Хрономастер
Шрифт:
– Ты должна мне говорить, что делаешь, Би, – пожурил он ее с довольным видом.
Фигурка подмигнула и исчезла. Корда как раз доедал торт (запивая его стаканом молока), когда она снова возникла на своей подушечке:
– Приближаемся к планете Урб, босс. Я изучила обстановку, пока мы подлетали. Тебе следует на это взглянуть. Не думаю, что у них там хотя бы одна квадратная миля осталась в естественном виде!
Корда бросился на капитанский мостик и быстро прокрутил записи, сделанные сканером.
Коломбина сказала чистую правду.
– Неудивительно, что Чарли Белл не слишком гордится своим творением, – проворчал Корда. – Мне даже стало немного не по себе!
Тряхнув головой, он подключился к навигационному компьютеру.
– Коломбина, посади нас поближе к магнитному северу. В том районе имеется что-то похожее на парк, так что ты сможешь приземлиться, ничего не разрушив.
– Есть, капитан! – бодро выкрикнула Коломбина. А потом изменился шум двигателя, и «Коломбина» начала опускаться на спящую планету Урб.
Глава 4
– Приземление произведено, корабль стабилизирован, включены все системы защиты, – объявила Коломбина. – Готов к прыжку, солнце мое?
Корда вздохнул – слишком возбужденный, чтобы тратить время на выговор компьютеру. Пока он в последний раз проверял свое оборудование, маленькая сфера диаметром не больше дюйма зависла над его плечом.
В соответствии с главной темой, которой он руководствовался при сотворении Коломбины, Корда сконструировал Персональную Цифровую Помощницу таким образом, что она была похожа на улыбающуюся мордашку пурпурно-бирюзового цвета.
Широкая ухмылка ПЦП почти рассекала сферу пополам я выполняла функцию зажимов, которые могли удерживать небольшие предметы. В данный момент из ухмыляющегося рта торчало нечто напоминающее темные очки.
– Получи тени, солнце мое, – заявила Коломбина, голос которой шел из ПЦП. – Не хочу, чтобы у тебя вокруг глаз появились морщины.
Корда взял «тени». Хотя внешне они и напоминали зеркальные солнечные очки, устройство обладало рядом дополнительных полезных свойств – в частности, обеспечивало связь с Коломбиной. Очки служили экраном, на котором по команде Корды производилась выгрузка информации из корабельного компьютера в ПЦП. Ну а то, что они выглядели классно, дела никак не портило.
Корда надел их, как всегда с восхищением отметив, что очки совсем не искажают окружающего мира. ПЦП с жужжанием носилась вокруг него и радостно пофыркивала.
– Я положила резонансный искатель вместе с другими твоими вещами, – сказала она. – И сделала парочку бутербродов на ужин. Ты готов?
Корда закинул на спину сумку с инструментами. На самом деле даже при помощи ПЦП Коломбина не могла собрать для него вещи. Иногда ему казалось, что она не возражала бы против пары
Он обдумывал эту возможность, но всякий раз с дрожью от нее отказывался. Коломбина устраивала множество безобразий, даже и не имея рук и ног. На что она будет способна, если в ее распоряжении появится настоящее тело? Его жизнь – в какой бы вселенной он ни остановился – никогда уже не будет прежней.
Оставив эти мысли при себе, Корда взмахнул рукой, пытаясь поймать ПЦП, но она легко ускользнула в сторону.
– Пошли, Коломбина, – проворчал Корда. – Я хочу взглянуть на этот парк, пока еще светло.
– Я иду за тобой, босс, – сказала она. – Может быть, слетать вперед и посмотреть, что там делается? Корда покачал головой:
– Нет, я не хочу использовать еще один резервуар с консервированным временем, если в этом не возникнет необходимости. Не забывай: вселенная находится в стасисе. Никто на нас не нападет; двигаться могут лишь те, кто попадает в сферу, создаваемую моим темпоральным полем.
– Значит, мы будем просто патрулировать парк, – с некоторым сомнением проговорила Коломбина. Корда запрограммировал ее так, чтобы она заботилась о его безопасности. – Ну, будь по-твоему, Рене.
Парк оказался довольно большим. По всему периметру его окружала кованая железная ограда с грубо вытесанными каменными колоннами. Две особенно впечатляющие из них поддерживали арку ворот. На ее вершине красовалась бронзовая табличка с надписью:
«Парк Славы»
Внутри Корда разглядел цветочные клумбы, декоративные пруды и множество статуй. Большинство из них изображало воинские подвиги: солдат в броне, звездных защитных скафандрах и военной форме самых различных земных культур.
Корда проверил показания компаса, вмонтированного в очки.
– Надо же, самая большая статуя находится точно на магнитном севере... Я мог бы догадаться, что Чарли Белл сделает так, чтобы к нему было трудно подобраться.
Корда прошел через ворота, ПЦП подпрыгивала возле его плеча – и вдруг огромный ворон, сидевший на колонне, ожил и взлетел вверх. При этом он покинул пределы сферы, создаваемой консервированным временем Корды, и завис в воздухе. До тех пор пока стасис не прекратится, он так и будет висеть, всем своим видом отрицая логику и законы тяготения.
– Ой! – вскрикнула Коломбина, и ПЦП прижалась к уху Корды. – Это уж слишком!
Корда кивнул, но его внимание было сосредоточено на статуе, которая блокировала магнитный север. Закованная в серебристую, похожую на средневековую броню, массивная фигура высилась футов на тридцать. В одной руке воин держал меч, а в другой – бластер. Хотя лицо скрывалось под диковинной формы шлемом, возникало ощущение вечной скорби, словно необычный солдат горевал о павших в битве собратьях или сожалел о необходимости войны.