Холод 2
Шрифт:
Один из крылатых спикировал на меня. Он дико орал, разинув пасть, полную мелких зубов, а в руках сжимал алебарду. Я выхватил оба пистолета, выстрелил и отскочил в сторону. Существо со всего разгона врезалось в землю. А на меня уже летело второе. Я достал саблю и ударил монстра по когтистой птичьей лапе, которой тот хотел схватить меня. Монстр завыл и взмыл вверх.
Я едва успел обернуться, чтобы парировать топорик третьего существа, атаковавшего со спины. Существо потянуло ко мне лапу, но тоже получило саблей по когтистому пальцу. Второе опять ринулось в атаку, но я рубанул его по руке, а затем вогнал
Существа нападали с двух сторон, огромные крылья постоянно задевали меня. Треуголка слетела, а сам я едва держался на ногах, продолжая парировать удары. А в небе кружили другие моры, готовясь занять место поверженных соратников, и от истошных их воплей болели уши. Вопли давили на психику, деморализуя и рассеивая концентрацию. Я пропустил несколько ударов. К счастью, ледяная оболочка сдержала их.
Очередная атака. Я отбил топорик существа, а когда оно хотело вцепиться лапой, схватил его за здоровый когтистый палец, покрытый грубой пупырчатой кожей, и воткнул клинок под рёбра, а затем с разворота рубанул второго. Попал по лицу, из-под лезвия брызнула кровь. Существо не успело отпрянуть, и следующий удар пришёлся ему в крыло. Тварь упала в снег и затрепыхалась, шлёпая здоровым крылом по дороге. Хотел его добить, но в этот момент три монстра камнем ринулись вниз с небесных высей. Один держал в руках алебарду, целясь мне в грудь остриём пики. Я не успел среагировать.
Чудовищной силы удар снёс меня с ног, существо с алебардой взмыло ввысь. Но тут же налетели другие. Их массивные лапы с длинными когтями схватили меня и подняли в небо. Всё вокруг завертелось, я понял, что падаю и сосредоточился на защите. В следующий момент я стукнулся обо что-то твёрдое, а ещё через секунду очутился в снегу: я приземлился, ударившись по пути о край крыши. Перед глазами всё плыло.
Я поднялся на четвереньки, огляделся. Я находился на пустой улице, звуки боя доносились из-за дома на ближайшем перекрёстке, а тут никого из наших не было. Сабля моя валялась в снегу неподалёку. Вскочив на ноги, я побежал к ней.
Заметив, что я ещё жив, моры снова ринулись в атаку. Но теперь монахи меня не видели, а значит, можно использовать чары. Я выставил вперёд обе руки, первое существо замёрзло на лету, и я едва успел пригнуться, чтобы огромная ледышка, в которую превратилась тварь, не сбила меня. У второго заледенело крыло, и монстр шлёпнулся рядом. Я схватил саблю и вонзил её в спину скованного холодом противника.
Налетел ещё один крылатый, но и он получил порцию холода и шлёпнулся недалеко от меня. Я услышал за спиной хлопанье крыльев. Обернулся. В нескольких метрах от меня оказался четвёртый. Еле успел его заморозить. Существо упало на дорогу, и я добил его, найдя участок тела без морозной корки.
Очередной крылатый взмыл надо мной, желая пронзить копьём, но холод остановил и его, и вскоре ещё одно заледеневшее существо барахталось лапами в снегу. Я хотел добить, но на меня с высоты ринулся вооружённый топором монстр.
Я не успел даже ладонь вытянуть в его сторону. Над моей головой прожужжали светящиеся осколки,
Я обернулся. На перекрёстке стояла Дарья. Только теперь я заметил, что звуки боя стихли, а существа больше не надрывались в неистовом крике. Лишь высоко в небе раздавались редкие вопли. Похоже, схватка закончилась.
— Ты как? — спросила меня Дарья, подойдя к одному из заледеневших монстров.
— Кажется, в порядке, — ответил я.
После падения до сих пор всё плыло перед глазами, да и голова заболела, но это мелочи по сравнению с тем, что могло бы случиться, не обладай я ледяной защитой.
— Неплохо ты их, — Дарья толкнула одного сапогом, переворачивая на спину. — У тебя сильные чары.
— Радиус маловат, — произнёс я. — А тебе, гляжу, тоже досталось?
Плащ Дарьи был разодран на плече.
— Ерунда, — поморщилась она. — Со спины, гад, подлетел.
Добив уцелевших тварей, мы вышли на главную улицу.
Дорога была завалена трупами мор. Они лежали кучами друг на друге, раскинув крылья и истекая кровью. Некоторые из поверженных тварей ещё шевелились, одно существо сидело, прислонившись к стене, и тянуло вперёд культи рук, из которых торчали обломки костей. Повсюду валялись оторванные конечности, а снег был чёрен от крови.
Среди трупов крылатых тварей лежал Василий Васильевич. Пётр сидел на корточках рядом. Остальные не пострадали, хоть у многих, особенно тех, кто не владел чарами, наблюдались порванные когтями плащи.
— Отходим! Все прочь! — приказал Игорь Изяславич. — Маски!
Мы с Дарьей стояли на перекрёстке вне зоны досягаемости пепла, но девушка всё равно надела «противогаз». Мне, понятное дело, надевать было нечего: моя маска осталась в Высоком вместе со всеми трофеями.
— Где твоя маска? — спросила Дарья, уставившись на меня круглыми стёклами своего «противогаза».
— Мне она не требуется, — ответил я. — Пепел мне не вредит.
— Везёт же, — хмыкнула девушка.
А трупы тлели, и в воздухе повисла непроглядная серая пелена. Продолжалось это несколько минут, а когда пепел полностью испарился, на улице осталось штук пять недобитых тварей и чёрный снег, насквозь пропитанный кровь мор.
Василия Васильевича тоже оттащили в сторону. Когда мы подошли, он лежал неподвижно с открытыми глазами, устремлёнными в небо. Его седые волосы слиплись от крови, а через всю голову тянулась длинная рана, сквозь которую виднелись мозги. Василий Васильевич ещё дышал, но все мы понимали, что жить ему осталось недолго.
— Ты сказал, у вас есть артефакты, — хмурился Игорь Изяславич.
Он тоже присел на корточки возле раненого, расстегнул ворот его камзола и осмотрел массивный серебряный медальон с кристаллом по центру. Кристалл не светился.
— Не знаю, что случилось, — Пётр был мрачнее тучи. — Артефакт не сработал. Не понимаю, почему так.
— Кристалл разрядился, — строго проговорил стоявший рядом Андрей. — Вы хотя бы проверяли артефакты прежде, чем идти в Сон? Заряжали?
— Отец уверял, что медальон заряжен, — Пётр повернулся к Андрею. — Откуда я мог знать?