Холодные берега
Шрифт:
Как она видит, что я делаю? Я подозрительно глянул на летунью и вдруг заметил крошечное зеркальце на приборной доске. Интересно, все летуны такими пользуются, или только женщины?
– Ты уж извини, Марк, – попросил я. – Думал, ты в обмороке, щипал от души.
– Да ладно…
Не знаю уж, насколько лучше планёр летел с Марком в полу кабины. На мой взгляд он и сейчас шел ровно, даже ровнее чем «фалькон».
Шум толкачей стал стихать. Хелен вздохнула, и рванула рычаг. Выдохшиеся толкачи понеслись вниз – уже не так
– Дотянем? – спросил я.
– Надеюсь. Втроем бы точно дотянули.
Луиза промолчала, только побледнела слегка, будто ожидая, что ей предложат спрыгнуть. Я посмотрел вперед, на берег, и решил, что дотянем точно. Расстояние-то небольшое, не через полдержавы лететь…
– Задувает, – мрачно сказал Марк. Поводил ногой над дырой в полу, будто краткий полет вниз головой начисто лишил его страха высоты. Потом стал стягивать монашеское облачение. Глянул на Луизу, пояснил: – Это не мужской стриптиз, просто не могу больше в этом ходить…
Мужчина… Через минуту он уже забил дыру в полу скомканным платьем, зябко поежился, оставшись в одних панталонах и сорочке.
– Если сможешь, стащи с меня куртку, – предложила Хелен.
– Не надо, у меня старая одежда с собой.
– Ага. Поняла. Ты чувств не лишишься, снова в Холод лезть?
Марк на миг задумался, будто вслушиваясь в ощущения своего организма.
– Нет, вроде ничего. После этой стены… как на гору поднялся, теперь легче.
Он потянулся в ничто, вздрогнув, когда по кабине пронесся ледяной ветерок.
– Осторожнее, дубина! – ругнулась Хелен. – Простите, принц…
Планёр поплясал немного в воздухе и успокоился.
– Я больше не буду.
Марк оперся о мое плечо, принялся натягивать штаны. Я помог, в крошечном пространстве кабины любое действие превращалось в акробатический этюд.
– Маркус… – задумчиво сказала Хелен. – Ты овладевал Словом сам?
– Да.
– По Книге?
– Угу, – плюхнувшись мне на колени, мальчишка принялся надевать рубашку. Одежда, в которой он прошел весь этап и побег с Печальных Островов, была чистой и заштопанной, наверное, Луиза постаралась.
– Первый раз было трудно?
– Очень.
– Что ты смог взять на Слово? Вначале?
– Перстень. Это подарок, Владетель однажды…
Интересные отношения в Доме, если он родного отца зовет только Владетелем…
– Неважно. Потом тебе стало легче это делать?
– Ну да, я смог саму Книгу взять, и нож, и зажигалку…
– Все, что было лично твоим?
– Да. У меня не только это было…
– Понимаю, – Хелен замолчала.
– А к чему ты это говоришь, Ночная Ведьма?
– Маркус, для тебя я летунья Хелен. Или графиня Хелен. Или просто Хелен. Договорились?
– Хорошо, графиня, – с явной обидой ответил Марк. – А в чем дело все-таки?
– Твоя сила растет, – задумчиво
Марк задумался.
Я тоже. Кажется, до меня стало доходить, почему Хелен решила-таки спасти Марка и атаковала линкор.
– Сидеть тихо, поток! – произнесла Хелен. Планёр закружился по спирали, набирая высоту. Луиза начала молится. На мой взгляд, поздновато спохватилась, сейчас уже опасности почти не было, и планёр выдержал, и от линкора мы ушли…
– Хелен, где будет граница? – вдруг спросил Марк. – А?
– Какая граница? – занервничала Луиза. – Куда мы летим?
– Я не о том, – терпеливо объяснил Марк. – Я о силе своего Слова, о его пределах!
– А у Искупителя была граница? – вопросом ответила Хелен.
Планёр снова выравнялся, пошел к берегу. Теперь уже у меня не было никаких сомнений, что мы долетим.
– Хелен… – тихонько позвал Марк. Летунья молчала. Мальчик посмотрел на меня. – Ильмар, я боюсь.
– Ровно же идем, тебе ли полета боятся! – я похлопал его по плечу, обнял.
– Да нет, не полета! Что вы все такие… прямые…
– Себя? – сообразил я.
– Слова в себе. И себя в Слове.
– Теперь уже поздно боятся, Маркус. Ты уже перевернул мир с ног на голову, – Хелен вела планёр легко и бездумно, голова ее явно была забита другим. – Когда ты прочитал Истинное Слово, когда убежал, унося книгу – ты выбрал, кем станешь.
– Хелен! – Луиза возвысила голос. – Не богохульствуй!
– Это я богохульствую? – возмутилась летунья. – Полно, сестра Луиза. Я правду говорю. Хочешь – еще больше скажу. Когда я тебя увидела в гостинице, от ярости чуть… ладно, что уж. Сама знаешь, в мирской жизни мы подругами не были.
– А у тебя вообще подруги были? – взвилась Луиза. – Одни мужики без счета…
Она вдруг посмотрела на меня и осеклась.
С чего бы вдруг?
Разве я сам этого не понимаю? Странно, если бы Хелен, молодая и красивая женщина, с ее славой, титулом, чином, не имела десятков… ну да, десятков, любовников.
Я назад смотреть не люблю. В будущее – не умею. А вот настоящим жить – это всегда от тоски спасает.
– Луиза, выслушай меня, – очень спокойно и вежливо сказала Хелен. – У нас есть минут десять до берега, потом… не знаю, как сложится. Я вот что хочу сказать… видно не зря так получается, что вокруг Маркуса самые разные люди собираются. Вот Ильмар… ну, титул у него теперь есть, а в общем-то кто он? Вор. Тать нощной. Авантюрист безродный. Не обижайся, Иль, ведь так?
– Так, – признал я. Упоминание безродности меня слегка кольнуло, пусть я и не дворянин, но своих предков знаю. А в общем – все верно Хелен сказала.