ИГРА

Полякова Маргарита Сергеевна

– Поведали, - вздохнул я, - но до сражений по-прежнему не допускают.

– А они не будут против твоего намерения стать троллем? – усомнился Гримшар. – Посоветуйся-ка ты с ними, прежде чем принимать подобное решение. А я… я поговорю насчет тебя с нашими воинами и жрецом. Тебя устроит наше официальное тавро, обозначающее «тролль, под защитой клана и законов»?

– Очень даже устроит! – согласился я.

10.

Вальяжно развалившийся в кресле Вейрер потягивал вино и смотрел на то, как Мэртокс нервно мечется из угла в угол. Настроение чёрта не улучшала даже вертевшаяся рядом Фрида. Впрочем, представителя Темных вполне можно было

понять. Последнее заявление Андрея могло ввести в ступор кого угодно. Конечно, они сами посоветовали магу обратиться к Гримшару, но кто же мог подумать, что Андрей решит официально примкнуть к клану троллей! И всё только для того, чтобы отделаться от Дитрейна! Хорошо хоть Гримшара удалось вовремя отловить, а Андрея споить, пока дело не зашло слишком далеко.

– Вейрер, ну ты-то понимаешь, что мы не можем на это пойти? – вопрошал чёрт.

Дроу хмыкнул. Разумеется, он всё прекрасно понимал. Сейчас они трое – абсолютно нейтральная сторона, одинаково адекватно относящаяся к представителям любых местных рас. Но если один из них официально поддержит троллей… трудно даже предположить, чем всё это закончится. Прежде всего – обидой гномов, с которыми у Андрея сложились плотные деловые отношения.

– Забудь, директор Академии ни за что не разрешит Андрею подобный фортель, - хмыкнул Вейрер.

– А то ты не знаешь, что наш маг только и ищет повод, чтобы из этой Академии слинять, - ядовито заметил Мэртокс. – Мы не можем позволить ему примкнуть к троллям! Особенно сейчас, когда на носу важная встреча с представителями разных рас с целью привлечения их на нашу сторону!

– Ну… попробуй Андрею просто запретить подаваться в тролли, - посоветовал дроу.

– Не хочу, - вздохнул Мэртокс. – Не хочу его принуждать. Для меня дружба важнее любой, даже самой великой цели. Демоны! Иногда мне кажется, что отец был абсолютно прав, отговаривая меня от идеи завоевания мира. Геморроя много, а удовольствия – никакого.

– Тогда нам остается только одно – нейтрализовать Дитрейна, - вздохнул Вейрер.
– Если честно, я даже не подозревал, что Андрей находится на грани нервного срыва из-за этого эльфа и его дурацкой влюбленности.

– И что ты предлагаешь? – озадаченно поинтересовался черт. – Убить Дитрейна по-тихому? Почему-то у меня такое ощущение, что эльфы всё равно докопаются, кто его убрал, и тогда мы проблем не оберемся. А воевать с ушастыми я пока не готов. Мне бы с людьми проблему решить.

– Нет, убивать его нельзя. Иначе нам точно хана. Убийство цветочного эльфа карается очень жестоко. И мои сородичи не остановятся ни перед чем. Если только… - задумался дроу, - есть у меня одна идея. Правда, не уверен, что это сработает, но… может, Андрей согласится рискнуть?

– Давай, рассказывай, не томи! – оживился Мэртокс.

– У эльфов есть традиция Большого спора. Они сражаются в присутствии беспристрастной комиссии, и проигравший выполняет желание победителя. Любое желание. Цветочный эльф, наверняка, предпочтет сражаться на сцене, меряясь талантами.

– И мы проиграем, - мрачно заметил Мэртокс. – Я могу по-разному относиться к Дитрейну, но он однозначно гений. Его творения перешагнули даже границы измерений. Баллада о Темной стороне, например, является одним из любимых произведений моего отца.

– Ты кое о чем забыл, - хмыкнул дроу. – Мы находимся в средневековом мире, с соответствующим уровнем музыкальных инструментов. А теперь представь, что мы включим этой неискушенной публике Джо Дассена. Или «Шербурские зонтики» Мишеля Леграна. Ну или вальс из кинофильма «Мой ласковый и нежный зверь». Я много чего наслушался, благодаря твоей матушке.

– Хм… можно попробовать.

Андрей

Ну, я, конечно, догадывался, что

мне не удастся стать троллем. Не такой уж я идиот. Просто… меня так достал этот Дитрейн, что я уже готов был на луну выть. Я перебрал все варианты, но так и не придумал, как отвязаться от цветочного эльфа. И почему этот извращенец пристал именно ко мне? Посмотришь на него в Академии – эльф как эльф. Вполне нормальный и вменяемый. Если б я его не знал, мне бы в голову не пришло, что он извращенец. Хотя это не показатель, конечно, я о таких вещах в принципе не задумываюсь. Да и Дитрейн этот… какой-то не совсем типичный гей. Не то, чтобы у меня было много подобных знакомых. Честно говоря, ни одного. Я хочу сказать, что Цветочный эльф совершенно был не похож на тех голубых, которых показывают по ящику. Никакой манерности, писклявого голоса, пошлых, вихляющихся движений… Изящный чересчур, но для эльфов это нормально. Мечом владеет так, что залюбуешься. Баб клеит одним взмахом ресниц. И чего этому Дитрейну от меня надо? На него охотниц (и даже охотников) выше крыши.

Если честно, то предложение Вейрера не показалось мне стопроцентным выходом из ситуации. Я совершенно не был уверен в том, что мы сможем победить цветочного эльфа. Даже если вооружимся всеми современными нам музыкальными достижениями. А проигрывать Дитрейну я никак не хотел, поскольку подозревал, какое желание загадает этот ушастый тип.

– Не могу. Вдруг мы проиграем? Я не сумею выполнить желание Дитрейна, - выдохнул я, не смея поднять глаз на черта и дроу.

Мне, честно говоря, было перед ними стыдно. Они делом занимаются, а я? От меня только одни проблемы. Как уничтожить монстров я так и не узнал, в Академии не учусь, а дурака валяю, да еще и умудрился в такую идиотскую историю вляпаться с цветочным эльфом. Но что меня убивает больше всего – ребята даже не возмутились ни разу. Не высказали мне все, что они обо мне, обормоте таком, думают. Наоборот – стараются решить мою проблему. А я, сволочь такая, еще и кочевряжусь. Но не могу я, не могу через себя переступить!!!

– Андрей прав. Мы можем пролететь. Но я, кажется, кое-что придумал, - хмыкнул Мэртокс. – Вызов Дитрейну брошу я сам. На меня цветочный эльф точно не польстится, а я пожелаю, чтобы он отвалил от Андрея раз и навсегда.

– Не пойдет, - покачал я головой. – У нас слишком много врагов, а Дитрейна легко подкупить. У него же ветер в голове. Подкатит к нему кто-нибудь из Светлых, соблазнит (благо, это несложно) и попросит загадать соответствующее желание. Например, потребовать от тебя дуэли с Вейрером. Причем до смерти одного из противников.

– Об этом мы не подумали, - согласился дроу. – Жаль, хорошая идея была.

– Да ладно, не напрягайтесь. Я… я потерплю Дитрейна.

– Глупости! – взорвался черт. – Я не собираюсь рисковать своей психикой. Давайте сделаем так. Сегодня у нас встреча с представителями разных рас этого мира, а завтра мы вплотную займемся проблемой Цветочного эльфа. В крайнем случае, если другого выхода не будет, я разрешу Андрею войти в клан троллей. И сам объясню нашим соратником, почему принято такое решение.

– Мэртокс, - расплылся я в глупой, благодарной улыбке. – Но это же…

– Это не обсуждается! – отрезал черт и раскатал на столе карту Пустошей, давая понять, что разговор окочен и нам пора приступить к обсуждению другой, не менее насущной проблемы. А я как никогда отчетливо понял, почему Охрим выдвинул на роль правителя именно Мэртокса. Всё, что мне хотелось сделать в настоящий момент – это добровольно дать клятву вечной вассальной верности. А от осознания того, что чёрт пошлет меня вместе с этой клятвой куда подальше, потому что ему нужны не рабы, а друзья, мне становилось совсем хорошо. Наверно, именно тогда я впервые подумал, что завоевание мира – это не такая уж сложная задача.