Игра киллера
Шрифт:
Джо согнулся пополам, свалившись на пол, нога горела, перед глазами мелькали искры. В тот же миг с блеском нержавеющей стали в руках оказался на нем Солти Хант. Будто жилой фургон наехал Джо на грудь, и Джо пытался из-под него вывернуться, но Каджун оказался слишком тяжелым. Тогда Джо, резко вздохнув, попытался ударить противника в живот – бесполезно. Каджун был слишком тяжел, слишком быстр и слишком хотел выиграть Игру. И в тот же миг Джо ощутил прижатый к своему горлу холодный край лезвия.
– Ты хорошо работал, Слаггер, что да, то да, – тихо шепнул Каджун.
– Один
– Какой?
Лезвие осталось прижатым к горлу.
– Как ты меня нашел?
– Это было проще про...
Каджун резко остановился, дернувшись назад как от электрошока. Тень за ним на стене взметнулась, как чертик из табакерки; одновременно раздался самый странный звук, который Джо доводилось слышать. Будто заглушенный голос церковного колокола, по которому ударили деревянным молотком. И на миг показалось, что Каджун, зачарованный красотой этого звона, расширил глаза и склонил голову под странным углом, будто прислушиваясь к ультразвуковому сообщению. Потом Джо увидел за спиной Ханта чью-то фигуру, и все стало на свои места.
В тени за спиной Каджуна стоял Лем Куган, держа в руке железную лопату, как бейсбольную биту.
– Еще разочек на всякий случай, – посоветовал Джо, и Лем еще раз взмахнул лопатой.
Заступ тяжело опустился на голову Каджуна сверху, и казалось, что Лем старается загнать Каджуна в землю, как железнодорожный костыль, ударяя еще и еще. Эти удары были самой красивой музыкой, которую доводилось слышать Джо, и наконец по телу Каджуна прошла дрожь, и он обмяк, как куча опилок.
Нож выскользнул из его руки.
– Как ты?
Лем отбросил лопату и склонился рядом с Джо. Он дрожал, очевидно, перепуганный до смерти, и Джо не мог бы поставить это ему в вину.
– Честно признаюсь, Лем, что бывало и получше. – Джо сел, прислонившись спиной к стене, зажимая рану на запястье, и глянул на Каджуна. – Полагаю, Солти Хант – это не ваш шериф?
Лем осматривал раны Джо.
– Сначала мы подумали, что это новый помощник нашего шерифа или еще кто-то, но мы не могли от него избавиться, заставить его уйти. А когда он полез вниз, мы услышали радио... – Лем резко остановился, увидев рану на ноге Джо. – О Господи, у тебя здесь серьезная рана. Нужно что-нибудь вроде жгута. Погоди-ка. – Лем встал и подошел к стиральной машине. Взяв из ящика пару чистых лоскутов, он вернулся и стал обматывать бедро Джо. – Сейчас замотаем, поднимем тебя наверх...
– Что ты услышал по радио, Лем?
Джо начал глубоко дышать.
Лем смотрел на него влажными испуганными глазами.
– Подслушал разговор по двусторонней связи полицейского джипа. Шериф Финстер и два его помощника найдены убитыми в запертой камере, все убиты хладнокровно и профессионально. Там были мальчишки – те, что приставали к Мики. Наверное, они рассказывали, что случилось. – Лем трясущимися руками закрепил жгут. В глазах у него сверкали искорки
– Лем, помоги мне встать. – Джо схватился за плечо Лема и с трудом поднялся на ноги. – Теперь слушай меня, слушай очень внимательно. Я должен выбраться отсюда ко всем чертям, пока с твоей семьей больше ничего не случилось.
– Джо, что происходит, черт возьми?
– Слушай меня! – Джо схватил Лема за плечи и встряхнул. – Если все это прошло по открытой радиосвязи, то в любую минуту могут показаться остальные бандиты. Если хочешь защитить свою семью, делай то, что я тебе скажу. Ты понял меня?
Лем молча кивнул.
– Поднимись наверх и позвони в ближайшее отделение ФБР, а потом... Сверху что-то упало.
Это был металлический треск, будто ударом снаружи сорвали с петель застекленную дверь, и кто-то вскрикнул. Кричала Аннет Куган, и звук ударил в уши, будто в подвале взорвалась динамитная шашка. Лем посмотрел на Джо, Джо посмотрел на Лема, и Лем произнес:
– О Господи! Аннет!..
Лем был уже на полпути к выходу, когда Джо заставил свои ноги двигаться.
Он подошел к дальней стене и вытащил кольт из-под полок.
На этот раз Джо проверил, что револьвер заряжен.
11
Джо вошел в гостиную с поднятым револьвером и взведенным курком. В ушах стучал пульс, мозг принимал данные и немедленно оценивал обстановку умение, отточенное годами в Игре. Три человека застыли в комнате живой картиной. Лем возле софы чуть поодаль, руки подняты и дрожат, вытаращенные от ужаса глаза в полдоллара. Еще двое у двери. Темнокожая красавица в кожаной юбке и жакете, правая рука вокруг шеи Аннет Куган, в левой десятимиллиметровый полуавтоматический «смит-вессон», ствол прижат к виску Аннет Куган. Аннет тихо плачет.
– А, Брунетта, как жизнь? – спросил Джо, нацелив револьвер ей в лицо.
Джо знал Брунетту Джоунс только по ходящим о ней слухам, но, увидев, тут же узнал ее. В точности такая, как ему и говорили. Похожа на модель высокие скулы, изысканные губы, безупречная прическа и какой-то неопределенный евразийский шарм. Все в ней было прекрасно, кроме глаз. Это были две холодные черные пуговицы. За последние пять лет эти черные пуговицы не раз были тем, что последним видели в своей жизни многие гангстеры среднего звена, уютно пригревшиеся под крылом программы защиты свидетелей. В подпольном мире как грипп расходились слухи, что эта очаровательная киллерша дала новое значение словам «убийственная красота».
Брунетта Джоунс улыбнулась ледяной улыбкой:
– Более чем прекрасно, Слаггер.
– Так в чем же дело?
Темнокожая красавица взвела курок.
– Дело в том, что я хочу, чтобы ты бросил пушку, иначе я сделаю дыру в голове этой милой дамы.
– Пожалуйста, прошу вас, только не трогайте моего мальчика, – тихо простонала Аннет.
– Сделайте мне одолжение, леди, – прошипела ей на ухо Брунетта, отключите на секунду ваш водопровод.
Аннет закрыла глаза, и выдавленные веками слезы потекли по щекам.