Игрушки

Паттерсон Джеймс

Поэтому я молча отложил шлем в сторону, вылез из машины, и мы вместе направились к пляжу.

— Не сочти за комплимент, но о высокопоставленных элитах ты знаешь больше, чем любой из нас, — заговорила Люси. — Поэтому ты нам очень нужен. Мы даже прозвали тебя Спасителем.

Я фыркнул.

— Только что выяснилось, что вся моя жизнь была враньем, причем первыми начали врать мои родители. А теперь я должен все забыть, перейти на вашу сторону и сражаться за человеческую расу? Должен вас спасать?

—

Я тебя прекрасно понимаю, Хэйз, но проблема в том, что нас вот-вот уничтожат. Всех нас.

С этим трудно было спорить. Я сам слышал о таких планах от президента Джаклина.

— Конечно, ты сердишься на своих родителей, — продолжала Люси. — Но подумай, как трудно пришлось им самим. Сделать операцию собственному малышу, потом отправить его во вражеский лагерь… может быть, на верную смерть.

Я вдруг вспомнил заплаканное лицо мамы, когда она стояла в операционной.

И только потом до меня дошло, что сказала Люси.

— На моихродителей? — переспросил я. — Значит, ты мне не родная сестра?

— Наши родители были близкими друзьями. Потом мои умерли, а твои меня удочерили. Однако между нами есть биологическая связь. Твои мама и папа усовершенствовали меня хирургическим путем — так же, как и тебя, красавчик. В наши мозги вставлены одни и те же чипы, а усиленные органы выращены из одной культуры ткани. Так что биологически мы брат и сестра.

В замешательстве покачав головой, я вошел в эллинг, где стоял знакомый запах машинной смазки и стоялой воды, и стал навешивать весла на лодку-скиф.

— Потерять родителей в детстве — хуже не придумаешь, — признал я. — Они умерли одновременно? Какой-то несчастный случай?

— Никакой не случай, — возразила Люси. — Элиты объявили их врагами государства и казнили. Кстати, это сделал лично твой дружок Джакс Мур. Когда-нибудь я отрежу ему обе руки, сварю с топленым салом и съем.

— Хм, — сказал я. — Хорошо сказано.

Глава 45

Люси села на корму скифа, а я взялся за весла и направил судно в глубину просторного залива. Хотя со времени смерти ее родителей прошло много времени, похоже, она все еще причиняла Люси сильную боль. Да, видимо, так оно и было. Теперь я начал лучше понимать человеческие чувства и испытывать к ним нечто большее, чем просто презрение.

— Кажется, кое-что начинает проясняться, — заметил я. — Странно, что в ту ночь мои сенсоры не подали соответствующий сигнал. Наверно, я просто был уверен, что ты не из элитов. И не подозревал, что людей можно усовершенствовать до такой степени.

Она кивнула:

— Чтобы не было недоразумений — я более продвинутый вариант, чем ты. Операцию делали позже, технологии

стали лучше. Без обид, братец.

Я даже перестал грести.

— Ты шутишь. Это ведь шутка, да?

— Я только констатирую научный факт.

— Да ладно, — хмыкнул я и снова взялся за весла.

— Думаешь, я не смогу с тобой справиться?

Я не удостоил ее ответом.

— Не забывай, я видела тебя в деле. А ты меня не видел.

В ее голосе звучала беззлобная насмешка.

Я пожал плечами:

— Мне не нужно тебя видеть. Я знаю, на что способен. Мало кто из элитов — не говоря уже про людей — может сравниться со мной в силе, ловкости и быстроте.

Люси уперла руки в бока.

— Ты начинаешь меня сердить. Как насчет рывка до дома?

— Отсюда?

Я оглянулся. Мы были примерно в миле от берега.

— А в чем дело? Ты ведь умеешь плавать, супермен?

Я покачал головой и усмехнулся:

— Ладно, попробуем. Какие ставки?

— Чувство удовлетворения и понты.

Она сбросила туфли, расстегнула рубашку и отложила ее в сторону. Потом спустила джинсы и осталась в узком топе и симпатичных бирюзовых трусиках.

Я снял ботинки и рубашку и выпрямился в лодке.

— Что, так и поплывешь в штанах? — спросила она.

Проблема была в том, что, переодеваясь, я второпях забыл надеть нижнее белье.

— Почему бы нет?

— Как скажешь, герой. И хватит пялиться на мои ноги.

— Извини, но у они у меня перед глазами.

— Это ненадолго. Готов?

— В любое время.

— Сейчас!

Мы одновременно прыгнули в воду и через пару взмахов были уже ярдах в десяти от лодки.

В следующий момент я понял, что Люси на добрых пару футов впереди меня. Я не верил своим глазам.

Около ста ярдов мы почти вровень плыли в глубине озера, но Люси всегда была немного впереди. Она неслась сквозь воду, как тюлень.

Когда мы вынырнули на поверхность, преимущество Люси выросло на полкорпуса, а ее мощные бедра оказались возле моей головы.

Остаток дистанции я преодолел одним яростным рывком, набрав скорость, которая была не под силу ни одному человеку.

Но когда мои ноги коснулись песчаного дна, она уже выбиралась на берег, и ее бирюзовые трусики покачивались взад и вперед, словно помахивая мне на прощание.

Ну уж нет!

Будь я проклят, если она победит меня еще и в беге!

Мы бросились к дому гигантскими прыжками, словно два обезумевших кенгуру. Я выжимал из себя все, что мог, настигая ее длинными скачками и едва касаясь на бегу земли. Ноги у меня были длиннее, поэтому с каждым шагом я выигрывал у нее немного расстояния. Впереди уже маячила громада дома, а мы шли практически один в один.