Храброе сердце
Шрифт:
Я сажусь на место.
— Они нас догоняют, — говорю я. — Што будем делать?
— Ты должна убить их, — говорит Слим. — Если ты этого не сделаешь, они доложат, што я нарушил комендантский час, што я не остановился. Все знают Космик. Тонтоны будут искать нас. — Его голос звучал обыденно. Как-будто он говорил о погоде.
Я резко выдыхаю.
— Держи повозку устойчивой, — говорю я.
Я снова встаю на сиденье. Я засовываю свой огнестрел за ремень, на спине. Залажу на крышу Космика. Я распластываюсь на животе. Телегу трясет. Мы попадаем в яму. Меня подбрасывает вверх. Тяжело приземляюсь. Это будет чудо, если я не сломаю ребра
Поселенец набирает скорость позади нас. Девушка тоже. Она ровняетца с ним. Теперь она вырываетца вперед. Мне приходитца ждать пока они не окажутца поближе.
Неро летает над головой, крича.
— Убирайся, — кричу я.
Они приближаютца. Еще ближе. Теперь я могу разглядеть их лица.
Ее гладкие щеки. Ее круглый подбородок. Ее волосы развиваютца у нее за спиной, длинные и белокурые. Она, должно быть, не видела больше четырнадцати лет. И он. Несмотря на его мужественное тело, он должно быть не старше Томмо. Парочка юнцов.
Сначала я разберусь с ней. Я целюсь в ее метку в виде расчерченного круга прямо посередине ее лба. Холодный пот выступает у меня на лбу. Над моей верхней губой. Мои ладони вспотели.
Она сильнее вцепляетца коленями в бока лошади. Она подымает свой огнеметатель.
Сейчас. Сейчас! Стреляй в нее сейчас!
Эпона. На крыше. Она улыбаетца мне. Она кивает.
Она начинает бежать ко мне.
Я не могу. Я не могу выстрелить в неё.
Вдруг девушка отлетает назад. Стрела торчит из ее груди. Она падает на дорогу. Мальчик открывает рот. У него нет возможности закричать. Стрела летит, рассекая воздух, прямо ему в горло. Он падает с коня. Они лежат в грязи. Никто из них не двигаетца. Их лошади разварачиваютца и убегают прочь.
Я слезаю с края Космика. И краем глаза замечаю Маив. Она висит зацепившись одной рукой за дверцу, а в другой держит лук. Она смотрит на меня: типа-что-с-тобой? Она слегка качает головой и исчезает с глаз долой. Нет, Маив, определенно, не дошла до ручки.
Я освобождаю себя от веревок. Я соскальзываю с крыши и сажусь обратно на свое место.
— Ты сделала это? — спрашивает он.
— Да, — отвечаю я.
— Мы не можем оставить здесь тела, — говорит он. — Нам нужно вернутца.
Я качаю головой.
— Поехали, — говорю я.
— Но ты не...
— Я сказала, поехали! — кричу я.
Траккер кладет голову мне на колени, скуля. Я глажу его по ушам.
— Парочка детей, — говорю я. — Мне кажетца пацаненок даже бритца не начал.
Я смотрю на Слима, но он не смотрит на меня. Он держит голову прямо. Я не могу сказать, о чем он думает.
Я не могла выстрелить в девушку. Мои руки не дрожали, но все же... я не могла убить ее. Я утратила свое хладнокровие. Если бы не Маив я бы, наверное, была уже мертва. Она в очередной раз спасла мою шкуру.
Мы находим Лью с Эмми возле длинной каменной стены. Они не задают вопросов. Им и не нужно. По нашим лицам и так видно, как все прошло.
Объездная дорога Слима оказалась чертовски
Толкая и заманивая, таща и уговаривая, мы заставляем Моисея тянуть Космик. По холмистой прерии. вверх и вниз, огибая холмы, густо поросшие иргой и жимолостью. Внезапно мы увязаем вы луже зыбучей грязи. Каким-то образом Слим удаетца заставить Моисея идти, но Космик - это другое дело. Телега погружаетца на добрый фут и нам приходитца, наверное, целую вечность высвобождать её. Мы все беремся за дело, и Эмми впрягаетца помогать.
— Где эта чертова дорога? — спрашиваю я.
— Уже недалеко, — уверяет нас Слим. — Уверяю вас, это привычный мне объездной путь. Наверное, вы подумаете, што это объездная дорога, обездной дороги. Но, если я правильно прочел руны, то мы уже вот-вот окажемся на другой тропке, которая выведет нас прямо к мощенной дороге, а там уж до пояса бурь рукой подать и значить, вуаля, вот, она Безнадега.
— Меньше разговоров, больше дела, — говорю я. — Поживее! Давай двигайся!
Я призываю нас поторопитца. Солнце печет нам в головы. Я постоянно смотрю наверх, проверяя его путь. К середине дня, я чувствовала себя, как заведенный волчок. Я поворачиваюсь к Слиму. Он весь мокрый от пота. Его лицо раскраснелось. Я хватаюсь за его розовое платье и дергаю его на себя.
— Какой это, черт возьми, объезд? — спрашиваю я. — Где эта чертова дорога? Если к вечеру мы не будем в Безнадеге, я клянусь, што ты превратишься в мертвого мужика в платье.
Он смотрит на меня своим здоровым глазом.
— Никогда не видел, штобы кто-то, так сильно хотел добратца к самогонному аппарату, - говорит он. — Должно быть, будет какое-то празднование, о котором я не знаю.
Я поднимаю свой огнестрел. Прижимаю к его лбу.
— Не шути со мной, — говорю я.
— Это никакое не празднование, — говорит Эмм. — Мы собираемся встретитца...
— Ни с кем, — перебиваю я.
— Нам нужно поторопитца, — говорит Маив, — вот и все. После того, как мы доберемся туда нам еще предстоит долгий путь.
— Отпусти мужика, — говорит мне Лью. — Мы все и так стараемся.
Я отпускаю Слима.
— Тебе лучше везти нас правильным путем, — говорю я.
Слим подымает свое платье, штобы немного охладитца.
— Сестренка, я за базар отвечаю, — говорит он. — Мы будем в Безнадеге до темноты.
— Тогда двинули, — говорю я.
И вот мы все продолжаем и продолжаем тянуть фургон. А Лью, продолжает поглядывать на Маив. Он оказываетца рядом с ней, покуда мы тянем Космик. Она теряет равновесие и два ли не падает, а он подхватывает её. Но в следующую секунду, когда она хочет его поблагодарить, он отбрасывает её руку, будто ошпаренный и делает вид, словно не замечает её. Я вижу, как она хмурит брови. Озадаченно смотрит на него. Ничего не понимая.
Космик движетца толчками, будто под натиском ударов. Фонари вагончика ужасно мотает из стороны в сторону. Слим вздрагивает от звона стекла внутри.
— Если Космик не развалитца по дороге, то я уверую в чудеса, — говорит он.
— Эй, Слим, — говорит Эмми, — а Безнадега, какая она?
— Вы бы назвали его оживленным заведением, — говорит он. — Крепкий самогон, галимые харчи и нечестивые женщины.
— Ты говоришь про шлюх? — спрашивает Эмми.
— Нет, не про них, — отвечает Томмо.