Хозяин тишины
Шрифт:
Когда мы выехали за город, стало намного спокойней. В распоряжение Никиты отдали прекрасную трассу с ровным асфальтом, и хотя мы неизбежно приближались к горному серпантину, где мои нервы снова получили бы суровое испытание, пока что я могла передохнуть.
– Долго нам ехать? – поинтересовалась я.
– Со мной – часа три-четыре, – гордо ответил Никита. – А на какой-нибудь бабковозке можно и весь день протрюхать.
– Ого, далеко же он забрался!
– Ага, хозяин в этом плане со своими тараканами… Да и во многих других –
Это «хозяин» резануло мне слух, я не привыкла, чтобы работодателя так называли. Впрочем, Никита произносил это без священного трепета, для него одно короткое слово просто было привычкой, так ведь гораздо удобнее, чем, как Мартынов, каждый раз лепетать «Владимир Викторович».
– Ты давно здесь работаешь?
Может, мне и полагалось расспрашивать о Гедеонове и его поместье, но мужчина, сидящий рядом со мной, интересовал меня куда больше. Что же до Гедеонова, то мне почему-то казалось, что я о нем все знаю, настолько ярким был образ, любезно предоставленный моим воображением.
– На хозяина? Лет десять уже… Нет, чуть меньше десяти, но близко, – отозвался Никита. Он тоже поглядывал на меня с интересом, и это льстило бы мне, если бы мы не неслись на скорости под двести. Сейчас мне гораздо больше хотелось, чтобы он следил за дорогой. – Он мне когда-то здорово помог, а потом дорастил до этой должности. Но тебе повезло, у тебя сразу работа не пыльная!
– Да уж, повезло… Значит, тебе нравится здесь работать?
– Еще бы! И тебе понравится.
– Откуда такая уверенность? – поразилась я. – Ты ведь меня совсем не знаешь!
– А дело не в тебе, без обид. Просто поместье – это такое место, где всем нравится. Я не мастак описывать словами, но когда увидишь, сама все поймешь.
– Может, там и красиво, только вот это все равно чужой дом…
– Какая разница? – удивился Никита. – Я, например, живу там почти треть жизни, другого дома у меня нет, и меня все устраивает.
Я не стала ему говорить, что не всем нравится занимать чужой угол. Гораздо больше меня заинтересовало то, что у Никиты тоже не было своего дома. Мне почему-то нравилось думать, что он очень похож на меня, а двум одиноким людям уже не обязательно быть одинокими.
Да, Никита ничего не сделал для меня и ничего не обещал. Но я оказалась одна, вдали от родного города, непонятно где. Мне необходимо было найти хоть какую-то поддержку, доказательство того, что я не вляпалась в большую беду. Мартынов для этого точно не подходил, он как раз был лучшим доказательством неприятностей, зависших над моей головой.
А вот Никита – другая история, в нем чувствовалась правильная беззаботность, и я тянулась к нему.
Мы добрались до горной дороги, и я чувствовала себя так, будто застряла на огромных американских горках. Чтобы отвлечься от перспективы закончить свою жизнь в каком-нибудь ущелье, я решила сравнить образ Гедеонова, который я нарисовала, с настоящим Гедеоновым.
– Слушай,
– Хозяин, что ли?
Дался ему этот «хозяин»!
– Ну да.
– Да нормальный. Когда привыкнешь к нему, вообще все круто.
– А с непривычки?
– Может нервировать сначала, – признал Никита. – Да и просто смотреть на него… Он… Короче, увидишь, говорю же, слова – не моя фишка!
Это я уже поняла, но осуждения не чувствовала. Похоже, Никита был из тех, кто привык делать, а не трындеть, и это меня вполне устраивало.
– Я, если честно, его побаиваюсь немного, – вздохнула я.
– Чего это? Придумала тоже! Хозяин – мировой мужик, нечего его бояться!
– Дело не в нем. Просто я получила эту работу почти случайно, и Мартынов сказал, что зря я согласилась…
– Этого хлыща даже не слушай, – прервал меня Никита. – Да, он любит на всех посмотреть так, будто он – английская королева, а мы тут все – овцы, которые нагадили ей на подол. Плевать! Он в поместье редко бывает, его несложно перетерпеть. У хозяина так: если ты хорошо выполняешь свою работу, у тебя все будет. Если не выполняешь, ты просто уйдешь, что тоже не страшно, лучше, чем торчать не на своем месте. Но у меня насчет тебя хорошее предчувствие, уверен, ты справишься!
– Спасибо, – смущенно улыбнулась я.
– Не-не, это не комплимент, говорю, как есть.
– Хотелось бы оправдать твое доверие, но я никогда не была руководителем…
– А я раньше не думал, что стану главным охранником! В жизни всякое бывает. Сначала тебе помогут – вот ко мне можешь обращаться с вопросами, к парням моим, они всегда ответят, это я тебе обещаю. Другие тоже будут тебя поддерживать. Хозяин – он не будет, этого не жди, он хочет, чтобы ты научилась. Ты научишься, и я буду рад, когда ты пройдешь испытательный срок и останешься.
Я почувствовала, что краснею – а моя светлая кожа легко это выдавала. Оставалось лишь надеяться, что сейчас Никита достаточно отвлечен дорогой, чтобы ничего не заметить.
– Там, в поместье, весело, – продолжил он. – Иногда – спокойно, иногда – такие вечеринки, что бразильский карнавал от зависти помрет, если узнает!
– Вечеринки? – удивленно переспросила я.
– Ага, а что такого? Хозяин там постоянно живет, что ж ему, без праздников обходиться?
– Это понятно, но не слишком ли он стар для вечеринок?
В моем сознании прообразом для Гедеонова стал Полковник. Если эти двое были друзьями, то логично предположить, что они ровесники, правильно? Так что в моем воображении Гедеонов был седым стариком, но не болезненным, как Полковник, а крепким и хитрым. Теперь же он трансформировался в пошловатого старичка-тусовщика в бархатном халате, со всех сторон окруженного полуголыми молодыми девицами.
Никита был знаком с настоящим Гедеоновым и не знаком с дедком из моего воображения, поэтому он изумился.