Игрок
Шрифт:
«Извини. Я неправильно просчитал твою реакцию. В таком состоянии ты опасен. Можешь наломать дров. Впредь постараюсь не злить.»
«Уж постарайся.»
«Мне не выгодно держать тебя в страхе. Ты умён и должен понимать, что при данных обстоятельствах я буду с тебя пылинки сдувать. Без твоих способностей мне не добиться желаемого.»
Л — логика. В ней родимой его главная слабость. Я знаю, что стоит от него ожидать, а он не может похвастаться обратным. Всё-таки мы-человеки — весьма непредсказуемые существа. Наверное, стоит, и правда, расслабиться. В ссоре со мной, в настоящей ссоре, для Траха нет логики. И нет выгоды.
«Трах. Я буду звать тебя Трах. Давай спать. Мне, в отличие от тебя, нужен
«Называй как хочешь, напарник. Твоя смена последняя. Спокойной ночи.»
Передвигаться по исконному лесу, как раньше, верхами по веткам деревьев, имея в отряде четверых боевых пятёрок, воскресителя-лекаря и дозорного-фили, было не то, что бессмысленно, а даже немного стыдно. С такой мощью нам бояться каких-то паршивых сектов? По низу, даже с вернувшейся на выходе из предгорий грязью, что теперь притворялась болотом у нас под ногами, идти было легче, а главное: гораздо быстрее. Растянувшись цепочкой, скакали от лопуха к лопуху, от растущего горизонтально листа к упавшей с дерева ветке, от нагнутого стебля к выступающему из земли корню, от редкого сухого участка к низко висящёй лиане — и так целый день.
Встреча с Роем, в принципе, тоже не особо пугала. При наличии источника маны с ресурсом, каким выступит любой изверг, без которых сейчас стаи не шастают, мы автоматически превращаемся в отряд смерти. Не смертников, а тех, кто таковую несёт всем врагам, посмевшим встать на пути. Признаться, я втайне даже желал поскорее наткнуться на Рой. Необходимость беречь запасы горючки выбешивала. Эх, Джексон, Джексон… Крысячья ты падла. Кинул нас и удрал в безвозвратное небытие.
Как же удобно было иметь под рукой заправщика. Теперь каждый раз перед тем как уйти в шурс, или шарахнуть огнём, мы задумываемся — а есть ли в том необходимость вообще? Вдруг за следующим деревом притаилась какая-то жопа, и нам срочно понадобится телепорт? Или дистанционный поджог? Умом понимаешь, что какой-либо по-настоящему опасный враг сам же нас и наполнит энергией, а всё равно жаба душит, не даёт сливать ману на мелочи. Фигня вроде, а напрягает. За три недели пути я из этой свербелки успел развить целый комплекс. Чёртова энергозависимость! Америкос-наркодилер сделал своё чёрное дело — подсадил на иглу. Теперь не успокоюсь, пока не завербую в отряд ещё одного манника-попаданца.
Зато моя мелкая жёнушка от своей алко-зависимости, наоборот, почти излечилась. Начавшиеся снова встречаться нет-нет на нашем пути фирсили, хоть по-прежнему и манили её, но у Лими получалось себя сдерживать. С нашей помощью конечно и не всегда — разок она всё-таки налакалась — но в целом у фили получалось себя контролировать значительно лучше.
А виной тому было постоянное чувство тревоги, что в последнее время преследовало мою супругу. До земель её племени ещё оставалось прилично, когда мы наткнулись на первое брошенное какими-то другими фили гнездо. Судя по отметинам на коре древа-бутылки и по нескольким выеденным мелкими сектами панцирям, валяющимся на поляне, причиной ухода малявок стал Рой. Новые времена изменили привычный порядок вещей. Теперь орды роботов-насекомых прут в невиданных прежде количествах. Не удивительно, что местным жителям становится всё сложнее прятаться самим и прятать свои посёлки. Хорошо ещё, что фили обделены даром, а то бы им пришлось ещё хуже. Так-то Рой идёт не за ними, но случайным жертвам затеянной богами игры от этого не легче. Не дай Создатель, и до родного племени Лими сумели добраться!
Я, как в воду глядел. Дерево-гнездо, где мы распрощались с раненым Краклом и Свитом, стояло обугленным остовом на вытоптанной лапками сектов поляне. Магмары. Или изверг, способный плеваться огнём. Мелкая — уж насколько она духом сильна во всём, что
— И куда теперь? — растерянно произнёс Ферц, глядя на сгоревшее дерево.
Ответом на его вопрос послужил прилетевший с другого края поляны свист. От дальней опушки к нам нёсся маленький парень-фили. Мелкая немедля прекратила реветь и радостно засвистела-запищала на своём языке. Чувак был явно из её племени.
Вскоре, благодаря переводчице, мы уже знали, что Клипсилитилити, хоть и понесли серьёзные потери в сражениях с Роем, но не истреблены полностью. Остатки четырёх некогда многолюдных, вернее многофильных семей укрываются от текущих с запада сплошной рекой сектов под одним из редких в этой части исконного леса хаджей в двух днях пути отсюда. Мудрый вождь — Свитсимисиль Мисвисваль до конца верил в возвращение великого колдуна и своей внучки, отчего, несмотря на риск, и держал здесь дозор, регулярно меняя караульных.
Правда, наш путь к новому дому племени Лими занял времени вдвое больше. Всё-таки люди, даже такие тренированные как мы, передвигаются значительно медленнее шустрых малявок. Далековато пришлось уйти бедолагам от своих привычных угодий. И, как выяснилось, не им одним. Пока топали, проводник через Лими рассказал нам про всё, что творилась на землях Клипсилитилити после нашего ухода к горам.
Рой. От него постепенно жизни не стало, что сородичам моей жёнушки, что ближайшим соседям. Про дальних информации нет, но наверняка у всех фили, заселяющих западный край исконного леса, ситуация одинаковая. Секты ведь не ползут к какому-то конкретному аллою. Их цель — вся роща великих деревьев. Мирок-полигон равномерно запружен теперь этой дрянью.
У фили нет магии, и прятаться под хаджами, как людям из вольных родов, раньше им не было смысла. Теперь всё изменилось. Не то, чтобы сектов отпугивает излучаемая волшебными деревьями энергия, но отчего-то они всё равно стараются их обходить. Если, конечно, погоня за каким-нибудь глупым силаром не приведёт в потаённое место. Не удивительно, что единственный на всю округу баобаб, пока не обнаруженный Роем, стал пристанищем всех окрестных племён. Со слов дозорного, сейчас под хаджем ютится около двух тысяч фили — всё, что осталось от четырёх местных племён.
Две тысячи фили и один человек. Наш Червячок — хвала Создателю — тоже выжил. и не просто выжил, а заработал серьёзный авторитет. Менталист теперь постоянно несёт дозор вместе с лучшими воинами племён в дне пути на запад от хаджа. Его способности позволяют обнаружить Рой раньше, чем тот обнаружит их. Кракл уже дважды отводил от посёлка беду. В прямом смысле слова отводил — снимал амулет и бежал в противоположную от волшебного дерева сторону. Даже хромой — а залечить ногу до конца местным лекарям так и не удалось — Червь не растерял свои скорость с выносливостью. Задаст направление Рою — и снова под смоляную шапку-невидимку. Напарники-фили таскают амулет по пятам. Рабочая тактика, но любая случайность может запросто похерить весь план. А мы как раз и шагали к посёлку четырёх племён с запада.
— Расскажите! Расскажите мне всё! — прихрамывая, мчался к нам Кракл. — Интересно же! Очень интересно!
— Мы тоже рады, что ты жив, Червячок, — расплылась в довольной улыбке Тола.
— Тебя здороваться не учили? — спросил родича хмурый Грай.
— Расскажем, расскажем, — успокоил я любопытного видящего. — Знакомься. Это наш новый друг — Гвидо. Он лекарь.
Кракл по очереди принялся тискать нас, задержав больше нужного руки на талии Толы.
— Лекарь? Это очень хорошо. Нам нужны лекари.