Хранитель истории
Шрифт:
— Что случилось?! — воскликнула Жаклин.
— Мы все ещё живы, и это главное. Значит, можем еще все исправить.
— Мы все ещё в отделении, но мне кажется, это обычное полицейское отделение. Посмотри на тех, они вылитые копы. — Она показала на стоящих около кулера двух мужчин, которые были экипированы как обыкновенные полицейские, а потом глянула на Эдварда и добавила: — Ты, кстати, тоже. О, черт… — Жаклин вдруг схватилась за голову.
— Дар тормозит? — понял Эдвард. — Жаклин, я настоятельно рекомендую обратиться за помощью. А то ведь может случиться, что все исправлять потом будет некому.
— Эль, — сказала она, пропустив рекомендацию Эдварда мимо ушей. —
— Что?! И как это связано?
— Отправляйся в 2015 год. Она убила Жана, и вневременное полицейское отделение перестало существовать, потому что оно было создано для поимки Жана. А раз нас не стало существовать, то Невё спас «Титаник» и обработал какого-то человека, который помог Гитлеру выиграть в войне. Теперь у них почти вся Европа. А ещё Камиль заменил Вашингтона, и Америка тоже у них. Все, что мы делали, обнулилось! Они захватили мир!
— Все твой тормознутый дар, — с обвинением бросил Эдвард, как будто Жаклин собственноручно помогла Гитлеру победить.
— Я же не виновата.
— Куда отправляться?
— В библиотеку нашего дома в 2015 году.
ПАРИЖ, 2015 ГОД
Эль де Ла Фере была девушкой, в которую Эдвард влюбился, будучи студентом. Они встретились в средневековой Испании во время суда над еретиком — именно тогда Эдвард писал доклад об инквизиторе Томасе де Торквемаде. Эль слонялась по улицам Толедо и не знала, куда себя пристроить, поэтому Эдвард решил составить ей компанию. Ей было пятнадцать лет, но она казалась гораздо старше, что было немудрено — ей пришлось рано повзрослеть, потому что в её жизни произошло немало трагедий. Она потеряла всех своих родственников, а старший брат вовсе оказался одной из жертв Жана Лобера и погиб прямо на ее руках. Эль ненавидела Жана так сильно, что стала готовить настоящий план его убийства. Кто бы мог подумать, что она действительно воплотит его в жизнь.
Перед тем как отправиться в 2015 год, Эдвард изучил то, что стало с Эль после убийства Жана, и скачал эту информацию себе на часы. Ее новая судьба нисколько его не устроила, поэтому он был очень зол, когда появился в библиотеке своего дома.
Жан стоял рядом со столом, подняв руки вверх. Эль целилась в него из пистолета времен Первой мировой, из кольта M1911, который был при ней ещё в катакомбах Парижа в 1927-ом году. Когда они там пересеклись, Эд удивился, увидев у нее оружие, но решил, что она носит его для защиты, ведь в прошлом бывает очень опасно. Особенно если туда отправляются типы, пытающиеся перекроить историю. В катакомбах она была не одна, а вместе со своим другом Александром, которому показалось, что там происходит нечто противозаконное. Это и вправду таковым могло показаться (а может, таковым и было), ведь Эд и его команда — Гюстав, Камиль и Пьер — поймали первого приспешника Жана в закоулке бара «Динго», притащили его в катакомбы и привязали к стулу. Не удивительно, что Александр подумал, что они похитили человека, и поспешил остановить этот беспредел. Возможно, у них бы ещё тогда получилось узнать о том, что происходит, если бы Александр не начал стрелять в ребят, заставив их отвлечься от охраны приспешника. В результате приспешник сбежал, убив при этом Пьера, и больше они ничего о нем не слышали. По крайней мере, до того момента, пока он не попытался спасти «Титаник». Был ли Уильямс когда-либо приспешником Жана, Эдварду выяснить ещё предстояло. Он как раз собирался отправиться сегодня к Жану в тюрьму и обо всем потолковать, но вряд ли это получится, если Жан будет мертв.
Жан стоял бледный и растерянный. Эль хотела его убить
— Опусти пистолет! — воскликнул Эдвард, нацелившись на нее.
Эль повернулась в его сторону и растерялась.
— Опусти оружие, — повторил Эд. — Сейчас же!
Секунду она думала, а потом собралась с мыслями и резко ответила:
— Нет! Я не отступлю!
— Не думай, что я не выстрелю.
— Я не отступлю, — сказала она, вероятно, решив, что Эдвард не способен в неё выстрелить.
А потом Эд выстрелил.
Его пистолет был с глушителем, поэтому звук выстрела не раздался. Пуля вошла в стену в нескольких сантиметрах от головы Эль. Эдвард стрелял, конечно, не в нее. Он нарочно выстрелил рядом, чтобы ее напугать. Это сработало — она испугалась и шарахнулась назад. Эдвард тут же подлетел к ней, продолжив держать ее на прицеле.
Жан тем временем успел вытащить свой пистолет и тоже нацелился на Эль. Теперь в нее целились двое.
— Эдвард, сынок, знал, что ты не дашь ей меня убить, — вдруг сказал Жан с напускной небрежностью.
— Что? — нахмурился Эд.
— Ой, да ладно. Жозефина ещё не рассказала? Ты же сам мне это рассказывал в подвале.
— В каком, к черту, подвале?!
— Не буду говорить спойлеры. И так уже сказал самый главный. Ну, удачи.
Он начал стрелять в них обоих. Эдвард сегодня был одет в пиджак из пуленепробиваемой ткани, так что ни одна пуля не причинила ему вреда. На секунду ему показалось, что Жан это знает и нарочно стреляет только в пиджак и ни разу в ноги или в голову, но размышлять об этом не было времени. Эдвард закрыл собой Эль, схватил ее за руку и настолько быстро, насколько это вообще было возможно, переместился в другое место.
Они оказались на крыше дома. Эль вдруг накинулась на Эдварда с кулаками и закричала:
— Какого черта ты натворил?! Какого черта?! Почему?! Я могла его остановить! Почему ты помешал?! Мой брат был бы сейчас жив! Почему ты это сделал? Ненавижу тебя! Ненавижу, чертов предатель!
— Успокойся! — воскликнул Эд, схватив ее за руки и хорошенько встряхнув. — Если хочешь узнать, почему я это сделал, то заткнись и выслушай меня! Ты своим проклятым убийством Жана переворошила все мое время, но ничего этим не добилась!
— То есть?!
— Твой брат умер почти сразу же, как в доме появилась полиция. Он выскочил на дорогу, и его сбила машина. Ты убила Жана, но твой брат все равно умер, понимаешь? — жестко сказал он. — А ты сама… — Тут в его словах появилась горечь. — Ты спрыгнула с крыши. С вот этой самой, на которой мы сейчас стоим, и разбилась насмерть.
— О чем ты вообще?..
— Ты мне не веришь? Вот, смотри. — Он выпустил ее и вывел из часов голографические изображения.
Их было несколько; на всех была запечатлена девушка, лежавшая в луже собственной крови. Ее лицо было испачкано и казалось лицом восковой куклы, которую бросили на дорогу для съемок какого-нибудь фильма ужасов.
Когда Эдвард впервые увидел эти фото, то не поверил своим глазам. Он знал, что в будущем Эль должна стать директором Лувра, так что поверить в то, что она умерла в пятнадцать лет, было невозможно.
Впрочем, он здесь как раз для того, чтобы и сделать это невозможным.
Но фото девушки, распластанной на асфальте, были не единственными. Далее Эдвард показал фото сбитого машиной парня, ее брата, которого она так пыталась спасти. А напоследок — фото двух могил. На одной — Стефан де Ла Фере (1996–2015), на другой — Габриэль де Ла Фере (2000–2015).