Иди ты... в жёны

Кит Тата

– Ты хоть читал отчёты, которые мне отправил? – папа сел в кресло посетителя и окинул некогда свой кабинет придирчивым взглядом. Черные брови с проседью осуждающе дернулись при виде моделей машин на стеллаже у одной из стен. Он считает их игрушками. Объяснять, что это дорогая коллекция – бессмысленно.

– Как раз изучаю, - я пошелестел бумагами.

– Видишь, как прибыль идёт ко дну? – отец не смотрел на меня. Сейчас он разглядывал стол, щедро усыпанный документацией и коробками от пиццы.

– Не ко дну, а слегка просела.

Это нормально. Заверил я. Мы немного изменили курс. Примерно через полгода всё стабилизируется, и прибыль возрастет.

– Какой курс ты изменил, Саня? Твоё дело – строить дома. Всё. В этом деле не нужно придумывать никаких вывертов. Это не твои забегаловки, где уместно клоуничать и экспериментировать. Здесь фундаментальное дело – во всех смыслах.

Отцу никогда не нравилось, что я не пошёл по его стопам, а выбрал свой путь в сфере развлечений и досуга. Всё это для него несерьёзно, мелко.

Он годами готовил меня к тому, что однажды я займу его кресло, и каждый раз со скепсисом принимал новость о том, что я открыл очередное кафе или продуктовый магазин.

Понятно, что у него на меня ещё малого были планы, но и меня, уже подросшего, тоже не мешало бы спросить, чего хочу я.

– Любой сфере нужна свежая струя, пап.

– Струячь у себя, сколько хочешь. В моё дело – не надо. Раз уж взялся, то делай всё по совести.

– Я уже понял, что ты боишься экспериментов, - я устало откинулся на спинку стула и сжал пальцами переносицу.

Усталость, которая копилась месяц, давала о себе знать. Всё же, с этой деревенской стервой вести дела было как-то проще. Она хотя бы лет восемь варилась в этом котле и знает все тонкости.

Ещё и костюм этот чертов!

Я дернул плечами. Ненавижу пиджаки и всё это деловое дерьмо. Джинсы, футболки, кроссовки – вот моя одежда. Но в этой сфере и должности, если ты не в деловом костюме, то ты простой работяга. И хрен кто с тобой станет разговаривать серьёзно.

– Скажи уже честно, Сань, приревновал? – вдруг поинтересовался отец.

– Не понял, - нахмурился я.

– Приревновал, что я Любашку хотел на это место посадить? – кивнул он на кресло подо мной.

– Пап, она неизвестно кто и неизвестно откуда. Сегодня ты ей доверяешь, а завтра без штанов по улице бегаешь.

– Об этом я не беспокоюсь, - усмехнулся папа. – Если что, на штаны ты мне копеечку подкинешь.

– Подкину, конечно, но…

– Я ей доверяю, - перебил меня отец. – Хоть что мне говори, но я с самого начала видел и вижу, как она горит этим делом. Её уже все знают, она со всеми держит связь.

– И ты хочешь, чтобы я свалил, а она вернулась, - заключил я.

– Нет. Совсем нет. Работайте вместе.

– Ещё чего?! – фыркнул я и нервно заерзал в кресле.

Работать с ней и стараться периодически не залипать на декольте с веснушками – то ещё испытание.

Хотя, если смотреть на её сиськи, можно не замечать пренебрежение к моей персоне, сквозящее в её голосе.

–

В общем, Сань, - папа встал с кресла и застегнул пуговицу пиджака. – Я не знаю, что вы с Любой не поделили, но я хочу, чтобы ты её вернул. Хоть что ей обещай, хоть тройную зарплату, хоть замуж зови. Но мне она нужна здесь. Тебе же проще будет. Сможешь вернуться к своим забегаловкам, но при этом через Любу контролировать фирму. А я буду уверен в том, что все находятся на своих местах.

– Так вернись в своё кресло. Ты же всё равно до конца не доверишь и не расслабишься.

– Старый я уже, чтобы пахать, как раньше. Забыл, как в начале года у меня сердечко прихватило?

– Не забыл.

Будто такое можно забить. До сих пор бросает в холодный пот от того крика мамы, с которым она позвонила мне, пока я ловил волны на сёрфе. Тогда я сразу бросил всё и на первом же самолёте вернулся в страну. С аэропорта в больницу, где уже была эта чертова Люба. Даже ночью поленилась не приехать, чтобы изобразить сочувствие и полебезить перед моей матерью.

Наверное, ждала момента, чтобы поймать моего батю за секунду до смерти и уговорить его переписать всё на неё.

– В общем, поговори с Любой. Решите свои проблемы, а потом приступайте к работе. При каких должностях – сами договоритесь. Либо ты под ней, либо она под тобой. Мне нужен результат.

– И где я её найду? На мои звонки она не отвечает, от сотрудников звонки тоже игнорирует…

Отец демонстративно вздохнул. Вынул из внутреннего кармана пиджака маленькую записную книжку, которую всегда носил с собой, и открыв одну из страниц, показал адрес.

– Уметь надо, Саня, контакты не только налаживать, но и удерживать. У деда в деревне она. Вернее, дед умер, а дом остался. В общем, в деревне она. На каникулах, так сказать. И ты съезди. Может, что-то хорошее из этого и выйдет.

***

Я неделю сопротивлялся порыву поехать в деревню и вытащить оттуда за рыжую косу Авдееву. Но в моменте, когда очередной рабочий день вытрахал из меня последние нервные клетки, я просто пустил всё по пизде. Пусть эта рыжая сама во всём разбирается и ведет переговоры с нудными мудаками в костюмах. Стоит признать, что она в строительном бизнесе шарит лучше.

Выйдя из офиса, я сел в машину и, как был в деловом костюме, поехал в деревню, адрес которой мне дал отец.

Приехал я туда уже ближе к полуночи. Кое-как нашёл нужную улицу и едва не сшиб детей, которые вместо того, чтобы дрыхнуть по кроваткам, какого-то хрена гоняли мяч.

Ехал по её улице, желая как можно скорее добраться до неё, пока эта принцесса Фиона не приняла истинный вид.

Ехал по неосвещенной дороге, периодически приглядываясь к номерам домов.

В один момент заметил, что перед капотом мелькнуло что-то белое. По спине хлынул холодный пот. Руки сами отвернули руль в сторону. В голове яркой лампочкой горела только одна мысль – кто-то из местных детей. В лучшем случае – мяч.