Хранители
Шрифт:
Роб поднял голову и поразился удивительно красивому зрелищу. Всадник четко вырисовывался в ослепительных лучах солнца, притаившегося за его спиной. Лицо его скрывала тень. Роб поискал глазами шпагу, но не заметил ее.
Лошадь нетерпеливо переступила, всадник сдержал ее, чуть повернувшись в седле, и Роб с удивлением увидел, что перед ним вовсе не взрослый мужчина, а светловолосый мальчик, едва старше его самого.
5. ПЕЩЕРА
Проворно и легко всадник спрыгнул с коня. Держа поводья
– Ты цел? Давай помогу.
Говорил он уверенно, даже с некоторым высокомерием, слегка растягивая слова. Роб встал, морщась от боли. Мальчик отпустил поводья и успокаивающе положил руки Робу на плечи.
– Да ты босиком! – удивился он. – Ноги до крови стерты! Садись, посмотрим как следует.
Роб все еще сжимал в руке ботинок, второй и носки он выронил при падении. Он послушно сел на землю, и светловолосый парнишка присел перед ним на корточках.
– Ничего хорошего, – объявил он, закончив обследование. – Потерпи, я принесу воды. – Он подошел к лошади и отцепил от седла плоскую фляжку в кожаном футляре. Налив в ладошку немного воды, он осторожно промыл ранки.
– Надо обязательно перевязать.
– Там не осталось воды? – спросил Роб. – Я бы чуть-чуть попил, если можно.
– Конечно, о чем разговор!
Роб отпил из фляжки и вернул ее мальчику.
– Ты ведь не крестьянин? – спросил тот.
Как Роб узнал позже, «крестьянами» называли работников на фермах и прислугу джентри.
– Я из Урбанса.
Мальчик изумленно уставился на него:
– А как ты сюда попал?
– Через заграждение. Точнее, прополз под ним.
Роб и не пытался обманывать, зачем? Убежать все равно не удастся – боль в ногах, притупившаяся во время бега, напомнила о себе с новой силой. Этот парень наверняка потащит его в полицейский участок. А потом? Снова интернат? Ну и пусть! Он только проклинал себя за то, что так скоро попался.
– Меня зовут Майк Гиффорд, – сказал его новый знакомый. – А тебя?
Роб назвался.
– Я никогда не встречал никого из Урбанса. Какой он?
Роб беспомощно развел руками:
– Не знаю… Трудно объяснить… просто, такой и все.
– Ясно. А зачем ты сюда пришел?
Он сбивчиво рассказал о гибели отца; о том, что случилось потом; о тайне своей матери; о мытарствах в интернате.
– Да, жестоко, – покачал головой Майк. – У нас в школе новичкам тоже несладко вначале, но чтоб так… – Он внимательно посмотрел на Роба. – И что теперь?
– Ты мог бы просто забыть, что видел меня, – осторожно сказал Роб.
– А дальше?
– Как-нибудь проживу.
– Да ты даже идти не сможешь. Посмотри на свои ноги!
– Отлежусь.
– Где? Тебя сразу схватят.
Он говорил снисходительным, но решительным тоном. Роб молчал, уже ни на что не надеясь.
– Как ты собираешься жить? – снова заговорил Майк. – Ты хотя бы знаешь, как поймать кролика, как освежевать его, приготовить?
– Нет.
– А я знаю. Будь я на твоем месте, я бы не пропал. – Он не хвастался, просто
– Найду работу, любую, мне все равно.
– Маловат ты для работы. Да и расспросы начнутся: кто, откуда. У нас крестьяне обычно не уезжают из своих деревень.
Он явно считал затею Роба безрассудной.
– Ты выдашь меня? – спросил Роб.
– Надо все обдумать, – важно произнес Майк. – Для начала тебя необходимо спрятать… Хорошо, что я сейчас дома. Заболел еще в прошлом семестре – ангина, потом осложнение… Так что, пока я не в школе, мы все устроим.
Он не выглядел больным, наверное, уже поправлялся.
– Я бы мог соорудить в лесу шалаш, – предложил Роб.
– Отпадает, – нахмурился Майк. – Лесники сразу найдут. Можно ко мне домой, но это опасно. От родителей и Сесили я бы тебя спрятал – хотя бы в конюшне – но слуги… – Он вдруг щелкнул пальцами. – Придумал! Пещера. Я ее случайно откопал, за долиной. То есть, это не настоящая пещера с подземными лабиринтами… Мы там все отлично устроим, а я буду приносить еду.
Роб сомневался. Конечно, там он смог бы отлежаться, набраться сил. Но почему этот мальчишка помогает ему? Ловушка? Пусть так – сейчас он думал только об отдыхе, даже коротком.
– Согласен: пещера так пещера, – сказал он.
– Поедем в обход, вдоль реки. На верхних полях нас могут заметить. Ты сядешь на Капитана.
– Я и пешком смогу… – неуверенно возразил Роб, с опаской покосившись на коня.
– Нет, – отрезал Майк. – Пойду подберу твое барахло. Обуйся пока, потом найдем, чем перевязать.
Морщась от боли, Роб надел носки и ботинки. Майк показал ему, как забраться в седло и что-то ласково шептал Капитану на ухо, пока Роб неуклюже карабкался.
Земля убежала далеко-далеко. Конь беспокойно перебирал ногами и вырывал поводья из рук Майка.
– Стоять! Спокойно, милый! – крикнул Майк.
Капитан успокоился, но от этого Роб не почувствовал себя счастливее.
– Бери поводья, – приказал Майк. – Я буду придерживать за седло.
Робу вовсе не понравилось ездить верхом, он болезненно ощущал каждый шаг коня. «Интересно, – подумал он, – что бы я запел, если бы Капитан понесся галопом?».
Река протекала через небольшую долину. Сначала они ехали вдоль берега, потом свернули на дорогу, ведущую к лесу. Роба удивила странная поверхность дороги – землистого цвета, но чересчур гладкая. Он спросил об этом Майка.
– Это пластик, – пояснил тот. – Разве у вас в Урбансе другие покрытия на дорогах? Они мягкие, эластичные и очень хороши для лошадиных копыт.
– Такое покрытие, наверное, быстро изнашивается?
Майк пожал плечами:
– Смотря, сколько ездить по дороге. Да это и неважно. Оно очень просто ремонтируется. Есть такая машина, которая укладывает и разглаживает покрытие со скоростью миля в час. Слушай, тебе придется дальше идти пешком. Отсюда уже близко, а Капитан не пройдет через заросли.