Холодные берега
Шрифт:
Как ни удивительно, но прислуга пока сохраняла спокойствие. Мы сразу увидели портье, что-то втолковывающего двум монашкам, молодой и старой, и слугу, торопливо поднимающегося по лестнице.
– Луиза! – завопила Хелен. – Сюда!
Почему летунья передумала? Зачем решила их спасать? Не было времени спросить…
Под удивленным взглядом портье настоятельница и переодетый Марк побежали к нам. Хелен не стала тратить времени зря.
– На острове Серые Жилеты. «Сын Грома» расстрелял планёрную полосу.
Сестра-настоятельница
– Надо спасти Книгу, – прошептала Луиза. – Надо спасти Слово Истинное! Графиня, придумайте что-нибудь…
– Я уже придумала. Идем, быстро. Бросьте же свои тряпки!
Под ее разъяренным взглядом Луиза выпустила увесистый саквояж, тот глухо стукнул о пол.
– Все равно, на планёр лишний вес не взять! – пояснила Хелен. – За мной.
– Какой планёр? – оторопело сказал я. – Сожгли ведь все…
– Ильмар! Не учи меня, на чем летать!
…И только на улице, когда я понял, что мы бежим к Хрустальному Дворцу, до меня дошло.
– Да ты что, Хелен! – крикнул я. Она не слушала.
Ладно. Все равно разницы нет, где прятаться. Волна десанта уже шла по острову, и я примерно догадывался, как это происходит. Частая цепь, возле каждого строения оставляется пост – хватит и одного преторианца, чтобы удержать десяток штатских. Людей загоняют в здания, когда все на острове утихомиривается, то начинаются обыски. Если на линкоре весь легион, три тысячи душ, так они до темноты все тут перевернут. Еще и стражу местную к ногтю прижмут и помогать заставят… да и зачем заставлять, те сами рады будут прославленным героям услужить.
– Война! – стал кричать я на бегу. – Вторжение! Русские идут! Линкор руссийский у берега! К оружию, к оружию, братья!
Сообразив, что я задумал, Марк подхватил:
– Русские идут! Женщин насилуют, мужчин убивают!
Паника покатилась от нас волной. Это и впрямь была та версия, в которую все готовы поверить, и через четверть часа о ней будет знать весь Миракулюс. Быть может и повезет нам, задержит преторианцев случайная стрельба, не станут же они убивать налево-направо аристократов…
А у стен Хрустального Дворца царила тишина. Никто еще не пришел любоваться чудесами науки, да и служителей пока не было. Двери закрыты, только за стеклом, прижавшись лицами, стояла пара людей, судя по фигуре и одежде – охранники. Хелен немедленно принялась колотить кулачками в стекло, охранники переглянулись, заговорили между собой.
Пустят или нет?
Судя по всему, наша странная компания не вызвала у охраны ни подозрения, ни сочувствия. Они стали знаками показывать, что дверь закрыта, а открывать нам не собираются… уходите…
– Хелен, от стекла! – крикнул я. Летунья поняла, вмиг отступила, повернулась. Я выхватил пулевик и был вознагражден
Выстрел – оружие не подвело. В стекле образовалась аккуратная маленькая дырочка, от которой побежали во все стороны ниточки трещин. И все, вот ведь незадача! Я со злости пнул толстое стекло – и оно послушно развалилось, брызнули осколки. Это было глупо, но я зажмурился. По щеке чиркнул кусок стекла, потекла кровь. Но глаза не задело.
– Стоять! – крикнул я. Моя окровавленная физиономия сейчас была пострашнее, чем у краснокожего дикаря. – Руки поднять!
Охранники повиновались – у них, видно, не было пулевиков, а идти в бой с дубинками они не собирались.
– Службу не знаете? – рявкнул я. Нам сейчас ни к чему были проблемы с охраной, которой в Хрустальном Дворце должно быть немало. – Руссийский линкор на остров десант высаживает! Хотят наши чудеса украсть! Вольно!
Растерянные охранники опустили руки. И, словно в подтверждение моих слов, вдали грохнул взрыв, захлопали пулевики.
– Кто старший?
Среди них старших не оказалось, охранники переглянулись, будто надеясь, что товарищ возьмет ответственность на себя.
– Передайте старшему, пусть делает все по предписанию! – заявил я. – Самое ценное – уничтожить, занять оборону, врага не подпускать. Они, подлецы, в форму преторианской гвардии переодеты!
Видно охранникам было проще представить себе безумную агрессию со стороны Руссийского Ханства, чем вооруженную высадку на Капри преторианского десанта. Страх и растерянность на лицах сменились ужасом… и мрачной решимостью.
– Позволите выполнять? – спросил один из охранников, безоговорочно признавая меня главным.
– Живо! Мы посланы уничтожить планёры, залом воздухоплавания можете не заниматься!
Кто я такой, почему со столь важной миссией в Хрустальный Дворец прибыли в числе прочих две монашки – этими любопытными вопросами охранники задаваться не стали.
Зря, конечно…
Лифты еще не работали, и мы бежали вверх по лестницам. Пару раз попадались другие охранники, я повелительно махал пулевиком и кричал:
– Вниз! Вниз, занять оборону! Русские идут!
Действовало это великолепно.
– А у тебя неплохой командный голос… – бросил на бегу Марк. Я взглянул на него и скривился. Платок слетел, платье съехало набок, и выглядел он уже не малолетней монашкой, а именно тем, кем являлся – мальчишкой, пытающимся притворится девушкой.
– Не маячь впереди, твое высочество… тебя сейчас любой идиот узнает…
Марк приотстал, прячась за нашими спинами. Луиза пыхтела, видно настоятельнице не часто приходилось утруждать себя физическим трудом. Я прикинул, сколько она весит, и понял, что план Хелен безумен изначально.