Игрушка

Лобанов Владимир Алексеевич

"Приготовиться к отражению вражеской атаки", - раздался в трубке знакомый голос комбата.

"Вас понял, товарищ третий - подготовиться к отражению вражеской атаки, - неуверенно продублировал команду Найдёнов.
– Какую атаку? Мы же должны атаковать, а не нас?"- мысленный вопрос остался без ответа.

"Передать по цепи: "приготовиться к бою". По нашим не стрелять", - скомандовал Найдёнов.

День был безоблачный. Солнце уже стояло высоко, но удобно для людей найдёновского взвода - слева и немного сзади. В его лучах легко было различить на фоне дальнего

перелеска группу людей как-то хаотично двигавшихся в сторону Найдёнова. В бинокль он узнал наших.

"Не стрелять!" - заорал лейтенант на солдат, которые уже взяли на мушку группу неизвестных. Через пять минут "неизвестные" были в двадцати метрах от расположения взвода. Найдёнов дал автоматную очередь по верху и скомандовал, высунувшись из окопа:

"Всем лежать, старшего - ко мне".

Вскоре в окоп рядом с Найдёновым свалился грузный человек в грязной разорванной гимнастёрке, с огромным синяком под правым глазом. Кулём свалившийся на дно окопа, прикладом своей винтовки он больно стукнул лейтенанта по ноге. Превозмогая боль и обращаясь к неизвестному, Найдёнов скомандовал:

"Докладывайте!"

"Старший сержант четвёртого отдельного стрелкового полка Груздев, - 137неожиданно звонко заговорил неизвестный. Указывая на запад, он продолжил.
– Там прорвались два танка и около взвода немцев".

"Ну, а чтож вы драпаете-то от них, засранцы?" - заорал Найдёнов. Старшего сержанта эти слова молодого лейтенанта явно задели.

"А ты, молодой, попробуй повоюй с этим против танков!" - и он красноречиво поднял винтовку и тряханул ею в воздухе.

"Ладно, зови своих, после боя разберёмся", - несколько смягчив тон, сказал Найдёнов.

Скоро в окопе сидели все тринадцать беглецов. Двое из них оказались раненными: один в правую руку, другой - тоже в правое, но плечо. Их забрал с собой санинструктор.

"Слушай, лейтенант...", - обратился к Найдёнову Груздев.

"Не лейтенант, а "товарищ лейтенант"", - поправил его Владимир.

"Что тебе?"

"Дай мне моих пять человек и штуки четыре противотанковые гранаты. Когда мы шли..."

"Отступали", - поправил его Найдёнов. Но Груздев на эту поправку не обратил внимания и продолжал:

"Там есть ложбинка вся в высокой траве. Если мы там заляжем. Немцы пройдут мимо нас, и как только пройдут - мы их и причешем сзади".

"А ты уверен, что они пойдут именно там?" - спросил Найдёнов.

"Им деваться некуда: справа гряда валунов, слева ложбина. Танки только там пройти могут".

"Ладно, бери гранаты и людей и вперёд. Но начинайте не раньше того, как мы начнём по ним бить", - согласился Найдёнов.

138 Так и договорились.

Всем шестерым выдали по автомату и по две гранаты: по одной противопехотной - осколочной и по одной противотанковой.

Перед выходом Груздев построил своих ребят. Группа из пяти человек стояла перед ним и каждый смотрел на своего командира с восхищением и надеждой. Уже не было в их глазах той безысходной растерянности, какую можно было прочитать у каждого всего-то пол часа назад, когда они в том лесочке по команде "отдыхаем"

повалились на уже тёплый и мягкий весенний мох. Теперь эти люди ощущали себя не бегущей в панике от сильного врага толпой, а отступающим, в связи с тактической необходимостью, войском, отступающим для того, чтобы собраться с силами и нанести ответный удар.

"Ребята, - обратился Груздев к ним, - мы не знаем чего это фашистское дерьмо лезет к нам, но мы знаем что это - дерьмо. Так давайте врежем по нему так, чтобы дерьмо знало своё место - дерьмо должно оставаться в нужнике. Пусть оно удобрит нашу матушку - землю".

Такого красноречия Найдёнов не ожидал от Груздева.

"Откуда у него это?
– размышлял Найдёнов.- Маленький, толстенький, нос - картошкой, глаза как у поросёнка..."

Перепрыгнув через окоп, все шестеро, пригибаясь, побежали к месту своего последнего боя.

Танки появились неожиданно. О них кто-то из наших справа крикнул. Этот крик вывел Найдёнова из задумчивости. В бинокль он рассмотрел их: вот первый серый с крестом на броне медленно выползает из-за рельефного возвышения.

"Наверное это и есть каменная гряда о которой говорил Груздев, - 139подумал Володя.
– А вот и пехота".

В бинокль ясно различались пригибающиеся и прячущиеся за танком фигурки вражеских солдат.

"Бронебойщики, к бою!" - скомандовал Найдёнов и мысленно порадовался, что как кстати ему во взвод откомандировали два расчёта с противотанковыми ружьями. Он подозвал связиста с "флюсом" и дал ему распоряжение пройтись по всему окопу и передать, чтобы открывали огонь без команды только те, у кого винтовки.

"Пусть отсекают от танков пехоту прицельным огнём. Автоматчикам - не стрелять".

Связист ушёл выполнять поручение.

"А вот и второй", - отметил Найдёнов, когда поводя биноклем, увидел как из-за бугра вылезает второй немецкий танк.

Справа и слева от Найдёнова резко захлопали винтовочные выстрелы. "Неужели у нас так много винтовок?" - удивился Найдёнов потому, что никак не ожидал такой густой стрельбы. И тут грянул первый взрыв, затем второй и третий. Тот танк, который вышел вторым, остановился, а затем из него пошёл дым. Сначала как-то неуверенно, - будто костёр никак не разгорался, а затем - повалил густым столбом.

"Ай - да Груздев! Вот молодчина!
– радостно вскричал Найдёнов.
– Бронебойщики, огонь!"

Два выстрела противотанковых ружей слились в один. На мгновенную собственную глухоту Найдёнов даже внимания не обратил. Он только видел в бинокль как первый танк стал разворачиваться, как будто собирался уходить, но почему-то не прекратил разворота, когда нужно было, и затем 140вновь повернулся стволом против нас. Обдумывать непонятные манёвры первого танка у Найдёнова времени не было. Ясно было одно: танк полностью из строя не выведен. Это подтвердил и выстрел из танковой пушки. Правда, снаряд разорвался далеко позади окопа, но мог последовать и второй выстрел. Бронебойщики уже закончили перезарядку своих ружей, когда танковое орудие фашистов ожило вновь.