Храм Саламандры
Шрифт:
– Как хочешь, Ромбар, – согласился правитель. – Но как долго ты сможешь это скрывать? Не я один знаю тебя в лицо. И не торопись осуждать своего отца – его попросту обманули.
Ромбар насторожился.
– Что ты об этом слышал, Норрен?
– Во всем была виновата жена Берсерена, Варда. Ты теперь маг и, конечно, знаешь, что нужно сделать, чтобы стрела не попала в цель.
– Ты в этом уверен?
– Мне это рассказывал человек, хорошо знавший придворную жизнь Келанги.
Ромбар какое-то время молчал, вникая
– С этим я еще разберусь, – сказал он наконец. – После войны.
Сейчас положение трудное, нужно радоваться и такому союзнику, как Берсерен. А теперь выслушай, почему я пришел. – Он коротко пересказал Норрену тирские события и разговор с Равенором.
– Равенор – своеобразная личность, – хмыкнул Норрен. – Месяц назад я собирал деньги на армию и послал к нему гонца. Можешь себе представить, он согласился принять моего гонца только на следующий день! Каков наглец – подумал я, но на следующий день он сразу вручил гонцу ларец с драгоценностями и их описью, чтобы можно было проверить, все ли на месте. Я закупил все, что хотел, и еще осталось.
– Он посоветовал нам поискать сведения о камнях в дворцовой библиотеке Цитиона. Я здесь не один, со мной приятель, маг, каких мало. Могли бы мы с ним несколько дней попользоваться библиотекой?
– Конечно. Но я предпочел бы, чтобы ты помог мне в другом деле.
Нужно посмотреть армию, вооружение, постройку новой стены, подумать о плане обороны. Мне нужны твои советы, Ромбар. Ты не забыл свои навыки военачальника?
– Не забыл. Но у тебя же есть подданные. Норрен поморщился, будто понюхал дрянь.
– Каждый, от гонца до военачальника, знает только свое дело, а до города в целом нет дела никому, кроме меня. Каждый считает, что его дело самое важное, и тянет одеяло на себя, а мне нужны советы человека, который мог бы посмотреть на все сверху, как и я. – Он шагнул к Ромбару и положил руку ему на плечо. – Нет, брат, как ни крутись, а мое предложение ты примешь. Война – это не только магия. Твои приятель – талантливый маг, это хорошо. Пусть он и занимается в библиотеке. А ты – талантливый военачальник. Подумай, где ты нужнее.
Ромбар в задумчивости потер ладонью лоб.
– Да, брат, умеешь ты убеждать, – сказал он после некоторого размышления.
– Приходится. Положение такое. Когда я был помоложе, я своим приказывал – повинуются, но результат ужасен. Оставайся обедать, а за твоим приятелем мы пошлем. Кто он такой?
– Альмарен, сын Тифена.
– Наверное, хороший парень, если пошел в отца.
– У них вся семья прекрасная. Я сейчас живу у Тифена.
– Переселяйся сюда, во дворец. Тебя устроят здесь наилучшим образом.
– Незачем. Через несколько дней мы с Альмареном выедем в Келангу.
Ты не маг, Норрен, поэтому ты недооцениваешь связанную с камнями опасность, Я не могу бросить их поиски.
– Жаль. Но пока
– Да, – согласился тот. – Пусть Альмарен покопается в книгах без меня. Но мне все-таки хотелось бы взглянуть на твою библиотеку.
– До обеда еще есть время. Слуга проводит тебя. – Норрен позвонил в колокольчик. – Но сначала я тебя кое-кому представлю. Ринч! Вайк!
Два огромных темно-серых пса бесшумно выросли рядом с Норреном.
Они до сих пор лежали так тихо и неподвижно, что Ромбар не заметил их. Шерсть псов была короткой и гладкой, мощные ноги и грудь выдавали сильных бегунов и бойцов, мягкая верхняя губа не прикрывала клыков, длинных и белых, как молнии.
Это были отборные псы из породы клыканов – древних боевых собак, привезенных на остров на кораблях Первого Правителя.
– Это свой. – Норрен указал псам на Ромбара. – До чего же умны!
Все понимают. Они не менее знатны, чем мы с тобой, можешь себе представить! Вот этот – Даринча Пятнадцатый – потомок любимого пса Эмбара. Я зову его Ринчем – так короче. А этот – Вайкаран Тридцать Девятый, или Вайк, – ведет род от Вайкарана, сопровождавшего Кельварна в походах. Он у меня недавно – их меняют раз в полгода, чтобы не зажирели от дворцовой службы.
– Хороши! – с искренним восхищением сказал Ромбар. – В Келанге я не видел таких клыканов. Там порода мельче.
– У нас старинные традиции. – Норрен опустил руку на тяжелую голову пса. – Два таких песика без труда загрызут грифона. Теперь они тебя знают, и я за тебя спокоен.
Слуга повел Ромбара в правое крыло дворца, где располагалась библиотека. Проходя по залам, Ромбар невольно сравнивал их с залами дворца Равенора, в которых побывал позавчера. Дворец Норрена был построен раньше, когда в Цитионе совершенству линий и пропорций еще предпочитали мощь и величие.
Гранитные витые колонны, портреты предков, висящие на стенах, тяжелые пестрые шторы создавали ощущение давящей пышности, белые мраморные скульптуры в нишах казались неуместными и терялись на фоне буро-красной старинной мебели. Ромбар представил себе клыканов, бродящих вечерами по сумрачным залам, и с приязнью вспомнил легкий и светлый дворец Равенора.
Подойдя к высокой двустворчатой двери, слуга распахнул ее перед Ромбаром. Тот вошел и оказался в длинной узкой комнате. Одна из ее стен, казалось, состояла из ряда высоких, закругленных сверху окон. Вся противоположная стена была занята полками, где стояли ряды толстых старинных книг в кожаных и серебряных переплетах, с застежками и без застежек, украшенных золотом и чеканкой. Ромбар, думавший, что в библиотеке никого нет, был несколько удивлен, увидев в дальнем конце комнаты большой, заваленный бумагами стол и склонившегося над ним человека, аккуратно что-то чертившего на широком желтоватом листе.