Хозяин химер
Шрифт:
– Не кричи! – поморщился Терслей, резким ударом обрубая лобастую башку шишковатого чудища, незаметно подобравшегося со спины.
Лишенное головы туловище некоторое время недоуменно топталось на месте, качаясь на неуклюжих ногах, а потом тяжело свалилось набок. Из раны потекла широкая смолистая струя, на глазах густея и застывая черными потеками.
– Так я начинаю! – предупредил маг, выставляя локоть, чтобы защитить свое имущество от древесных посягательств.– Дуся, подсоби!
Геллан, уже усвоивший, что хищные деревья уступают человеку в скорости реакции и оттого являются не такими уж опасными
Маг не заставил ждать долго.
Шустро ощупав карманы, он торжествующе выудил пузатый каучуковый сосуд, закрытый пробкой, вытащил ее и быстро направил сосуд к потолку, проговаривая заклинание.
Уже после первых слов сосуд начал раздуваться, вспучиваясь по бокам высокими пузырями, и из него забил в потолок тонкий фонтан белесой водицы. Прицелившись, маг удовлетворенно хмыкнул и с резвостью циркового пони побежал по кругу, очерчивая шипящий контур.
Геллан едва успел отпрыгнуть, не то Жекон просто сбил бы его с ног: маг был настроен до того решительно, что ради гладкости траектории не пощадил даже любимого Шушула, и бедный уж с оттоптанным хвостом взвился и поспешил скрыться за пазухой у принца.
– Уф! – гордо подытожил Жекон, останавливаясь и внимательно изучая свод.– Вроде, замкнул…
Прямо по зарослям корней проходила светящаяся линия, представляющая собой практически идеальную окружность.
– И что теперь? – спросил Геллан, поглаживая через рубашку дрожащего ужа.– Ты подожжешь только этот круг, но ведь нам нужно идти дальше! Глупо надеяться, что остальные деревья не нападут!
– Ты что, дуся? – изумился маг, деловито щелкая зажигалом над кончиком длинной лучинки.– Они не только не нападут! Они сделают вид, что их вообще тут нет! Лесок-то не просто мертвый, он вроде вампира; хоть в щепки покроши, ему нипочем, зато огня пуще самого острого оружия боится! Вот мы сейчас тут нарубили приличную поленницу – ты думаешь, эти лысые пеньки над головой навечно останутся в таком виде? Завтра же отрастят новые руки-ноги-зубы-хвосты! Только еще злее станут! Лет пять назад Подземный лесок был обычной изнанкой жидкой рощицы – десять палок, два куста. А погляди сейчас! Разросся до ужаса! Лично у меня такое впечатление, что не сегодня-завтра этот мертвый лес начнет сам себя жрать. Нет, дуся, только огонь. И не уговаривай меня!
– Да я и не уговариваю, – согласился Геллан, невольно вздрагивая, когда горящая лучина протянулась над его головой.– Ох! Да они… Жекон, неужели они пытаются сбежать?
– А как же! – злорадно сказал маг, запуская импровизированное копье вверх.
Корневища, находящиеся вне запирающего контура, буквально отшатнулись от своих менее удачливых соседей. Те же, кто оказался внутри, зашевелились в тщетных попытках поджать под себя свисающие «ноги», отчаянно зашуршали дымящейся корой, тревожно замахали отростками, стараясь прикрыться от пламени и тем самым еще сильнее раздувая его.
Под сводом пронесся длинный тяжелый звук, до жути похожий на человеческий стон.
– Пошли! – крикнул Терслей, хватая застывшего мага
Геллан поспешил отпрыгнуть от метящей ему прямиком в макушку раскаленной капли. Неподвижно лежащий под кустом труп вдруг покатился в сторону, словно испугался огня, и тяжело, с шумом рухнул в овражек, подняв тучу трухи. Шелестящим дождем сверху посыпались горячие древесные грибы, оставляя за собой в воздухе дымящиеся хвосты.
Жекон демонстративно не торопился. Поймал гриб и со смаком откусил, предварительно подув на него и пробормотав: «Эх, люблю жареные грибочки! С пылу, с жару!»
– Ядрена вошь! Жекон! – заорал Терслей, пиная его в бок.
– Секунду! – рявкнул заартачившийся маг, нарочито медленно отряхивая одежду. Полюбовавшись уже догорающим огненным кругом, он буркнул что-то неразборчивое в потолок и, кашляя от едкой гари, наконец дал себя увести, но при этом через каждый шаг оглядывался и довольно крякал как профессиональный поджигатель.
– Хорошо горит!
К удивлению принца, маг оказался на сто процентов прав – после карательного поджога их больше не тревожили.
Переродившиеся в вампиров мертвые деревья Подземного леса свисали с потолка бездушными неподвижными корнями. В их изгибах больше не читались оскаленные пасти и мускулистые конечности неведомых существ. Маскировка была до того виртуозной, что, если бы руки и шея Геллана не саднили от множества полученных в драке мелких порезов и укусов, он бы сам не поверил в случившееся.
Одно хорошо – во время потасовки растения-упыри сумели каким-то образом выпить из мокрой одежды и поклажи всю влагу до последней капли, избавив от необходимости ее сушить.
Спустя какой-нибудь час мертвые корни, торчащие с потолка, стали встречаться все реже, а потом и вовсе кончились. Путники вышли на открытую площадку с непривычно гладким полом. Мягкие настенные светильники обрисовывали на потолке контуры двух люков – побольше и поменьше, шестигранные колонны подпирали свод. Под одной из колонн сладко спал, прижав к груди банку с потухшими светляками, немолодой гном в рабочем комбинезоне.
– Эй, милейший! – крикнул Терслей.
– Кто тут? А? – испуганно подпрыгнул гном, пуча не видящие спросонья карие глаза.
– Мы, – коротко отрубил маг, неодобрительно оглядываясь.– Хватит мять щеки, отпирай Верлютский выход!
– Так ведь заказчиков больше нет! – изумился гном, лихорадочно тряся банку со светляками.– Померли, болезные. Утопли, вернейшая информация.
– А что, если утопли, то и пропускать не надо? Утопли – это не причина! – разозлился маг, наступая.– Тебе Гильдией плачено? Вот и отпирай!
Как раз в этот момент спящие светляки соизволили пробудиться и раздраженно засияли, осветив чумазое лицо Жекона, покрытое копотью.
Едва взглянув ему в глаза, дежурный поспешил дернуть рычаг, и с потолка рывками спустилась веревочная лестница.
– Узковат люк, – констатировал Терслей, оборачиваясь к гному, сжавшемуся в комок.– Почему не тот, другой?
– Широкий – для техники, – извиняющимся тоном сказал дежурный.– Его голыми руками не открыть, уж очень тяжел. А для людей этот. Извините, панове…