Игрок
Шрифт:
— Что? — оторопело попятился Ас, вытаращившись на меня своим красными зенками. — К каким девочкам?!
— Которые могут нам встретиться по пути! — меня начала несказанно раздражать чужая непонятливость. — Где гарантии, что по возвращении я обнаружу свое драгоценное тело целым и невредимым? А может, вы мне отомстить решите за своих прежних хозяев? Может, на моих друзей с ножом кинетесь?! Кто вас знает? Я с вами вообще второй день только разговариваю! И до сих пор не уверена, что делаю это правильно! Блин! Да я уже столько времени пытаюсь выпытать, как сделать вам же и лучше, а вы пока
У Аса, кажется, пропал дар речи.
— Ты… ты хочешь попробовать?!
— Конечно. Чего время терять? Сейчас и попытаемся, если, конечно, я пойму, как это делается. Только сперва дайте мне слово, что я не пострадаю! И пообещайте, что будете мое тело беречь, иначе никакого эксперимента не будет! Ясно?!
Тени опешили так, что мне их стало почти жалко. Но время-то не ждет, у меня его осталось только до утра, чтобы попытаться хоть что-то исправить и избавить, наконец, своих друзей от угрозы быть испитыми до дна. И если для этого мне придется поверить столетним призракам (или сколько им там лет исполнилось?), то я это сделаю. Предварительно убедившись, что меня не напарили и что я действительно сумею вернуться.
— Ну? — нетерпеливо притопнула я. — Вы решили?
Ас, все еще глядя на меня диковато расширенными глазами, медленно выступил вперед и торжественно поклонился.
— Мы клянемся, госпожа, что не причиним тебе вреда. И сохраним твое тело в целости и сохранности, невзирая ни на какие причины. Мы клянемся, что не имеем намерений избавиться от тебя. И обещаем, что позволим вернуться в тот же миг, в который ты сама захочешь.
— Договорились. Только у меня одно условия: сначала я попробую с тобой. С одним, чтобы знать, чего ждать, и быть готовой к последствиям. Если все закончится благополучно, повторим попытку. А там посмотрим, как пойдет. Хорошо?
— Да, госпожа.
— Меня зовут Гайдэ, — напомнила я. — Раз уж вы нагло подслушивали все мои разговоры, то должны и помнить мое имя.
— Мы помним. Но раньше нам было запрещено окликать хозяина. Тем более, по имени.
— Приказ отменяю. Обращаться напрямую разрешаю. Даже днем. Так что не стесняйтесь и говорите о проблемах сразу. Все ясно?
— Конечно, — облегчено вздохнули Тени.
— Тогда поехали. Ас, иди сюда, — настороженно проследила за неуверенно подлетевшей Тенью и выжидательно посмотрела. — Не укусишь меня ненароком? Не надо за тобой следить, чтобы клыками не впился, пока я отворачиваюсь?
— Не беспокойся, — ровно ответил Ас, сверкнув своими жутковатыми глазами. — Теперь не сорвусь: возможность вернуться в мир для меня гораздо важнее, чем сиюминутное удовольствие.
— А кушать меня заживо для тебя — удовольствие?
— Огромное, — так же ровно кивнул он, испытующе на меня взглянув. — Ты не боишься?
— Боюсь, — призналась я. — Но просто не вижу иного выхода. И надеюсь, что вы, как и хварды, умеете держать свое слово.
— Мы знаем, что такое честь. Еще не все забыли.
— Это хорошо. А теперь подходи ближе и говори, что делать, пока я не передумала. В прорубь лучше прыгать
Ас прикусил губу (по крайней мере, мне так показалось), а потом очень осторожно взял за руку. Я несильно вздрогнула, потому что все время боялась, что он ненастоящий и его пальцы пройдут сквозь мои, как дым. Но опасения оказались совершенно напрасными — в этом странном месте, созданном магией Браслета для Теней и их хозяев, я могла его и толкнуть, и пихнуть, и даже плюнуть в лицо, не опасаясь промахнуться. Как, впрочем, и они.
Я аккуратно сжала широкую ладонь Тени, послушно закрыла глаза, слушая льющийся отовсюду его тихий шепот, мысленно открыла перед ним нужную дверь и… немедленно провалилась в бездонный колодец, во внезапном ужасе понимая, что совершила страшную ошибку.
Глава 14
Я проснулась от собственного крика, бешено колотя руками и ногами по воздуху и все еще падая в бесконечную темноту, не чувствуя под собой опоры. Внутри через край перехлестывал внезапно накативший ужас, сердце бешено колотилось, мне отчаянно не хватало воздуха. Все существо судорожно сжималось в каком-то первобытном страхе, почему-то отчаянно не желая умирать.
Только когда меня требовательно встряхнули и заорали в ухо что-то невнятное, я слегка пришла в себя и дикими глазами уставилась на обеспокоенное лицо Мейра. А потом увидела мордочку Лина, и разом обмякла.
— Гайдэ, ты чего? — тут же запрыгнул мне на грудь шейри.
Я вспомнила бесконечную пропасть, в которую внезапно упала и из которой не видела никакого выхода, и мысленно содрогнулась. А потом крепко зажмурилась, старательно отгоняя от себя жуткую картинку.
— Гайдэ!!
— И-извините, — срывающимся голосом повинилась я. — Мне просто кошмар приснился. Такой реальный, что… честное слово, простите, ребята. Я не хотела вас напугать.
Оборотень с подозрением всмотрелся в мое бледное, покрытое холодным потом лицо, но вроде поверил — отошел, предварительно проверив Браслет и убедившись, что крови на нем больше не появились. Лин беспокоился дольше — все время, пока я лежала, силясь успокоить зашедшееся в бешеном галопе сердце, внимательно вглядывался в мои глаза, зачем-то принюхивался и настороженно шевелил ушами.
В конце концов, я просто прикрыла веки, чтобы не видеть его испытующего взгляда, и постаралась успокоиться. А когда успокоилась, то начала постепенно вспоминать, что произошло.
Я хорошо помнила, как мы мило поговорили с Тенями. Еще лучше помнила, к какому решению мы пришли. Прекрасно сознавала, что дала сильного маху, потому что уже второй раз находилась в пустоте в каком-то неадекватном, слегка возбужденном и рассеянном состоянии, иначе ни в жизнь бы не согласилась на такой риск. Однако, видимо, Браслет что-то делал со мной в этом странном полусне, ничем иным я свою безалаберность объяснить просто не могу. Поэтому ничего удивительного в том, что я едва не отдала концы, не было. Еще бы: подарить какому-то красноглазому призраку свое бесценное тело…