Хранитель Виртуальности
Шрифт:
— Слушаю!
Это начальник Управления, Кирилл Семенович Степанов.
— Логвин, выручи! Я должен был провести занятие с новичками, но меня в министерство вызывают! Из всех начальников отделов ты один свободен. Подменишь?
Вот она, людская благодарность! Только что, рискуя жизнью и здоровьем, я провел уникальную операцию. Еще неизвестно, удастся ли на этот раз избежать пристрастия к виртаину. Мне крайне необходим отдых, хотя бы полдня. А шеф…
— На какую тему базар должен быть? — обреченно спрашиваю я.
— На какую хочешь! Их двое; одна новенькая, только после школы вирт-полиции, еще ничего не знает. Второй — молодой винтерполовец,
— Вряд ли.
— Все равно расскажи им про себя — пусть услышат легенду из уст ее героя!
— Я им лучше про виртаин расскажу.
— Про что угодно. Начало занятия в шестнадцать пятнадцать в двадцать девятом кабинете. Спасибо!
Обрадованный Кирилл исчезает с экранчика теркома. Побоялся, наверное, что я вспомню о каких-нибудь неотложных делах. Да ладно уж, выручить шефа — святое дело. Святое в том смысле, что абсолютно бескорыстное. Случись с подчиненным какая неприятность — разве шеф вспомнит о том, кто его не раз выручал? Нет. Устроит прилюдную выволочку или вообще подаст рапорт о несоответствии. На то он и шеф…
Все совещания, оперативки, планерки и даже занятия с новичками проводятся в Управлении исключительно в реале. Любая защита может быть взломана опытным хакером, а в реале — попробуй попасть в комнату, находящуюся в тщательно охраняемом здании, да еще если каждый, перед тем как войти, должен чиркнуть по сенсору стража индивидуальным пропуском и приложить к сенсору большой палец.
Новички уже ждут меня в кабинете, Девушка довольно симпатичная, между прочим. Прическа агрессивная: черные короткие волосы симметрично зачесаны на пробор, ото лба к темени тянется ярко-рыжая полоса, веки тоже намазаны рыжим и окантованы черным. Но глаза добрые — похоже, у этой тигрицы нет когтей. Как ты сюда попала, глупенькая? Романтики захотелось, или ты просто лесбиянка, почувствовавшая себя крутым парнем? Впрочем, это твои проблемы, а у меня и своих хватает.
Как я должен выглядеть? Самый знаменитый коп Управления, живая легенда. Знаю и умею то, чему вы никогда не научитесь, как бы ни старались. Слушайте, салаги!
— Здравствуйте. Меня зовут Логвин, с ударением на первом слоге, Логвин Жовтяк. Я начальник второго отдела, самого важного в Управлении. Вряд ли вы когда-нибудь будете работать в моем отделе, но попытаться стоит.
— Почему? — немедленно ловится на нехитрую приманку девушка. Старательно хлопает длинными черными ресницами, мило улыбается. Интересно, кому она хочет понравиться — мне или парню? Скорее всего обоим. Есть у обывательниц такой инстинкт — нравиться всем особям противоположного пола, независимо от их должности, возраста и семейного положения.
Ну и как ей отвечать? Сказать, что я не люблю длинных монологов и не умею их произносить, поэтому предпочитаю беседу? Нет, говорить правду в данном случае нерационально. Не стоит ронять авторитет Оловянного копа даже в такой малости, как умение долго и бесполезно говорить. У обывателей это искусство почему-то очень высоко ценится.
— Почему самого важного или почему вы вряд ли будете у меня работать?
— И то, и другое — почему?
— Самый важный второй отдел потому, что он занимается борьбой с распространителями виртаина, чрезвычайно опасного аудиовизуального наркотика, одно время угрожавшего самому существованию вирта. Не будь нас, вирт давно уже превратился бы в один сплошной притон. А работать в нашем отделе вы не будете потому, что лишь очень немногие, входя
Девушка вновь хлопает ресницами. Наверное, на молодых людей это действует неотразимо, но не на меня.
— Еще вопросы есть? Задавайте, а не то я начну читать лекцию, длинную и скучную, как история Виртуальности.
— Я слышал, что виртаин в виртуале уже не распространяют, только в реале. Зачем тогда вообще нужен ваш «самый важный» отдел?
Это подал голос юноша, высокий, стройный, с короткой стрижкой, глаза голубые, взгляд пытливый. Юноша прикидывается наивным, но на самом деле вежливо хамит. Как отреагировать? Спокойно.
— Вот для того, чтобы бандеры и бандерши не могли вернуться к распространению виртаина в его родной среде обитания, и существует наш отдел. Да, мы сейчас работаем в основном в реале. Да, программы-нюхачи мгновенно выявляют случаи распространения наркотика в виртуале. Но наши противники изобретают все новые и новые программы-обходчики, позволяющие обмануть программы-нюхачи. Волка наряжают то в овечью шкуру, то в козью, то вообще маскируют под корову. И, надо сказать, очень искусно это делают. Мы, конечно, тоже не сидим сложа руки, выслеживаем эти программы и тихо, без лишнего шума, вылавливаем установщиков, а иногда выходим и на дистрибов. Но установщики в ответ начали использовать программы-антирадары, определяющие, что программу-обходчик выследили; после этого они перестают ее использовать.
— А вы что в ответ придумали? — интересуется девушка.
— Не знаю. Этим занимается четвертый отдел, Кости Щеголькова.
— И сколько всего здесь отделов?
— Вообще-то это закрытая информация. Но раз уж вы получили допуск на работу в Управлении… Щегольков занимается программами — защиты, нападения, слежения и прочими. Вернее, вопросами их внедрения и использования, поскольку разрабатывают такие программы сторонние мощные организации. Третий отдел, Караваева, занят работой в реале. Его люди осуществляют наружное наблюдение, формируют группы захвата и выполняют прочую оперативную работу. Наш отдел, кстати, работает не только по виртаину. Мы и за соблюдением Хартии следим. Именно это, после того как распространители виртаина ушли в реал, стало нашей основной задачей и главной головной болью в вирте.
— А первый отдел? Чем занимается первый? — интересуется девушка.
— Первый отдел отвечает за соблюдение режима секретности и за безопасность сотрудников Управления. В частности, он будет заниматься вашей безопасностью если вы, конечно, останетесь работать в Управлении.
— У вас есть причины сомневаться в этом? — поджимает губы девушка.
Впервые в жизни вижу обиженную тигрицу.
— Все ваши предшественницы не задерживались у нас больше чем на несколько месяцев. Быть хранителем Виртуальности — это не работа, а стиль жизни. И он мало подходит для привлекательных девушек.
— Возьмите меня к себе, — просит юноша. — Я уже имею опыт и сюда не с пустыми руками приехал. Я хотел бы продолжить работу по нарушителям Хартии, а этим как раз ваш отдел занимается. А еще я хотел бы стать, как вы, Стойким Оловянным шерифом.
Однако… Юноша предельно честолюбив и не скрывает своих амбиций. Вообще-то я выскочек не люблю. Однако для дела, настоящего серьезного дела такие люди подходят больше всего. Потому что работают не за зарплату и не за идею, но чтобы доказать всем свою силу и неповторимость. А это — самый мощный стимул.