Холм
Шрифт:
Старшина (догоняет Джо). Стой! (Робертс останавливается.) Кру-гом!.. Ты знаешь Королевский воинский устав?
Джо. Знаю, сэр.
Старшина. Так вот: ты нарушаешь все пункты устава.
Джо. А вы и с бабой спите по уставу, так, что ли?
Старшина. Ты и я — кадровые. Мы — это армия. Так как же иначе, черт возьми, мы должны жить?
Джо.
Старшина (кричит). Какой же из тебя солдат!
Джо. Живой, пока Вильямс не сделал мертвым.
Старшина. Должна быть дисциплина, понял? Без дисциплины нет армии!
Из медпункта выходят Вильямс и Гаррис. С любопытством смотрят на происходящее.
Джо. Я кадровый потому, что не мог найти работу в гражданке. Я был послушным, как заводной солдатик. Стоило только приказать мне — и я бросался исполнять приказ, как бросается на кость голодная собака… (Ноги его подкашиваются, он падает.)
Старшина (истошно кричит). Встать и слушать меня!
Джо. Нет, это вы — слушайте!.. Три года в пустыне. Три проклятых года войны! И какой толк из всего этого?
Старшина. Так может говорить только предатель!
Джо (приподнимаясь, с ожесточением). Пусть! Пусть это будет, по-вашему, предательством!.. Мне все равно. Я больше не могу выполнять дурацкие приказания! Вы живете по уставу, а я не могу…
Старшина. Значит, тебе и армия не нужна? Отсиживаешься в тюрьме, ждешь конца войны, да? Тебе, может быть, и на империю наплевать?
Джо (устало). Отдай ее Джеко. Возможно, она ему пригодится.
Старшина. Отдать империю неграм?! Ну, ладно, приятель. Я еще поговорю с тобой!.. (Поворачивается к Вильямсу.) Сержант! (Вильямс подбегает и вытягивается перед ним.) Что произошло с Робертсом?
Вильямс. Дрался со своим, с Мак Гратом.
Старшина. Это все?
Вильямс. И на меня лез, сэр… Я вывел его из камеры. Дал команду «бегом». Он не стал выполнять и набросился на меня. Еле удержали его, сэр.
Старшина. Свидетели есть, сержант?
Вильямс. Хентоу и Колби, сэр.
Старшина. Что Робертса надо бояться — это ясно. Но если вам когда-нибудь еще придется удерживать его, делайте это как-нибудь по-другому. Можно подумать, что его только что вынесли из боя. Понятно?
Вильямс. Он
Старшина. Придумайте что-нибудь получше.
Вильямс. Но в основном ему досталось от Мак Грата.
Старшина (кивает). Вот это подойдет. Так и доложите, что он дрался с Мак Гратом, напал на вас, не подчинялся Колби и Хентоу… И так далее, сами знаете.
Вильямс. Слушаюсь, сэр.
Джо. Мак Грат меня не бил. Меня избил Вильямс.
Старшина. Свидетели? (Джо молчит.) Ага, нет… Может быть, спросить твоих товарищей по камере?.. Так знай: если я прикажу зарыть тебя в землю живым, они это сделают, понял?.. Ну вот, теперь я сам буду учить тебя. Учить всему: как умываться, как стоять, как молиться, как и когда отвечать. Я сделаю из тебя такого солдата, которым армия сможет гордиться. Ты будешь делать все. Даже стоять на голове, если прикажут… Сержант!
Вильямс. Слушаю, сэр.
Старшина. Я беру Робертса себе. Мы поместим его в одиночную камеру. И с сегодняшнего дня я сам буду им заниматься.
Вильямс. Я тоже могу справиться с ним, сэр!
Старшина. Не сомневаюсь. Вы — удивительная находка для нас… Но, между прочим, запомните: если вы изобьете еще одного заключенного, я посажу вас самого в камеру… Приведите сюда тех двоих.
Козырнув, Вильямс идет к двери. На ходу он оборачивается и бросает на старшину взгляд, полный ненависти, но тот не замечает этого.
Вильямс (перед дверью медпункта). Эй, вы, бегом сюда!
Джеко и Мак Грат выбегают из медпункта и останавливаются перед старшиной.
Старшина. Мак Грат, это правда, что ты дрался с Робертсом?
Мак. Да, немного поспорили.
Старшина (пальцем указывая на Джеко). И ты подтверждаешь?
Джеко. Да, была потасовка.
Старшина (к Мак Грату). Ну и разделал же ты его!
Мак. Это не моя работа.
Старшина. А чья же?
Джеко. Сержанта Вильямса, сэр. Вильямс взял Джо из камеры и привел его вот таким. Я кому угодно могу сказать, что это не Мак Грат. Мак Грат тут ни при чем…
Старшина. Стоять смирно, когда разговариваешь со мной! Вот так. А теперь, негритос, повтори все, что ты видел. (Джеко с презрением смотрит на старшину.) Ну, черная обезьяна, я обращаюсь к тебе. Что, тоже захотел в одиночку? Отвечай же, вонючий негр… Что ты видел?