Холодно
Шрифт:
– Сколько лет ее знаю - никогда ни про какого мужа не слышал.
– Здислав Сенчевский. Сочетались законным браком за три месяца до рождения дочери, и не прожили вместе ни дня. Сенчевский бросил институт, удрал за границу, поступил во Французский легион. Отслужил, еще пару лет пошатался по разным мелким войнушкам, и решил вернуться на Родину. В Москве отыскал Красовского - он живет все в той же, еще дедовой квартире. Правда, коммуналку скупил, расселил, отремонтировал - теперь это дорогая недвижимость. Но адрес все тот же. Что там у них были за отношения, не
Здислав преданностью не отличался - ни Родине, ни жене, ни другу. Он сделал свои выводы, о которых Красовскому докладывать не стал - подал запрос в Архив ЗАГС, и убедился, что по-прежнему является законным мужем Амалии Карловны Стемпень. Теперь следовало устранить любовника, стоявшего между ним и наследством - и поездка в Воскресенск кажется ему вполне подходящей возможностью. Надо только подстроить, чтобы поехал Рыжов, и добавить пару собственных штрихов. Все шишки свалятся на Дудникова и его неуклюжую шпану, возомнившую себя крутыми парнями. Но - не вышло, не получилось. А тут Красовский запаниковал - ему показалось, что Амалия что-то знает, что она разоблачит его аферу с водкой. Да и еще кое-что за ним водилось - он готовил, по заказам неких неустановленных граждан, взрывчатку в одной из лабораторий, куда имел свободный доступ по долгу службы, и где у него был свой человек. И он решает Амалию убить, вешает ей растяжку - но и тут случился облом, и притом по вине Рыжова.
Здислав в ярости - нельзя, чтобы Амалия погибла раньше Рыжова, и он вступил в права наследства! Он убеждает Красовского, что Рыжова нужно немедленно уничтожить. Красовский соглашается сразу - по своим собственным соображениям. Он поручает Риточке увести Рыжова из дому, а потом расстаться с ним к девяти часам вечера. Какая в том необходимость, ей не докладывали. Необходимость была, а времени на изучение рыжовских привычек уже не было - не лежать же снайперу с винтовкой на чердаке дни напролет, подстерегая жертву.
Риточка согласилась погулять с Рыжовым. Но, во-первых, она посвятила в свои планы Баранникова, а он решил по-своему воспользоваться отсутствием хозяина в квартире. А во-вторых - для Риточки приказ "гулять до девяти" - что-то из области неприятных воспоминаний прыщавой юности. И она задерживает Сергея почти до одиннадцати. Сенчевский убивает Баранникова, считает свое дело благополучно завершенным, а потом
– И что же - вы его поймали, или тебе все это птычка начирикала?
– Зачем птычка? Поймали! На тебя! Ты у нас был живцом!
– Это как?
– Мы тебя в обезьянничку немного подержали после вашей освободительной эпопеи, а тем временем в квартирке у тебя всячески обозначили хозяйское присутствие - включили свет, телевизор. Попался, как миленький, убивец-то наш! Так что теперь можешь ходить спокойно. Снайперка взяли, пульки сравнили - точно он стрелял и в Рыжова, и в Баранникова.
Чирей поежился:
– Говорят, бог троицу любит.
– Ну так будь спок - в этой троице еще был Генка Марчук....
– Можешь еще добавить сюда же Голубенко, Конькова и Дырина...
– Во, блин....
Все еще пару минут помолчали, удрученные чужой злобной дуростью, потом Димка заметил:
– Олька еще не говорила.
– А что я вам скажу? Я нигде не была, ничего не видела. Мирно пекла пироги. В этот четверг на меня никто не покушается!
– Я покушаюсь - вдруг заявил Рыжов - с этого четверга и на всю жизнь. Будешь мирно печь мне пироги.
– А жить будем в Черняках, а то тут тесно! Дом совсем немного достроить осталось!
– заорал Димка, и швырнул диванную подушку в потолок так, что посыпалась известка.
– Что-о???
– взвилась Оленка - А вы у меня спросили? Вы - оба!!!
– Ну...
– Рыжов поднялся, головой едва не задевая люстру - быстро все встали! Чирей, Димку ты сейчас отвези в Черняки, вы сегодня там ночевать будете. Дубинин идет домой, а я буду спрашивать Ольгу, желает ли она стать моей женой. Сейчас два часа ночи - до утра времени как раз хватит!