Хозяин Острова
Шрифт:
"Характер нордический", – сделал для себя вывод по внешности собеседника парень в стиле любимого фильма.
– А кто вы?
– Для кого-то и я бог, – усмехнулся мужчина, обнажая зубы, кажущиеся белоснежными из-за его смугловатой кожи. – Имя-то своё помнишь?
– Конечно! Я Александр. Александр Мирный.
– Уже неплохо. Пожалуй, сумеешь вернуться.
–
– Можешь называть так, как тебе удобно. У меня нет имени и при этом много разных имён, – черноволосый незнакомец заинтересованно и выжидательно уставился на собеседника. Ему явно было любопытно, что Сашка ответит.
– Тогда ты – Художник, – сказал он чисто назло, когда выразительно посмотрел на пятна краски. Они были не только на манжетах, но и возле пряжки, которой крепился плащ. Было похоже, что мужчина накидывал тот в спешке.
– Устроит… Это ж как тебя угораздило не только оказаться на месте разрыва, но и проскользнуть в щель?
– О чём ты?
Он нисколько не понял смысла вопроса. Но так как мысли больше занимало, отчего ему столь холодно во сне, постарался прокрутить вопрос в голове ещё раз. Суть не стала явственнее. А продрогшие ступни по-прежнему требовали тепла. Они были босыми. Вокруг стояла то ли ранняя весна, то ли начало осени. Да и его одежда почему-то оказалась мокрой насквозь. Так что Сашка невольно переминулся с ноги на ногу и обнял себя руками, стараясь согреться.
– Ты сейчас на Грани.
– Жизни и смерти? – шутливо уточнил он и уже совсем серьёзно добавил. – Согреться бы не помешало!
– Для тебя да, – ответил Художник то ли на первую, то ли на вторую часть фразы. – Но это место иное. Есть Фантазия, есть Реальность. А между ними – Грань. Это только первый её слой, но сюда для таких, как ты, принято попадать исключительно по распоряжению Хозяина. На корабле, а не вплавь. Ты здесь явно случайно.
– То есть мне без приглашения тут не радоваться?
– Тем, кто приглашён в замок мессира, тоже мало счастья! – звонко рассмеялся черноволосый. – Так как ты здесь очутился?
– Наверное, просто заснул. На небесных островах какая-то чертовщина началась. Я вымотался и отрубился. Наверное.
– Раз ты помнишь не только имя, но и себя полностью, то вернёшься назад.
Художник резко утратил интерес к происходящему. Он омыл руки от краски в воде. Разноцветные разводы разошлись по глади. Они не растворялись. А когда таинственный мужчина поднялся, то те и вовсе, отсоединяясь от его ладоней, утонули и шустро ускользнули рыбками в глубину.
– Это было красиво, – заметил Сашка. Во сне его психика проявляла редкостную устойчивость и флегматичность к чудесам. Или же после зомби
– Она в сердцевине Грани. Там ты можешь забыть о себе.
– Что-то я тебя почти не понимаю, – начал он злиться. – Расскажи подробнее!
– Задаром учительством не занимаюсь, – хмыкнул тот и задумался. – Хотя… Новый опыт.
Незнакомец мягко взял его за руку. Местность тут же изменилась, и на миг Сашка словно вновь впал в некое небытие. Застыл в полной растерянности и не понимании.
Кто он? Откуда?
Но это был только миг. Он моргнул. Немного потёр глаза и даже с удивлением осмотрелся вокруг. Никакого пляжа и в помине не было. Его окружал редкий молодой лесок, плавно переходящий в поляну возле небольшого озера. За озером высилась гора, но она пока не отбрасывала тень на стоящий у её подножия небольшой бревенчатый дом. Очень простой, но аккуратный и ухоженный. Вход в него украшала уютная терраса с грубо сколоченной балюстрадой.
– Здесь тепло! – довольно сказал Сашка, подставляя лицо лучам жаркого летнего солнца. Они приятно щипали кожу. – Наконец-то согреюсь после этого пляжа.
– Не так уж там холодно было, – равнодушно пожал плечами Художник, а затем хитро улыбнулся. – А ты молодец! Я думал, что начнёшь рассеиваться.
– Рассеиваться?
– Мы на Грани. Она тонка, но эта стенка мыльного пузыря единственная преграда. Вымысел не может существовать в Реальности. Настоящее не должно погружаться в Фантазию.
– По-моему, люди часто витают в мечтах, – рассмеялся Сашка. У него отчего-то снова было радужное настроение.
– Я часто ухожу с Фантазии на Грань, чтобы не забывать про своё настоящее тело. Оно сейчас лежит в полной неподвижности. И как только его состояние станет опасно для моей истинной жизни, я покину эти места, – сухо и серьёзно сказал Художник. – Но не все способны на это. Как и жить в мире чужой Фантазии.
– Что за?! – возмутился Сашка, ибо решил дотронуться до дерева. И дело было не только в том, что стоило ему его коснуться, как голова отчего-то закружилась.
Кора выглядела необычно, очень схоже с растительностью небесных островов. Поэтому парень был уверен, что та оказалась бы такой же липковатой. Но он не был готов к тому, чтобы на пальцах остались грязноватые разводы.
– Ты хотел посмотреть на мою картину, но она ещё не готова, – мягко улыбнулся Художник. – Краска сырая.
– И тут всё так пачкается?
– Да. Чтобы высохнуть ей нужно многое. Так что к дому мы не пойдём.