Игра Хайка

Савочкин Евгений

Жена судьи взялась учить его грамоте. Грэг отнёсся к этому снисходительно, считая это платой за своё безбедное существование. Науки давались легко, появилась страсть к чтению, ночи напролёт он проводил в огромной библиотеке. И вообще, Грэгу новая жизнь потихоньку начинала нравиться, окружающие привыкли к везде сующему свой нос неунывающему подростку, даже когда он умудрялся стащить лакомый кусочек на глазах у повара, его ругали несерьёзно.

У судьи была дочка Илия, примерно его возраста, и такая она была хорошенькая, что Грэг частенько

украдкой любовался, как она бегала по садовым дорожкам. Сначала долгое время он её сторонился, но потом, как-то так само собой получилось, они стали лучшими друзьями, любили долгое время проводить в беседах ни о чём.

Так пролетело пять лет, за эти годы Грэг сильно изменился, начал строить планы на будущее, ему пророчили карьеру военного и то, что происходило за пределами хозяйского дома, его не сильно интересовало. Но вот однажды, вернувшись из казарм, где он пробыл дольше обычного, молодой человек увидел, как по лестнице заносят судью, его жену и Илию. Их расстреляли из арбалетов, почти у самого дома.

Мир рухнул. Дома находиться было невозможно, да и незачем, к старым друзьям Грэг вернуться не мог, считая себя предателем, да и в живых их осталось не так уж и много. Выход оставался один – исчезнуть. Вот Грэг и исчез, а в том же году в соседнем королевстве появился наёмник с прозвищем Туман.

Долгое время он скитался по разным дорогам: сопровождал караваны, побывал в армии. Ценили его везде хорошо, платили тоже неплохо, но нигде Туман долго не задерживался.

Три года назад, проходя по этим местам, он увидел охоту, загоняли матёрого секача. И так получилось, кабан, видя свою безысходность, кинулся на лошадь. И плохо пришлось бы всаднику, если бы находящийся ближе всех Туман не пришёл на помощь.

Всадником оказался Владелец здешней земли Друз Долговязый. Просто так ему уйти не дали, Друз, чувствуя себя должником, приблизил к себе, даже сначала выделил комнату рядом со своей спальней, но, когда Туман повесил на цепи огромное дубовое бревно и всё свободное время пинал его всеми частями тела, переселил повыше и подальше.

Работы у нового жильца было немного: он ежедневно тренировал охранников и проверял несение службы. Те поначалу взбунтовались, но после пары сломанных носов инцидент был исчерпан тем более, что лишнего он не требовал. За податью Туман не ездил и крестьян не усмирял, и всё было бы хорошо, но иногда такая тоска наваливалась, что хоть каменные стены грызи. И вот сейчас, глядя на заходящее солнце, в очередной раз думал, а не послать ли всё в бездну и не рвануть отсюда. Да вот только куда?

***

Друз Долговязый в очередной раз совершал объезд своей земли, и радушием, как раньше, его не принимали. Мужики всё больше одаривали неласковыми взглядами. А он и сообщил всего-то, что к осени поднимет подати на четвертину больше от прошлого года. Вечно эти дармоеды всем недовольны. А ему самому каково: надо бы охрану увеличить, вот сейчас с тремя десятками уже страшновато, нет, это не значит,

что они не отобьются, просто с сотней можно чувствовать себя спокойнее, а их всех одеть, прокормить надо, да и король своей доли не отменял.

Так бы он и дальше рассуждал, если бы навстречу не шли два путника, дед с мальчиком. «Колдун» -подумал Друз. Путники неспешно посторонились, пропуская вооруженных всадников. Всё это Друзу не нравилось. Проехав чуть вперёд, он остановил охрану, а сам вернулся.

– Как звать? – Голос Владельца земли звучал грозно, и он мог себе это позволить.

– Старик, – спокойно ответил тот.

– Это ясно, что старик, а звать как? – Друз Долговязый начал всё больше раздражаться.

–Так и звать – Старик.

И то, что дед смотрел прямо в глаза, и то, что во всём виде не проглядывалось смирения, всё это так не нравилось Хозяину земли, он уже сам был не рад, что затеял этот никчёмный разговор. Он хотел бы дальше продолжать свой путь, но задал вопрос.

–Ты кто, колдун?

– Нет, я просто живу долго, много странствую, много вижу.

– И что видишь? – разговор превращался ни во что, но и оборвать его просто так Друз не мог.

– Многое такое, чего не может видеть каждый, – белёсые глаза старика буравили насквозь.

– И чего такого я не могу видеть? – раздражение постепенно переходило в гнев.

– Да многое, прошлое и будущее, например, да и настоящее тоже. Ну, мы пойдём. – Старик взял мальчика за руку, решив продолжить свой путь.

– Постой. Что ты про меня скажешь. – Друз уже давно бы зарубил этого старика, не будь рядом с ним мальчишки, да при чем здесь он, просто, какая-то неведомая сила сдерживала его от последнего шага. Именно это и выводила его из себя.

– Я не могу тебе ничего сказать, – ответил старик и опустил глаза.

– Так значит ты лжец! – спокойно Друз говорить уже не мог, он просто рычал.

– Нет, просто мне нельзя говорить, – Старик снова взглянул на собеседника.

– А я тебе приказываю, – рука Владельца земли медленно опустилась на клинок.

– Ты не можешь мне приказать, – ещё тише ответил дед.

Друз рванул саблю, но клинок остался в ножнах. Он дёрнул ещё, затем ещё раз, результата не было. Рука прилипла к рукояти, а клинок к ножнам.

– Охрана! – в бешенстве заорал Владелец земли.

Охранники рванули коней, но кони не пошли, они лишь крутили головами и хрипели.

– Пойдём, – сказал старик мальчику, и они, не торопясь двинулись своей дорогой.

Спустя какое-то время, когда силуэты путников почти превратились в точку, оцепенение с коней и наездников спало. Владелец земли молча поднял жеребца на дыбы и галопом помчал к своему замку. Охрана виновато потрусила за ним.

Влетев в родовой замок, Друз Долговязый, ни слова не говоря, закрылся у себя в комнате. Не выходил целые сутки, и только вечером следующего дня позвал к себе Тумана. Лицо Владельца потемнело, щёки ввалились.