел на удостоверение, потом еще раз на фотографию, в который раз хмыкнул и наконец сказал:
– Этим занимается Стив Карелла. Послушайте, мне ваше имя кажется знакомым, откуда бы это?
– Понятия
– Сейчас узнаю.
– Можете не беспокоиться. Я просто поднимусь наверх, – сказал Сэведж.
– А вот это уж черта с два, мистер Беспощадный. И полегче на поворотах. Это удостоверение не дает вам права распоряжаться здесь. – Мерчисон неторопливо выбрал один из проводов коммутатора и воткнул его штырь в нужное гнездо. Он выждал какую-то секунду и потом сказал в микрофон: – Стив, это Дэйв снизу. Тут у меня какой-то тип по имени Клифф Сэведж, он называет себя репортером, он хочет... Что? Отлично. – И Мерчисон, явно удовлетворенный ответом, вынул штырь из гнезда. – Он говорит, чтобы вы шли к чертовой матери, мистер Сэведж.
– Он так прямо и сказал?
– Я повторил слово в слово.
– Интересное отношение к посетителям. Это у вас со всеми так? – поинтересовался Сэведж.
– Я так полагаю, что к вам у него особое отношение. – Во всяком случае, таково мое мнение, – сказал Мерчисон.
– Не соединитесь ли вы с ним еще раз, чтобы я мог с ним поговорить?
– Стив наверняка не одобрит этого, мистер Сэведж.
– В таком случае соедините меня с лейтенантом Бернсом.
– Лейтенанта не будет сегодня в участке.
– А кто дежурный детектив?
– Стив.
Сэведж нахмурился, а потом взял свое удостоверение и, не сказав ни слова, вышел из приемной. Он спустился по ступенькам крыльца на тротуар, свернул направо, прошел квартала два по залитой апрельским солнцем улице и свернул в кондитерскую на Гровер-авеню. Разменяв деньги в кассе, он вошел в будку телефонного автомата, что помещался на задах магазина. Добыв из кармана маленькую записную книжку в черной обложке, он нашел в ней номер телефона 87-го полицейского участка, затем опустил монетку в автомат и набрал номер.
– Восемьдесят седьмой полицейский участок, сержант Мерчисон слушает, – послышался голос в трубке.
– Вы разослали по газетам фотографию убитого, – сказал Сэведж.
– Да. А в чем дело?
– Я знаю этого человека. Я хотел бы поговорить с детективом, который занимается этим делом.
– Одну минуточку, сэр, – сказал Мерчисон.
Сэведж кивнул, торжествующе улыбнулся и принялся ждать. Через минуту в трубке послышался голос.
– Восемьдесят седьмой участок, детектив Карелла.
– Это вы тот полицейский, который ведет расследование дела о трупе, обнаруженном в парке?
– Совершенно верно, – ответил Карелла. – А кто это говорит?
– Это вы рассылали фотографии в газеты?
– Совершенно верно, сэр, дежурный сержант сообщил мне, что вы...
– А почему вы не послали фотографию в мою газету? Вы слышите, Карелла?
– Ч-что... – потом трубка надолго замолчала. – Это вы, Сэведж?
– Да, это я.
– До вас не дошло, что я сказал?
– Ну, меня не особенно устраивает отправляться сейчас к чертовой матери.