Холод

Amazerak

Я же в это время, не теряя времени даром, уже заталкивал шомполом в ствол новые патроны.

Наступило затишье. За окном до сих пор раздавалось рычание, но на этот раз монстры держались далеко от дома: похоже, стрельба всё же их напугала. Но они чуяли добычу и никак не желали уходить. Наверху раздались выстрелы. Пробегавшая под окнами «собака», завизжала и закувыркалась в снегу. Тела остальных уже начали тлеть. Потом грохнули ещё два выстрела: один — наверху, другой — из соседней комнаты.

— Маски! — крикнул Томаш, заметив

тление.

Из холщовых мешков, носимых через плечо, мужики извлекли кожаные маски и надели их. Те полностью закрывали голову и имели круглые «глаза», тем самым напоминая старые противогазы, только без фильтров.

— Где твоя маска? — спросил меня Томаш.

— Нету, — пожал я плечами.

— Совсем дурень что ли? Пеплом надышаться хочешь?

Со второго этажа спустился Йозеф с остальными тремя. Лица их тоже были закрыты кожаными «противогазами».

— Уходим, — сказал он. — Савва соберёт пепел.

Приоткрыв дверь, Йозеф прицелился в кого-то из пищали и выстрелил. Закинул пищаль за спину, взял в руки мою фузею и вышел, направив ствол в сторону, где бродили существа. Мы тоже покинули дом. Грохнули ещё два выстрела — это мужики стреляли по морам, которые теперь расхаживали вдалеке и завывали, не рискуя подойти ближе.

Мужик в кушаке достал из заплечного мешка бронзовый сосуд с завинчивающейся крышкой и совочек, надел толстые кожаные перчатки и принялся собирать пепел с одного из трупов, который уже почти обратился в прах.

Остальные в это время по очереди стреляли в существ, не давая им подходить. Тех осталось совсем немного, и с каждым выстрелом становилось всё меньше и меньше. В конце концов, они ушли, но с соседних улиц по-прежнему доносились жуткие завывания, от которых мороз бегал по коже. Мне казалось, я уже привык к ним. Нет, к такому невозможно было привыкнуть.

Когда пепел был собран, мужики перезарядили ружья, сняли маски, и мы потрусили по улице в сторону, противоположную той, откуда пришли моры.

Мы бежали по нашим же следам, а позади раздавался вой. Кажется, моры не последовали за нами, но всё равно было страшно. Мёртвый город ожил. Твари теперь знали о присутствии посторонних.

Миновали двор, в котором мне встретилась компания. Все мы выдохлись от непрерывного бега, и теперь люди тяжело дышали и кашляли. Я спросил у Томаша, далеко ли идти. Тот ответил: далеко. Часа два предстояло топать.

Вдруг все встали, как вкопанные. Мы вышли в богатый квартал: впереди возвышались дома с пышной лепниной, скульптурами и колоннадой, а на горизонте виднелся дворец на горе. Он очень чётко прорисовывался на фоне серого неба и, казалось, что до него уже рукой подать. Вот только не смена архитектуры, и не замок заставили мужиков замереть в ужасе. Прямо перед нами следы резко оборвались. Дальше было нетронутое белое полотно.

Мы все стояли, как поражённые громом, и смотрели на обрывающийся след. Люди выглядели так, словно

им только что зачитали смертный приговор. А я даже не сразу понял, что всё это значит.

— Сдвиг, — наконец, проговорил старик Томаш. — Паршиво…

Глава 7

Я быстро осознал всю бедственность нашего положения. Перемещение в Явь возможно лишь в определённой точке, а из-за сдвигов, из-за которых, как я понял, кварталы города перемешивались случайным образом, а то и вовсе пропадали, в эту точку нам теперь не попасть.

Рухнула последняя надежда. Что делать дальше, никто не знал. А у меня ещё и вопросов — куча. За какие-то пару часов с момента моего знакомства с этой загадочной компанией, я увидел и услышал столько странных и непонятных для себя вещей, что голова шла кругом. Но все эти вопросы сейчас отодвинул один: «Что дальше?». Мои спутники были озадачены тем же самым.

— Кто-нибудь знает этот район? — первым нарушил молчание длиннобородый Савва, оглядываясь на своих приятелей. — Бывал тут кто?

Все отрицательно покачали головами.

— Я никогда не забредал в высокие районы, — ответил Томаш с тоской в голосе. — Никто туда не ходит, кроме светлейших.

— И что делать? — пробасил белобрысый.

— Думать надо, — буркнул Йозеф.

— А что думать-то? — возразил Савва. — Надо искать дорогу.

— Если сдвиги начались, — рассудительно проговорил Томаш, — хоть обыщись. Пустое это.

— А что тогда? Здесь что ли стоять и сопли жевать?

— Зря мы это затеяли, — хмуро проговорил Вторак. — Так и знал ведь, что ничего путного не выйдет. Боги прогневались на нас.

— Ладно, мужики, спокойно. Я думаю, надо просто поискать другую точку, — рассудительно произнёс Томаш. Казалось, старик меньше всех был обеспокоен случившимся. — Вон, Ванька Блоха, говорят, несколько раз такое проделывал. Выходил в поле и настраивал порт на нужный лад. Долго это, конечно, но что ещё остаётся?

— Только он пропал два года назад, — напомнил Йозеф.

— Ванька Блоха был путеводчиком умелым, — закивал Савва. — А ты что, Йозя, не умеешь, что ли, порт настроить?

— Всё я умею. Опасно это.

— А как иначе-то? — хмыкнул Томаш. — Есть другие мысли?

— Ладно, ладно, уболтали, — проворчал Йозеф. — Только надо открытое место найти. Ближайшее поле там, если ничего не изменилось, — он указал туда, откуда я пришёл. — Туды надо.

Йозеф свернул на узкую улочку, мы последовали за ним. А у меня из головы никак не выходил дворец на скале, до которого сейчас, казалось, рукой подать.

— Что в том дворце? — спросил я у идущего рядом Томаша. Старик был настроен ко мне благожелательнее остальных, и я решил воспользоваться этим и разузнать, что смогу.