Игрок

Лисина Александра

Я несколько раз осторожно оглядывалась, стремясь избавиться от невесть откуда взявшейся паранойи, но неизменно натыкалась на внимательный взгляд этого типа и чувствовала, что у меня от него буквально мурашки бегут по коже. Что-то было неправильно в нем. Что-то несло для меня смутную угрозу. И, чувствуя ее, я начинала все больше нервничать, не зная, как объяснить возникшее внутри беспокойство.

Он мне не понравился.

Это правда.

И зверь его мне не понравился тоже. Особенно, его пристальный, не по-звериному разумный взгляд и настороженное шевеление усов всякий раз, когда доводилось столкнуться с ним глазами. Больше всего я опасалась,

что хорек учует во мне Ишту. Как Олень. Как Лин. Как мудрая бабка Айна. И еще я опасалась, что он выдаст меня Дагону с потрохами.

— Ну, вот и все, — криво улыбнулся эрхас, когда голубая лента реки заизвивалась буквально в сотне шагов. — Здесь заканчиваются мои земли и здесь мне придется вас оставить, леди. Вы по-прежнему желаете продолжать путь в одиночестве?

— Я не одна.

— Тогда где же ваши люди?

— Неподалеку, — туманно объяснила я. — Боюсь, вы заставляете держаться их поодаль. С некоторых пор мои спутники стали довольно недоверчивы к незнакомцам, так что, полагаю, они предпочтут выждать и убедиться, что с вашей стороны не исходит никакой угрозы.

— Но я не вижу никаких следов.

— Они умеют хорошо прятаться.

— Хорошо, — наконец, сдался Дагон. — Но до переправы мы дойдем вместе.

Я пожала плечами, внутренне радуясь, что так легко отделалась.

— Как скажете. Я просто не хотела вас утруждать.

Мы таким же порядком спустились с небольшого холма к выстроенной на берегу переправе. Собственно, это был самый обычный бревенчатый мост, каких и на моей родине имелось в достатке. Только здесь он не был рассчитан на проезд внедорожника — его габаритов едва хватало, чтобы без помех прошла одна единственная телега. Или два тесно прижавшихся друг к другу всадника. Поскольку речка была неширокой, то вкладывать в переправу средства не имело большого смысла: пока одна телега едет, вторая подождет на берегу. Видно, не так уж часто в этой части Валлионе встречались два крупных каравана, идущих в противоположных направлениях. Поэтому и за мост никто особо не радел.

Я с невыразимым облегчением увидела конец своих колебаний.

Слава богу… добрались… а то все ноги успела стоптать за этот долгий день, хотя эрхас честно приспосабливался к моему небыстрому шагу, не заставляя идти бойчее. А мне было тяжеловато: мешок-то я ему не отдала, хотя он честно пытался выглядеть галантным. Но мало ли чего ему в голову могло взбрести? Лучше уж я сама потащу свой баул, чем буду всю дорогу думать, как добыть свои запасы (точнее, мои ЕДИНСТВЕННЫЕ запасы) из его цепких рук, если вдруг что-то пойдет не так и мне придется поспешно прощаться.

Вот и дотащила. Ох, моя спина…

— Всего хорошего, господин эрхас, — вежливо улыбнулась я, остановившись возле последних деревьев, откуда до моста было рукой подать. — Вы мне очень помогли. Еще раз примите мою благодарность.

— Прощайте, леди, — кивнул Дагон, после чего откланялся и с поразительной легкостью взлетел в седло. — Рад был встрече. Сожалею о том, что не смог вас отговорить.

— Было приятно познакомиться, — поспешила закруглиться я и, отвернувшись, быстрым шагом двинулась к переправе, чувствуя на себе его пристальный взгляд.

Мост, к счастью, пустовал. И пустовал, судя по всему, давненько: на дороге ни свежей выбоины, ни следа от колес. Кажется, тут дня три, как минимум, никто не проезжал. Впрочем, оно и к лучшему — ни на кого не нарвусь больше. А впредь вообще буду сперва посылать вперед Лина и только потом осторожно выглядывать из-за кустов — второе

такое испытание для моих несчастных нервов будет, пожалуй, излишним. Думаю, стоит начать сочетать ослиное упрямство с разумной осторожностью, как и советовал Дагон (чтоб ему пусто было), иначе в один прекрасный день я все-таки оплошаю и на чем-нибудь проколюсь. И вот тогда прощай, мое инкогнито.

Когда я ступила на доски, с грустью поглядывая на противоположный (ужасно крутой!) берег, на котором мне придется примерно с полчаса переть свой мешок исключительно в гору, позади раздался какой-то невнятный шум. Я беспокойно поежилась, искренне надеясь, что у шейри хватило ума прошмыгнуть на ту сторону раньше меня, но непонятный шум повторился, поэтому пришлось с недобрым предчувствием обернуться. Больше из-за того, что шум этот вдруг стал напоминать отголоски яростной драки и как раз к этому времени распался на звуки нешуточной борьбы и визг двух сцепившихся друг в друга зверей.

Мне стало совсем нехорошо, в груди что-то противно сжалось от ощущения грядущих неприятностей. А потом и похолодело, мигом приморозив все мои надежды на благополучный уход. Потому что в одном из голосов я неожиданно признала Лина, который, как оказалось, все время следовал за нами по пятам, а во втором… блин, ну так я и знала!!.. воинственный писк того самого мерзкого хорька, который мне ужасно не понравился с самого начала.

Твою маму…

Когда же из-за деревьев под ноги испуганно отпрянувшим коням выкатился истошно верещащий, покрытый густой пылью комок, я вовсе примерзла к месту. Оттуда шерсть летела клочьями, то и дело доносилось ненавидящее рычание и злобное завывание сразу на два голоса. Вокруг столбом взвилась пыль. Изнутри кто-то шипел, кто-то яростно плевался. Но когда комок, наконец, распался, явив остолбеневшим взглядам вздыбленного черного кота и такого же вздыбленного грызуна, я застонала уже в голос: все, это конец. И все наши грандиозные планы остаться неузнанными полетели коту под хвост. Причем, в буквальном смысле слова.

— М-мяу-у-у!! — раненым зверем взвыл мой мохнатый проводник, заставив отпрыгнуть люто зашипевшего, но отнюдь не испугавшегося хорька. — Вон пошел, плешивый… откуда ты только взялся?!

Шейри для верности грозно рыкнул, и мне стало совсем плохо.

— Гайдэ, беги!! Скорее, пока я его держу!!

Я едва схватилась за голову, когда хорек молнией метнулся к горлу шейри.

— Беги!! — Лин ловко увернулся, умело отбросил от себя гибкое тело зверька и, проскочив между лошадиных ног, опрометью кинулся к мосту. До того, как люди успели опомниться. — Беги, Гайдэ!!!

Оставшийся с носом хорек злобно захрипел, пулей взлетев на плечо своего хозяина. Воины, наконец, очнулись от ступора и потянулись за арбалетами. А едва не уехавший эрхас Дагон резко обернулся, вперив в меня загоревшийся взгляд, и зло прищурился, негромко, но очень прочувствованно прошипев очевидное:

— Ведьма…

Я замерла.

Вот и все. Вот и закончилось мое везение: на его лице отразилось такое отвращение пополам с брезгливостью, что я мигом поняла — не простит. Ни обмана моего, ни той легкости, с которой он поддался на мой лепет. Ни, тем более, присутствия демона, к которому питал какую-то жуткую неприязнь. Наверное, столкнулся однажды в недобрый час. Или случилось с ним еще что-то, отчего он теперь так ненавидит Ведьм. Но мне уже все равно. Вот уж действительно, влипла так влипла. И вот уж действительно когда стоит пожалеть о том, что не послушалась шейри сразу.