Холст

Переводчик – Наталья Лобода

Редактура, вычитка – Анна Бродова

Оформление – Наталия Павлова

Обложка – Наталия Айс

Перевод

специально для группы –

Пять лет назад

Я иду по тротуару на проспекте Содружества, и на тихих улицах города поздний час. Неожиданно холодный воздух пробирается под мою легкую рубашку, и я дергаюсь. Такое ощущение, что на мне ничего нет.

Я начал учиться в Бостонском университете две недели назад, и сейчас, впервые в жизни страдаю от бессонницы, поэтому ночные прогулки стали частью моей рутины. Вдали от дома,я превратился в постоянно чем-то обеспокоенного человека, и ночи –самое худшее время. Мой мозг отказывается прекратить поток бесконечных мыслей: «А, что, если…», как бы я ни старался.

Я всего в часе езды от дома, в котором вырос, но за шестьдесят минут может случиться много плохого. Особенно, когда моя семидесятипятилетняя бабушка растит моего озорного четырнадцатилетнего брата. Мой разум терзают видения: объятый огнем дом, они оба внутри в ловушке, бабушка без сознания на полу. Как только меня посещают эти видения, их почти невозможно остановить. Поэтому я гуляю по улицам города, пока мои глаза жадно поглощают каждую деталь, которую ночь может предоставить моей душе художника.

Двигаясь в ускоренном темпе, руки в карманах, я иду обратно в общежитие первокурсников. Когда я сворачиваю за угол, находясь на окончательном этапе прогулки, до ушей доносится краткий пронзительный женский крик. Ноги останавливаются, а глаза осматривают всё вокруг, чтобы понять, откуда именно кричали. Сосредоточившись, я пытаюсь услышать звуки борьбы. Когда я почти убедился, что мне показалось, тишину пронзает еще один крик. На это раз громче и наполненный паникой.

Я бегу вперед, кроссовки стучат по тротуару. Адреналин бежит в крови. Я понятия не имею, во что именно ввязываюсь, но не могу проигнорировать крик о помощи.

Я почти добегаю до места, когда замечаю, что крупный мужчина ударяет молодую женщину лицом о стену здания.

– Я же сказал, мы не закончили, – кричит он, ударяя лицо девушки о кирпичную кладку.

Не знаю, почему он не расслышал моих шагов. Я быстро врезаю локтем ему по виску, и сила удара сметает его с ног. Он падает на спину с тошнотворным стуком, за которым следует треск его черепа, ударяющегося о тротуар. Он стонет и хватается руками за затылок, в то время как я осматриваюсь в поисках оружия, которое он, возможно, уронил. Ничего не обнаружив, я переключаюсь на его жертву.

– Ты в порядке? – спрашиваю я очень мягким тоном, и медленно приближаюсь. Выставив вперед открытые ладони, я приближаюсь, позволяя ей видеть, что я – не угроза, но её глаза закрыты. Её щека прижата к красному кирпичу, пока она всхлипывает снова и снова. Не думаю, что она понимает, что опасность устранена и я стою рядом.

– Всё в порядке. Он больше не причинит тебе боль, – успокаивающе говорю я. – Я не допущу, чтобы с тобой что-нибудь случилось, – мои глаза скользят по её

лицу, внимательно рассматривая её высокие скулы и полные губы.

Внезапно её глаза широко раскрываются, и она смотрит прямо на меня. Глаза блестят из-за перенесенного ужаса и слез, из-за чего мой живот пронзает страстное желание. В ней есть что-то хрупкое, и мне хочется её защитить и утешить.

Свет уличных фонарей и светящаяся вывеска на здании, освещают женственные черты лица мягким золотым свечением, позволяя мне увидеть, что она абсолютно ошеломительная.

– Ты в порядке? – спрашиваю я, подходя ближе, и замечаю кровь, текущую по правой стороне её лба и щеке.

Всхлипывая, она словно не видит меня,отстраняется, и осторожно осматривается. Я поворачиваюсь, чтобы проверить того, кто на нее напал, и понимаю, что его здесь больше нет. Блядь. Я должен был следить за ним и звонить в полицию, вместо того, что бы проверять насколько она пострадала. Я внимательно осматриваюсь вокруг, в поисках преступника, но не нахожу его. Если он не дурак, тодавно уже сбежал.

Я поворачиваюсь к испуганной девушке,готовясь предложить ей помощь, и обнаруживаю, что она бежит по тротуару в противоположном от меня направлении. Черт побери! Я планировал благополучно доставить её домой.

Качая головой, я направляюсь в общежитие. У меня было достаточно волнений этой ночью. Теперь мне требуется лишь мой блокнот и карандаш. Мои пальцы покалывает от желания её нарисовать.

Мои мысли остаются сосредоточенными на загадочной девушке. Откуда она? Она учится тут же?

Когда я добираюсь до своей комнаты, сон – последнее, о чем я думаю. Я представляю её изящный лоб с темными бровями, словно сделал мысленный снимок. То, что я – художник, позволяет мне видеть больше, чем видит обычный человек, и помнить мельчайшие детали, например: пару темных веснушек над её правой бровью.

Когда я поднимаюсь по ступенькам к главному входу в Норс-Холл, в здание, где находится моя комната, моё сердце учащенно бьется от волнения. Всего через несколько минут я перенесу её обворожительное лицо на бумагу.

Конец декабря, четыре месяца назад. Лас Вегас

«То, что происходит в Вегасе, остается в Вегасе» – эта фраза, возможно, самый узнаваемый в мире лозунг отдыха. Хотя я и приехал сюда на свадьбу Дерека и Кенны, но надеялся и лично поразвлечься. Скоро два моих лучших друга будут женаты, и это будут очень длинные выходные. Даже несмотря на то, что мы с парнями ходили на бурлеск-шоу. Ни одна из мало одетых женщин, выступавших на сцене, не привлекла моего внимания. В эти дни у меня в голове полная неразбериха, а мой член хочет только одну женщину. К сожалению, это влечение одностороннее. Я полностью зациклился на Эль Джонсон, а ей всё равно. Когда-то мы были близкими друзьями, и много времени проводили вместе. Теперь мы едва друг друга терпим, не обращаем внимания друг на друга. Прошли те времена, когда мы часами смотрели разнообразные шоу на канале «Netflix» и поедали всякую вредную пищу, которую только могли найти. Длинные, содержательные разговоры были нашей сильной стороной, но в последнее время слова, которыми мы обмениваемся, пропитаны сарказмом и оскорблениями. Теперь время, которое мы проводим вместе, обусловлено социальными обязательствами и наполнено неловкими моментами. То же было и в эти выходные.